В 2026 году исполняется семьдесят лет со дня упокоения святителя Николая Жичского. В Русской Православной Церкви он известен больше как святитель Николай Сербский (Велимирович). Переживший в XX веке мировые войны, гонения и изгнание, он стал богословом с мировым именем. Дыхание его святости согрело тысячи ищущих Бога душ. Рядом с ним выросла другая святость и богоугодная личность, преподобный Иустин Попович, почти наш современник, воспитавший свою плеяду духовных учеников. О встрече с одним из них, епископом Афанасием (Евтичем), в заметке Игоря Гарькавого, директора Мемориального научно-просветительского центра "Бутово", написанной в день смерти владыки 4 марта 2021 года.
Этот год когда-нибудь назовут временем некрологов. Пожалуй, никогда до и, надеюсь, после этот жанр не был и не будет так востребован. В этом потоке утрат силы переживать зарезервированы только для самых близких и дорогих. Но иногда бывают исключения. Решив написать несколько строк о покойном епископе Афанасии (Евтиче), я не ставил перед собой задачу рассказать о его удивительном жизненном пути, о его наставнике архимандрите Иустине (Поповиче), о долгом монашеском пути (пострижен в 1960 г.!), о богословских трудах и духовном окормлении многострадального сербского народа. Об этом написано немало. Мне Владыка запомнился благодаря одной истории, одной и, пожалуй, единственной нашей встрече. Это было в ноябре 2005 г. на конференции « Эсхатологическое учение Церкви», которая проходила в Даниловском монастыре. Епископ Афанасий сделал доклад об эсхатологии преп. Максима Исповедника, оживленно участвовал в дискуссиях. Его прямые и глубокие высказывания, образная речь (он прекрасно говорил по-русски, с приятным сербским акцентом) и сам внешний вид ‑ все привлекало к нему внимание. Необычность образа дополнял бандаж на шее, который Владыка носил многие годы после тяжелой автомобильной аварии. Во второй день конференции, в обеденный перерыв, я столкнулся с ним в коридоре. Попросил благословения и, как это бывает часто, пригласил его приехать поклониться новомученикам на Бутовский полигон. Я понимал, что тема мученичества ему близка, но, не имея конкретных планов, высказал пожелание на будущее, просто следуя привычной схеме этикета. Но Владыка любил рушить шаблоны! Он, к моему немалому удивлению, спросил, а нельзя ли поехать в Бутово прямо сейчас. Он слышал об этом месте и давно мечтал туда попасть. Обед длился около 2 часов. Я сказал, что на общественном транспорте этого времени хватит только доехать до полигона и вернуться обратно. Но мой собеседник уже загорелся, и мы довольно быстрым темпом направились к станции метро "Тульская". По дороге я, к своему ужасу, обратил внимание на обувь Владыки. На дворе стоял холодный ноябрь. Было промозгло и пасмурно, снег на прохоженной тропе к метро превратился в грязное и сырое месиво. А владыка Афанасий шел в носках и сандалиях. Мои призывы вызвать такси он вежливо отклонил. Мы спустились в метро. Привычная, кажется, уже ко всему публика на станции с интересом разглядывала нас. Вязаная скуфья, бандаж на шее, архиерейская панагия и сандалии в такую погоду делали фигуру епископа очень колоритной. Когда мы вошли в вагон, Владыке кто-то уступил место. Но он отказался, потому что решил пообщаться с молодежью. В том же вагоне с нами ехала компания довольно пестрой молодежи лет 14-16. Я, честно говоря, немного испугался за Владыку, понимая насколько все это: епископ, который вклинивается в общение подростков, говорит с акцентом и т.д., насколько это было необычно. Как бы не нагрубили, думал я … Но Владыка как раз этого вовсе не боялся. В нем чувствовалась удивительная свобода и мысли, и слова, и жеста. Мы благополучно добрались до Бутовского полигона. Я рассказал по дороге Владыке историю нашей Подмосковной Голгофы, показал расстрельные рвы на территории, в 2005 г. далеко не столь как сейчас благоустроенной. Для него все это было интересно и жизненно важно. Когда я иногда вижу лица некоторых священнослужителей приехавших в Бутово по разнарядке, или, скажем так, "по послушанию", я невольно вспоминаю этого сербского епископа, который в сандалиях стоял на снегу и горел этим местом, этой мученической памятью! А ведь в этот момент Владыке шел 68 год! В деревянном храме Новомучеников и Исповедников Российских нас встретил священник Артемий Цех. Владыка зашел в алтарь и кратко помолился. Между тем время обеденного перерыва уже закончилось. О. Артемий отвез Владыку на машине в Даниловский монастырь, где продолжалась конференция. Потом я узнал, что многие годы Владыка занимался сбором исторических документов о сербских новомучениках. В том числе и поэтому, полагаю, его так тронуло Бутово.
