Что-то не так…
С ним это случалось в детстве: сон настолько страшный, что ты перестаёшь верить в его реальность и приказываешь себе проснуться. Срочно, сейчас, пока не поздно. Пытаешься разлепить веки, а они будто срослись. Приходится напрягаться изо всех сил – и-и-и… медленно разрывать страшную нереальность, выкарабкиваясь из неё , как из трясины.
Теперь Игорь не ребёнок, почти сорок три. Кошмары не снились ему уже очень давно. И вот на тебе – лежит на кровати весь мокрый, словно опять «напрудил». Игорь пытался ухватить остатки сна, чтобы рассказать Маше, но они неуловимо утекали из его головы, растворяясь в воздухе спальни. Что там было? Что могло напугать взрослого мужика?.. Нет, он уже не помнил. Но на ресницах всё еще оставалась какая-то неприятная липкость. «Что, если я закрою глаза и опять окажусь в том сне?» - мелькнула мысль, но экспериментировать ему не захотелось.
Игорь потёр веки и позвал в открытую дверь:
- Ма-аш?
Жена не отозвалась. До его слуха дошёл шум воды – наверное, моет посуду после вчерашнего ужина. А где Тимка?.. Спит ещё, суббота ведь… Всё было, как всегда, как обычно, и всё же… что-то не так. Тревога не уходила. Страх был необъяснимый.
Игорь встал с постели, стянул с себя противную сырую футболку и в одних трусах вышел из спальни. На кухне – никого, воняет из мусорного ведра. Полный мочевой пузырь Игоря давил и требовал опорожнения. Он дошёл до ванной – заперто. Значит, Маша принимает душ. Хотел постучать и попроситься к ней под тёплые струи воды, но почему-то передумал, не стал беспокоить.
Отступил немного назад и чуть не обмочился от громкого душераздирающего визга – как будто псина попала под колесо. Это и была собака – маленькая, чёрная, с гладкой шерстью, стоячими ушами и глупой мордой. Игорь не заметил её, мирно лежащую на своей подстилке, и случайно наступил на лапу. Не грузовик, конечно, но килограммов восемьдесят в нём было точно. Бедолага. Только откуда она взялась?..
Игорь не испытывал симпатии к подобным мелким шавкам, даже породистым, а по правде говоря – с детства боялся их. Они слишком громкие, слишком крикливые и часто без причины кусающие. Мальчишкой он хотел иметь дога – большого, сильного, внушающего уважение всем окружающим, но мечта так и осталась мечтой. «Наверное, Тимка уговорил мать купить эту малявку, только почему меня-то никто не спросил?» - подумал Игорь с обидой и пошёл в детскую. Собака зацокала когтями по ламинату за ним следом. Кровать сына оказалась заправленной, в комнате никого не было. Это было странно, как и комната в целом. Игорь как будто видел её в первый раз. В животе, ближе к рёбрам, противно защекотало. Он аккуратно обошёл разбросанные по полу игрушки, достиг окна, посмотрел на стоящие на парковке машины и вернулся в гостиную – собака тоже.
Он повернулся к ней – она остановилась и чуть пригнула голову, глядя на него с недоверием. Её блестящие чёрные глаза навыкате смотрели пристально, ловя каждое его движение. От этого взгляда Игорю стало не по себе. У него возникло ощущение, что кто-то другой, не она, смотрит через эти собачьи глаза, наблюдает за ним. Необъяснимая тревога продолжала расти внутри.
– Пшла, – гаркнул он, пытаясь стряхнуть с себя неприятное чувство и унять мурашки, густо осыпавшие его руки и голый торс.
Собака не двигалась и всё так же тупо таращилась. Игорь замахнулся на неё, она показала жёлтые зубы и зарычала. В этот момент дверь ванной открылась. Вышла Маша – в вафельном халате и с махровым тюрбаном на голове.
