Он сидел на диване за угловым столом, лицом к залу. Мелковатый, но атлетичный. Стрижка спортсмена. Кардиган поверх белой футболки. Пальцы тарабанили по исписанному размашистым почерком развороту ежедневника. Смартфон беззвучно мигал уведомлениями. Рядом валялся второй телефон, кнопочный. Нарезанное яблоко на фарфоровом блюдце начало менять цвет. Заходившие в ресторан посетители рассеянно скользили взглядом по залу, выбирая подходящее место. Но он, погружённый в свои мысли, пытливо вглядывался в каждое новое лицо, словно рассчитывал получить от незнакомца нужный ему ответ.
Лёша хрустнул яблоком и прокрутил в пальцах ручку, позаимствованную в лобби одного из отелей. Только что у него закончилась очередная встреча. Некто N., не последний человек в городе, вышел на него, Алексея, и выразил горячую заинтересованность в бизнесе, который кормил его последние восемь лет. Речь шла о поставках минеральных удобрений для компании, занимавшей пятое место по выращиванию яблок, груш и черешни в стране. Сам Лёша ничего не поставлял, но знал директора фруктовой компании. Они долгое время занимались боксом в одном зале. А ещё он с детства дружил с Сергеем, унаследовавшим от отца бизнес по производству минеральных удобрений. Лёше оставалось свести двух добропорядочных бизнесменов и оценить свой вклад в дружбу активов как ежемесячные десять процентов от стоимости поставок. Теперь N. предлагал убрать из этого линейного уравнения Сергея – и порекомендовать директору фруктовой компании самого N.
Лёша потёр большим пальцем шрам над губой. В свете люстр блеснул на запястье зелёный циферблат спортивных часов узнаваемого бренда. Проводив взглядом за соседний стол двух хорошеньких девушек, Лёша прикинул сумму, на которую разжилась клиника, чтобы приблизить подруг к заветному типажу. Грудь, ринопластика, комки Биша, ботокс, филеры… Приспосабливаются к жизни, как могут. Ну, и молодцы.
Он постучал ручкой о фарфоровое блюдце, желая собрать мысли воедино, – словно хозяин возвращает гостей к столу, чтобы сказать тост. N. чётко обозначил свои преимущества в качестве нового поставщика. Он использует импортные разработки; у него на заводах стоит новейшее оборудование; а ещё его друзья из ведомства Х. могут лишить лицензии региональную сеть спортивных залов, которую Лёша начал строить пару лет назад. Конечно, доходы от залов не идут в сравнение с тем, что приносят удобрения. Тем более, он снова всё вкладывает в оснащение, рекламу, аренду новых помещений. Но лет через пять он выйдет на прибыль. Небольшую, но стабильную. Лёша снова коснулся шрама над губой. На миг люстры ресторана превратились в хирургические лампы. Да, дело не только в деньгах.
Лёша начертил в ежедневнике силуэты боксёров – один отправлял другого в нокаут. Варианта выйти из ситуации с минимальными потерями он не рассматривал. В безвыходной ситуации он должен быть победителем. Для N. он поставил встречное условие: пятнадцать процентов от стоимости поставок. N. согласно кивнул: он не дикарь и не собирается лишать прибыли того, кто помогает ему войти в бизнес. Дальше нужно было переговорить с директором. Тут проблем быть не должно. Лёша знает стоимость текущего контракта и скажет, что N. предлагает те же объём и качество, но за меньшие деньги. Теперь Серёга… Что делать с ним? Лёша запрокинул голову, блуждая взглядом по лепнине на потолке. Серёга, конечно, пострадает. С другой стороны, он поставляет удобрения ещё десятку крупных компаний, так что на обслуживание особняка, частную школу и отдых на островах денег хватит. К тому же, лёгкая встряска ему не помешает. Стабильность и застой явления одного порядка. Решено.
Лёша захлопнул блокнот. Заказал обед. С хирургической точностью нарезал эскалоп. Залил овощи маслом. Сладкий травянистый запах тут же перебил кофе с корицей у девчонок за соседним столом. Пока жевал – пролистал почту и последние новости.
Через полчаса водитель забрал его, чтоб отвезти в новый ресторан, где его ждал новый человек, а пока они ехали, Лёша звонил и отвечал на звонки, переносил одни встречи и добивался других, вычёркивал и вносил пункты в своём ежедневнике.
Спустя два месяца они с Сергеем сидели друг напротив друга за тем самым угловым столом. Официант уже три раза подходил с меню и, не зная, как привлечь внимание, не попав под горячую руку, разворачивался обратно к бару.
