Он выходил на ринг против сильнейших, ему пожимали руку короли и президенты, а прозвище «ташкентский тигр» хорошо знал весь мир в 60-70-х годах прошлого века. Руфат Рискиев – один из ярчайших представителей советской и узбекской школы бокса, который и сейчас служит примером для молодых спортсменов.
Когда знаменитый боксер Мохаммед Али прилетел в Ташкент в июне 1979 года, он, едва спустившись с трапа, начал искать человека, которого заочно уважал как равного. Встречающие чиновники растерялись — великого узбекского чемпиона Рискиева «забыли» пригласить. Но Али был непреклонен: он приехал не к функционерам. Позже, когда их все же усадили рядом через кресло, они, не сговариваясь, начали обмениваться воображаемыми ударами, заставив вжаться в кресло сидевшего между ними чиновника. Так людям еще раз напомнили: имя первого узбекского чемпиона мира стоит в одном ряду с Мохаммедом Али, Джо Фрезером и Теофило Стивенсоном.
Ташкент — Москва: Школа чемпионов
В 1949 году в небольшом городке Аккургане, в семье врача Асада Рискиева родился мальчик – Руфат. Позже оказалось, что судьба готовила этому мальчику несколько другую, отличную от его ровесников жизнь.
Как рассказывал сам Руфат, любовь к боксу ему привил старший брат Алишер.
«Я за ним — как хвост. Долгое время он не хотел меня брать с собой, мол, мал еще, но потом согласился. Мне было лет одиннадцать, когда с мальчишескими грезами о грядущих победах я впервые перешагнул порог боксерского ринга», - вспоминал потом Рискиев.
Первым наставником 12-летнего Руфата стал известный тогда в спортивной среде Узбекистана Сидней Джексон — американец, обосновавшийся в Ташкенте. Именно Джексон привил ему дисциплину:
«Бокс начинается с беговой дорожки и скакалки».
Затем были годы тренировок у Алексея Баранова. Но настоящим «отцом» для Рискиева стал Борис Гранаткин.
Когда перед чемпионатом мира 1974 года встал вопрос, кого отправлять в Гавану — Рискиева или москвича Вячеслава Лемешева, именно Гранаткин, живший на ташкентском Дархане, экстренно сорвался с места. Достав дефицитный билет, он прилетел в Кисловодск буквально в домашних тапочках на босу ногу — отстаивать своего ученика.
Благодаря его настойчивости и звонку из ЦК Узбекистана в Москву организовали решающий спарринг, который Руфат выиграл. Позже Лемешева нокаутировал самаркандец Николай Анфимов, окончательно сняв вопросы. Эта поддержка — и земляческая, и на самом высоком уровне — создавала ту среду, где выковывались мировые рекорды.
Вообще конец 60-х и первая половина 70-х стали звездным часом советского бокса, и одной из самых знаменитых фигур стал именно узбекский спортсмен Руфат Рискиев. С 1971 по 1976 год он носил неофициальный, но громкий титул «первой перчатки Европы и мира» во втором среднем весе.
В 1974 году на чемпионате мира в Гаване произошло то, что до сих пор вспоминают с восхищением. Рискиев вышел на ринг со сломанными в четвертьфинале руками. Врачи кололи обезболивающее, руки туго бинтовали — и он продолжал бой. В финале он победил румына Алека Нэстака, став первым узбекским чемпионом мира по боксу.
«До сих пор помню то волнительное состояние души, когда объявили победителей. Страшно болели кисти – они были сломаны в трех местах (из восьми переломов за долгую боксерскую карьеру три были получены именно там). Но мысль, что мы — представитель Ташкента Руфат Рискиев и Василий Соломин из Перми — стали в Гаване первыми советскими чемпионами мира, отгоняла физическую боль и усталость. Я выходил на ринг с одной-единственной целью – победить, и сделал это! Серебряными призерами чемпионата тогда стали Олег Каратаев и Борис Кузнецов», - вспоминал спортсмен.
Позже команданте Фидель Кастро, встретив его в ресторане «Тропикано», осторожно пожал забинтованную руку и, покачав головой, произнес с характерным кубинским акцентом:
«О, Руфат РиККиев!».
Тот чемпионат стал триумфом не только физической силы, но и удивительной внутренней стойкости, которую воспитали в парне дворы старого Ташкента и его наставники.
После ринга: серебро Олимпиады и новые испытания
Олимпиада-1976 в Монреале могла стать золотой вершиной, но стала драматичным финалом. Рискиев, единственный из всей сборной СССР, пробившийся в финал, встретился с американцем Майклом Спинксом. В третьем раунде Спинкс нанес удар ниже пояса, но рефери не отреагировал на протест узбекского боксера. Победу присудили американцу. Серебро Олимпиады стало горьким разочарованием, усугубившим физическую усталость от многочисленных травм.
На пике славы в Ташкенте о Рискиеве ходили самые разные слухи. О его якобы огромном богатстве. Сам боксер вспоминает эту историю с улыбкой.
«Ерунда все это – я никогда не был и не умел быть богатым. За первое место тогда мне дали 1500 рублей – целое состояние по тем временам! А когда меня, 25-летнего молодца, у которого сбылась заветная мечта, по приезде на родину еще и представили к почетному званию "Заслуженный мастер спорта", я чувствовал себя истинно богатым и счастливым. А тут государство мне еще дарит квартиру и земельный участок! Правда, была еще возможность внеочередного приобретения автомобиля «Волга», да я не потянул — денег не хватило», - рассказывал он в одном из интервью.
Вернувшись в Ташкент живой легендой, он столкнулся с тем, что знакомо многим большим спортсменам: вчерашних кумиров порой «забывают» приглашать на встречи. Но Руфат нашел в себе силы не сломаться. Он сыграл главную роль в фильме «На ринг вызывается…», где честно показал путь мальчишки из махалли, и даже получил приз за лучшую мужскую роль на кинофестивале во Фрунзе. Сам он, впрочем, позже признавался, что мир кино оказался ему чужд.
Огранка алмазов: новое дело жизни
Руфат Рискиев не вычеркнул спорт из своей жизни. Уже в годы независимости Узбекистана, в 1997 году он стал первым судьей международной категории по профессиональному боксу в Центральной Азии. На посту вице-президента Федерации профессионального бокса он помогал фактически воссоздавать этот вид спорта в республике с нуля, а в этом ему помогали коллеги из России, Казахстана, Кыргызстана и Белоруссии.
«Надо сказать, что профессиональный бокс в Узбекистане в девяностые годы делал еще только первые шаги, хотя в целом наша национальная школа бокса занимала неплохие позиции. Хорошо понимая, что профессиональный бокс не может и не должен замыкаться в рамках одного города или даже страны, наша команда приложила все силы, чтобы сделать его интересным не только для зрителей, но и для спонсоров» - рассказывал Рискиев.
Сегодня, несмотря на почтенный возраст и проблемы со здоровьем (в 2016-м он перенес тяжелую операцию), спортсмена до сих пор узнают на улицах, останавливают, чтобы пожать руку. Часть своих наград — медали, кубки, перчатки — он передал в ташкентский Музей олимпийской славы. Говоря о молодых спортсменах, Рискиев повторяет:
«Они, как алмазы, но нуждаются в огранке, чтобы засиять во всей красе».
Сам чемпион прошел этот путь через боль, пот и преданность делу. И каждый раз, когда молодой боксер из Узбекистана выходит на ринг, он продолжает традицию, заложенную Ташкентским тигром, который однажды научил всех простому правилу: настоящий чемпион начинается там, где заканчиваются оправдания.