– Ты проснулся? – спросила она. – Завтрак делать? Мне кусок в горло не лезет. До выхода еще два часа. Может, кофе сварим?
Игорь не понял, куда она собралась идти через два часа, но не заострил на этом внимание. Сейчас его волновало другое.
– Это что? – спросил он, указывая взглядом на собаку.
– А что? – не поняла жена. – С Бусей что-то не так?
– Откуда она?.. Зачем вы её взяли? – Игорь старался сдерживать эмоции, но это ему плохо удавалось, громкость голоса неумолимо повышалась.
– В смысле взяли, Гоша?.. Откуда взяли? Я не понимаю тебя.
Маша, и правда, выглядела растерянной.
Игорь почувствовал, что начинает дрожать – то ли от холода, то ли от раздражения.
-– Я задаю тебе простой вопрос: зачем вы притащили в наш дом эту псину, не сказав мне ни слова? – его зубы застучали, и он тоже пошёл за халатом.
Маша молчала. Потом она тихо подошла к нему, осторожно положила руку на плечо, заглянула снизу в лицо. Её брови уголком сошлись на переносице, глаза смотрели жалобно, с мольбой, секунда – и наполнились слезами.
– Гошенька, не пугай меня… пожалуйста… Я понимаю, что тебе сейчас тяжело… Поверь, мне очень жаль…
Она уткнулась ему в грудь, тюрбан развязался, и от её мокрых волос ему стало ещё холоднее. Борясь с ознобом, он обнял её, прижал к себе.
– Так ты ответишь мне? – спросил почти шёпотом.
Она помолчала, всхлипнула и проглотила слёзы.
– Буся живёт с нами уже пять лет…
Он отстранил её от себя.
– Что ты несёшь? Прикалываешься надо мной, да?
– Гоша, милый, держись, дружище. Давай, таблеточку тебе дам, я сейчас…
Маша побежала на кухню, зашуршала лекарствами. Собака продолжала пристально наблюдать за ним, держась на расстоянии. Игорь сел в кресло и закрыл лицо руками. С ним, и правда, творилось что-то не ладное. Всё началось с приснившегося кошмара, которого он не помнил, но сейчас этот кошмар как будто продолжался. У Игоря было такое чувство, что он еле удерживается на краю глубокой чёрной ямы, чтобы не свалиться туда, где его рассудок окончательно сдастся.
Что я наделал?
Маша вернулась со стаканом воды и таблетками.
– На, выпей сразу две.
Он повиновался.
-– А где ребёнок?
– Он у Лизы.
Игорь приготовился сказать «у какой Лизы», но она опередила его:
– У моей сестры. Я думаю, Вовчику рано ещё ходить на такие.., - она запнулась, - мероприятия. Мы потом ему объясним, как-нибудь мягко. У Настюшки спросим, как лучше сделать, она всё-таки психолог…
Маша говорила что-то ещё и ещё, но Игорь ничего не понимал, как будто она перешла на иностранный, совершенно непонятный ему язык. В голове у него вертелись имена: Лиза, Вовчик, Настюшка… Лиза, Вовчик, Настюшка… Он пытался их идентифицировать, понять, кому они принадлежат, но не мог. Он не знал никакую сестру Лизу. Он вообще не был знаком ни с кем из родственников своей жены. Он не знал Вовчика… Его сына звали Тимка, не Вовчик… Настюшка… Кто это?..
Игоря поморщился от густого запаха своего пота, который сейчас ощутил. Собака смотрела на него блестящим немигающим взглядом. Её глаза стали казаться ему пуговицами, а сама она – заводной игрушкой, роботом, шпионом… Маша села к нему на колени – маленькая, лёгкая, прислонила к подбородку голову, благоухающую шампунем. Её недлинные волосы были растрёпанными, ещё немного влажными. Он погладил их и вдруг одёрнул руку. Ему почудилось, как будто волосы отпадают от её черепа и остаются в его руке.
- Ты чего? – чуть отстранившись, Маша обернулась и улыбнулась.