– Что за херня, Лёха? – допрашивал его Сергей, с которым они были знакомы тридцать лет и вместе прошли через первую любовь, первые вызовы взрослой жизни и первые потери, – ты думаешь, я не в курсе, что это ты привёл N. в «Сады мира»? Как ты мог кинуть меня?! Если так поступают друзья, чего же, блин, ждать от врагов…
Лёша махнул официанту, робко смотрящему в их сторону, и заказал чай. Он ждал этого разговора. Неприятно, но пусть лучше Серёга выпустит пар.
– Мне все говорили: «Как ты можешь работать с Лёхой? Разве ты не знаешь, что для него главное – собственная шкура?» А я защищал тебя все эти годы! И чего ради?
– Ты неплохо заработал на «Садах мира» за эти восемь лет, – заметил Лёша, добавляя в чай мёд, – а если бы ты потрудился навести справки насчёт N., то не стал бы с ним ссориться.
– Не собираюсь я наводить никакие справки. Ты создал мне эту проблему, ты её и решай.
«Твоё понятие справедливости меня мало волнует», – подумал Лёша, – «но вот если N. снова начнёт тыкать в нос связями и давить на уменьшение процента, проблема станет моею. Серёга в этом смысле надёжнее…»
– И решу, – сказал он вслух. – Ты можешь думать и говорить, что угодно. Но я дорожу нашими отношениями.
Из ресторана Лёша вышел заряженный. Нужно планировать жизнь и делать ставки на годы вперёд, но реальность ежедневно меняет правила игры и расклад сил. Следующую встречу он перенёс на вечер, а сам поехал в спортзал. Набивая грушу, Лёша проверял на прочность разные варианты плана, как ему поступить, чтобы вывести N. из поставок, не навлекая на себя подозрений. Апперкот правый. Всё должно случиться само собой. Нырок. Его задача – запустить цепочку событий и отойти в сторону. Апперкот левый. Что-то должно поставить бизнес N. на паузу. Серия. Закончив тренировку, Лёша снял перчатки, размотал бинты, вытер лицо махровым полотенцем и, попрощавшись со всеми, пошёл в раздевалку. Растирая потные запястья и продолжая размышлять насчёт N., он открыл кран с водой и стукнул по дозатору мыла. Дозатор крякнул в ответ и выпустил тонкий, тут же лопнувший пузырь. «Отлично!» – Лёша усмехнулся своему отражению в зеркале. – «Нарушение санитарных норм! Вот, что мне нужно». Он сполоснул руки водой, быстро переоделся, и, прикидывая, кто поможет ему натравить проверку, снова запрыгнул в машину. Он обещал не опаздывать.
Через полчаса, отстояв пробку из майбахов, Лёша выскочил напротив школьного КПП и тут же встретился взглядом с девятилетней девчонкой с чёрными косичками. Она так же пристально разглядывала подъезжающие машины, как он – гостей в ресторане. Приобняв дочь за плечи, Лёша помог ей сесть в автомобиль и протянул пакетик с нарезанными яблоками. Дома он принял душ, наскоро обсудил с женой планы на выходные и, нежно поцеловав её, поспешил на новую встречу. Потом ещё на одну. Ближе к полночи он дал водителю отмашку ехать домой.
– И как вы выдерживаете такой график? – водитель выруливал из переулка, настраивая рок-волну.
– Тренировки, Михалыч, тренировки… Стальные нервы, стальная кровь, стальная хватка когтей. Сделай звук тише, надо отправить голосовое.
Ещё через пару месяцев Лёша сидел дома у Серёги, по левую руку от хозяина, и говорил тост в честь его новорождённого сына. Он приветствовал чудесного ребёнка и желал ему с детства различать дорогое и бесценное. Серёга, сбросивший за время неопределённости с контрактом десять килограммов, выглядел несколько потрёпанным, но румянец на его щеках подтверждал, что кризис уже позади.
– А всё-таки, Лёха, редкостная ты скотина, так я тебе скажу, – подвыпивший хозяин чокнулся стопкой с партнёром и другом детства.
– Рожа неблагодарная, – парировал Лёша, – я вернул тебе контракт.
– И я уверен, что даже на этом ты что-то да выиграл.
– Вернёмся к этому разговору позже. Когда ты будешь рассуждать как бизнесмен, а не как обиженная девчонка, – Лёша попытался чмокнуть товарища в щёку, но тот уклонился.
Тогда он похлопал Серёгу по плечу и выпил залпом: «За тебя, друг мой. За тебя».
Автор: Тухватуллина Е.