Её глаза с каёмочкой, длинные ресницы, пухлые губы, складочки по бокам – всё это было такое знакомое, такое родное. Волосы находились на своём месте и выглядели, как обычно, вот только цвет их … да, цвет точно изменился. Игорь не стал спрашивать у жены, зачем она перекрасилась. Он вообще уже боялся задавать какие-либо вопросы. Ему хотелось просто сидеть с Машей на коленях, чувствовать её вес, её живую близость…
Наступившее было спокойствие разрушил собачий лай. Мелкая шавка испускала из себя такие громкие, высокие, оглушающие звуки, что невозможно было их терпеть. Маша попыталась утихомирить её: «Тише, Буся, тише», но проклятая сучка не слушалась. У неё явно была мишень – Игорь, и она попадала своими меткими мучительными стрелами ему прямо в мозг. Он чувствовал удушье и страх, что теряет контроль над собой.
«Если она не заткнётся, я убью её», – мысль была острая и сладкая одновременно. Ему показалось, что это решит все проблемы. Что именно в чёрном лающем исчадье – причина обрушившихся на него бед, его страхов, его необъяснимой давящей изнутри тревоги.
Игорь оторвал от себя и поставил на ноги Машу, встал с кресла и, сделав два стремительных шага, сгрёб собаку в охапку. Она ухватила его зубами за запястье, но это не могло его остановить. Всё произошло так быстро: распахнутая дверь на лоджию, отъехавшее в сторону стекло… Маша не успела даже закричать. Но когда он обернулся к ней, тяжело дыша, то увидел огромные, полные ужаса, отвращения и ещё чего-то странного, незнакомого глаза. У неё было красное, искажённое, некрасивое лицо.
– Ты что сделал? – закричала не своим голосом и бросилась с рыданиями на лоджию, свесилась вниз. – Буся! Бусечка!..
Когда она выбегала из квартиры, он пытался задержать её. Держал крепко, как последнюю свою надежду, но она выскользнула из его рук, исчезла, оставила его одного.
– Боже, что я натворил… что я натворил…
Разговор с Создателем
Игорь плакал. Он сидел на полу в прихожей и повторял сначала в голос, потом шёпотом, потом беззвучно, только небритыми губами, по которым ему в рот стекали солёные капли, одну и ту же фразу. Как будто этим бесконечным повторением можно было что-то изменить, исправить. Единственный человек, который был мостиком между знакомой реальностью и этим безумным чёртовым бардаком, его жена Маша – убежала от него, как от прокажённого. Да и что было ожидать? Он совершил чудовищный поступок, которому нет оправдания…
– Ну, хватит, перестань, успокойся, – голос раздался, как колокол, отрезонировав от открашенных стен. – Возьми себя в руки, будь мужчиной, ведь ты не маленький…
Игорь всхлипнул, обхватил голову руками, сжав виски, и прижал её к коленям. Он перестал дышать, но при этом быстро-быстро соображал, как будто промедление сейчас могло стоить ему жизни. «У меня слуховые галлюцинации. Почему? Может, мне вчера кто-то что-то подсыпал?.. Таблетки! Не надо было глотать две!» Ответ как будто был найден, но легче от этого не стало, особенно когда голос снова зазвучал.
– Ты ни в чём не виноват, поверь… Это я заставила тебя убить собаку, извини.
Игорь перестал сжимать голову, поднял глаза к потолку.
– Кто ты?
– Я – твой создатель.
– Ты Бог?
– Ну… для тебя, наверное, да. Уже несколько дней я придумываю реальность, в которой ты вынужден существовать… Я не специально, правда. Я бы хотела сочинить для тебя самую хорошую, самую счастливую жизнь… но не могу.
– Почему?
– Понимаешь, надо мной стоит ещё один, так сказать, Бог. Точнее её зовут Королева, и она приказывает мне, что делать, куда повернуть сюжет моего рассказа, то есть твоей жизни… Я не знаю, поймёшь ли ты. Я участвую в писательском марафоне «Кривые зеркала». Это такой конкурс, где писать надо не что хочешь, а что диктует каждое из пяти заданий…
Игорь притих, обдумывая услышанное. Голос продолжал:
– Благодаря первому заданию ты проснулся в изменённой реальности. Второе задание предписывало повысить градус тревожности - так появилась Буся, которая изрядно попортила тебе нервы. В третьем задании я должна была заставить тебя совершить ошибку и страдать от этого. Уж прости, ничего лучше швырка с балкона не пришло в голову…
Игорь не понимал, как относиться к массе новой информации, которая валилась на него, как песок из самосвала.
– Честно говоря, мне самой уже тошно от всего этого, - признался голос. Получив первое задание, я с воодушевлением начала писать твою историю, всё так славно складывалось. Я уже придумала, что будет дальше, и чем всё закончится. Там должен был быть такой неожиданный поворот в конце, все бы обалдели!.. И вдруг «бац» – выходит четвёртое задание, где я должна открыть тебе глаза на то, что твоя жизнь – это иллюзия, и на самом деле ты – не реальный человек, а только персонаж, с которым я могу сделать, что угодно…
Игорь качал головой из стороны в сторону, как болванчик: «нет-нет-нет, это какой-то розыгрыш, это не может быть правдой».
– То есть, не что угодно мне, – продолжал голос, – а что прикажет Королева. И знаешь, мне кажется, тут есть ещё кто-то Третий, кто принял правила игры и помогает мне писать твою историю. Ведь те две таблетки (не одна, а именно две!) появились в моём тексте как будто случайно, а теперь оказалось – совсем нет, они пришлись как нельзя кстати.
– И что будет дальше? – спросил Игорь потерянным голосом.
– Я не знаю. Осталось пятое задание. Только оно прояснит, чем всё закончится для тебя. И для меня тоже… Но ты не волнуйся. В итоге всё будет хорошо, вот увидишь. Ведь всё, что ни делается, как известно, всегда к лучшему…
В голову Игорю пришла шальная идея. Он поднялся на ноги и сказал с вызовом.
– А что, если я сейчас возьму нож и перережу себе горло, а?
– Фу, будет много крови, я этого не люблю. Может, лучше вслед за Бусей, с пятого этажа? – усмехнулся голос. – Ты что, хочешь доказать мне, что сам творец своей судьбы?
Вместо ответа Игорь подошёл к стене и начал с силой колотиться об неё головой, но ничего не почувствовал…
Кошмарный сон
– Почему я не могу нанести себе вред?
– Я не хочу этого, – устало вздохнул голос. – В моём мире сейчас глубокий вечер. Только что вышло последнее задание Королевы. Я должна превратить историю в абсурд, приперчить её чёрным юмором и вообще превратить всё в сумасшедший дом. Есть идеи?
– Ты меня спрашиваешь? Ты же Создатель, не я.
– А ты что же, сдался?
– Я не хочу жить в абсурде. Просто дай мне умереть…
Голос задумался.
– Нет, это будет слишком просто… и жестоко. Это не моё, понимаешь? Я люблю писать тексты с хорошим концом или хотя бы с намёком на лучшее.
– Значит, я тебе не безразличен? – с надеждой спросил Игорь.
– Конечно, нет. Ты – моё создание. И я люблю тебя, как… как своё дитя, можно сказать.
– Если это так, – Игорь решил попробовать договориться, – то давай взбунтуемся? Не пиши то, что хочет Королева кривых зеркал. Ты ведь сама сказала, что тебе уже тошнит от её ненормальных заданий? Просто выйди из игры! Неужели этот конкурс так много для тебя значит? Неужели он дороже тебе, чем я, твоё творение?..
Голос вдруг расхохотался – громко, заливисто.
– Вот это ты выдал! Ха-ха-ха… Я вроде бы не задумывала тебя героем-манипулятором!
– Хочешь сказать, знай своё место, да? Ну, давай, мочи меня дольше, заставь ходить на руках, съесть крысу, превратить в шалтая-болтая. О, может, вырастишь у меня на голове огурец? Давай! Я готов ко всему…
Игорь снова опустился на пол, оперев спину о стену, обхватил колени руками и свесил голову.
– Ты обиделся на меня? – спросил голос, немного помолчав. – Ну хорошо, будь по-твоему. Какое у тебя самое заветное желание?
Игорь поднял голову.
– Ты серьёзно?.. Ну тогда, прежде всего, избавь меня от чувства вины за убийство невинного существа. И пусть Маша вернётся. И вообще, я хочу проснуться сегодня заново, чтобы всё было, как всегда: моя жена, Тимка – и больше никого, никаких собак. Мы позавтракаем и все вместе пойдём туда, куда собирались… Кстати, куда мы должны были пойти? И почему Маша сказала, что сыну ещё рано присутствовать на таких мероприятиях?
- Потому что… потому что сегодня – день похорон твоей мамы…
Игорь почувствовал удушье, словно кто-то накинул верёвку ему на шею. Похороны мамы… Как он мог забыть? Он не был у неё почти месяц. Не мог видеть её страдания, не мог смириться с измождённым из-за болезни лицом, тоской в глазах, холодом, которым веяло от её похудевшего тела. Это была смерть, он чувствовал, понимал, что маме её не победить… И вёл себя, как трус.
– Не кори себя, - сказал голос в ответ на его мысли. – Каждый по-своему переносит горе. О твоей маме было, кому позаботиться… Но тебе пора собираться. Маша скоро вернётся, и вы поедете в морг.
Игорь замотал головой.
– Я не хочу… не хочу… пожалуйста, не заставляй меня!
Верёвка давила всё сильнее. Он открыл рот, пытаясь захватить побольше воздуха – и вдруг вспомнил сон, свой ночной кошмар. Картинка была настолько яркой, что Игорь потерял связь с действительностью. Он оглядывался по сторонам, но видел не белые кирпичики своей прихожей, а маленький тёмный коридорчик перед входной дверью, обитой дерматином, в малосемейке своего детства.
– Мама! Мама! – кричит он в замочную скважину и хватает ртом воздух. – Мама!
Мамы нет, она куда-то исчезла, пока он спал.
– Малыш, успокойся, ты можешь открыть дверь? – это соседка вышла на крик.
Дверь заперта, ключа нет, она закрыта снаружи.
– Мама скоро придет, не плачь, надо только немножко подождать.
Но он не верит соседке. Мама не вернётся – он точно это знает, с ней что-то случилось. Что-то ужасное, что-то непоправимое…
Игорь очнулся, снова почувствовал запах своего пота, но дышать стало легче.
– Ты вспомнил? – спросил голос.
– Да.
– Хочешь хороший финал?
– Хочу.
– Ладно. Сейчас ты закроешь глаза, а когда откроешь – всё будет хорошо, обещаю. Только сначала послушай, что я скажу сейчас. Ты слушаешь?
– Да.
– Что бы ни случилось в твоей жизни, помни, что ты не один. Я – твой создатель, я несу за тебя ответственность. И я всегда буду рядом, всегда…
Игорь проснулся в объятиях мамы. От неё пахло уличной свежестью и духами. Она прижимала его сотрясающееся в рыданиях тельце к своей груди, гладила прохладными руками по вспотевшей голове и утешала:
- Тише, тише, мой милый. Я уже здесь, я с тобой. Прости, что оставила тебя одного. Мне надо было сходить в магазин, а ты так сладко заснул. Мне было жалко тебя будить.
Я испугался… Я думал, ты не вернёшься… Что ты умерла…
– Что ты, мой мальчик, что ты. Прости меня. Всё хорошо, не плачь. Всё хорошо…