Все главы здесь
Глава 8. Поехали-приехали!
Маленькое сердечко маленького кота хоть было и крошечным, но храбрым. Чебурашка решил держаться до конца, не сдаваться, бороться за свое право на жизнь в этом доме, пусть даже под диваном, изо всех сил. Да он же кот в конце концов. Через неделю сравняется год его кошачьей жизни, уже совсем взрослый кот, ну и что что невелик получится. Это ж только в размерах тела. А душа у него огромная, необъятная в него душа….
На «кис-кис» и «Чебу-Чебу» точно не выйдет, даже не пытайтесь. Пытались. Не вышел.
Потом перед его взором возникла живая «красная точка!» Он было рванулся за ней, но тут же вспомнил, что надо держаться и попятился обратно в пыльную темноту.
Ох уж это точка! Он безошибочно определял по звуку, когда Настя доставала лазерную указку из шкатулки, в каком бы месте квартиры ни находился. Это было самое верное средство выманить его из любого укрытия. И вот эта точка прыгала, скакала, вертелась перед глазами, а кот не выходил.
-Да что же это такое! – рассердилась мама. Может диван подвинем?
-Придавим еще – высказал логичное опасение отец.
И тут до кота долетели брызги воды, точнее сказать целый дождик из брызг. Это Настя принесла ороситель для цветов, который Чеб уважал и боялся. Точнее сказать, уважал, потому что боялся.
Им его отваживали от кухонного стола в детстве и от спанья на стопке только что выглаженного белья. От первого отучили, от второго так и не получилось.
Конечно, кому охота второй раз сушить и гладить, если сам опять и намочил.
Чеб боком, боком по стеночке переместился в другой угол, не шагнув ни шага навстречу из тьмы к свету.
Тут в его уже изрядно мокрый нос ткнулось чудовище. Точнее чудовищем оно было в детстве, потом кот понял, что это обыкновенная половая щетка, которая даже не такая страшная как пылесос, потому что рычать не умеет, только дюже колючая и щекотная одновременно.
Вот эти «колючки и щекоталки» сейчас достаточно ощутимо тыкали в нос. Пчхи – сказал нос и предательски выдал точное место нахождения себя под диваном.
- Двигаем диван – уже не выдержал сам хозяин дома, совершенно не желающий проводить выходной день в дорожных пробках.
-Нет, нет – закричала Настюха. Еще один способ, подождите.
Она долго гремела чем-то в комнате и вернулась с маленькой заводной игрушкой, не больше ладошки. Игрушка отдаленно напоминала пингвина, по крайней мере тот, кто ее делал был уверен, что пингвин должен выглядеть именно так.
Может от того, что сходство было весьма отдаленным, может потому что игрушка страшно жужжала, когда передвигалась по полу, но Чеб боялся ее больше воды, пылесоса, швабры, газеты и тапка мамы, надетого в экстренных случаях не на ногу, а на руку вместе взятых.
Страх перед этим существом был намного больше и сильнее маленького Чеба и его уверенности в том, что он выстоит.
Кот стремглав выскочил и с надежной на то, что под кроватью Насти это чудище не пройдет по росту, рванулся было в ее спальню. Но все двери были закрыты. Пути было только два. Под диван обратно, откуда продолжало раздаваться жуткое жужжание или вперед прямо к мусорным мешкам у входной двери.
Чеб выбрал второе. Ведь жизнь на помойке это все равно жизнь, это еще не смерть. А вот черно-белый карлик с крыльями – не иначе как она самая и есть, смертушка кошачья. У людей может она там с косой или еще как, а тут точно с крыльями и клювом и жужжалом.
Добежать до пакетов, каких-то слишком подозрительно аккуратных для мусорных, Чеб не успел, так как был ловко подхвачен главой семьи и отправлен в ящик с решеткой, который люди почему-то зовут переноской. Как хитро ни назови, а тюрьма она и есть тюрьма. Выхода добровольного нет, на окне решетка –и что это такое? Даже ребенок ответит – тюрьма! А вовсе не переноска для кошки.
И, оказавшись в этом заключении, что Чеб мог еще сделать? Он даже не мог уже рвануть по лестнице и удрать в подвал, где жили дворовые кошки. Может и приняли бы его в свою компанию. Теперь хоть с моста бросай в речку, ничего он уже не сделает. Кот тихо сидел и ждал своей участи.
Серый кот в серой переноске в сером настроении. Не хватало только серых туч не небе, чтобы расплакаться при виде такой картины, но погода в этот день выдалась отличная – теплая и солнечная.
Когда вышли из подъезда, кот сразу узнал двор, что был так хорош из окна и так ужасен зимней холодной ночью, он даже успел заметить, что дворничиха сегодня надела смешную панаму в горошек. Еще вчера бы его это изрядно позабавило, но то вчера, никак не сегодня.
Пока серый кот в серой переноске думал свои серые думы… «тюремная камера» прекратила движение и опустилась на что-то мягкое и достаточно пружинистое, потому что каждое движение лапы заставляло ящик колыхаться. Диван – подумал Чеб? Откуда на улице диван? Но и тут он не успел найти ответа, так как диван и его тюрьма и кот вместе с ними начали снова движение. Поехали!!! - веселилась девочка! Чеб! Поехали…
Где-то он уже знал этот запах. Так часто пахло от всей семьи, особенно после долгого отсутствия по выходным...Он уже где-то, когда-то, еще раньше слышал этот звук. И музыка была ему чем-то знакома и даже колебания попы он такие уже когда-то испытывал. Давно, давно … очень уже давно.
И вроде бы клетку тоже эту он помнит. Только была она тогда какая-то большая-большая, как целый дом и поэтому не казалась тюрьмой. Тюремная камера не бывает большой. Это папа Насти рассказывал...Его про работу часто спрашивали....
Если когда-то все это в его жизни уже было и в итоге он оказался вовсе не на помойке, может быть и в этот раз не окажется? Сил обдумывать этот тезис у бедного Чеба, который не спал всю ночь, уже не было.
Глаза как-то сами по себе закрылись под мерное урчание и покачивания «дивана» вместе с «камерой», и заключенный задремал. Укачало... В конце концов и в тюрьме живут, и спят и сны видят и есть дают. Он в кино видел, которое Настин папа смотрел…и все ругался, что не правильно все показывают. Ну ему, конечно, видней.
Все равно любая тюрьма, даже если она еще хуже, чем в кино - это лучше, чем умереть, во много раз лучше. Там же кормят... и есть отопление....Или на помойке вольнее? Это было последнее, о чем подумал в полудреме кот, прежде чем уснуть крепко-крепко и на удивление сладко.
Проснулся сразу от нескольких резких перемен. Во-первых, попа перестала качаться. Во-вторых, прямо под правым ухом раздалось нечто странное
«Кукурекууууу». И не успел кот испугаться, как над левым послышалось «МУууууууу.!!!!». В деревне утро было в самом разгаре.
Тюрьма снова закачалась, поднялась выше и снова опустилась.
Чеб увидел свозь решетку самую настоящую, зеленую траву. И росла она не из горшка (эх, не к месту вспомнился опять горшок!), а прямо из пола, много-много! Он в окно в городе тот зеленый пол видал, но не думал, что пол этот весь из травы, думал ковер такой или еще что на весь двор раскатали.
Вдруг решетка открылась, и Настюха подхватила кота на руки
-Приехали, Чебуксонь, вылезай!
-На историческую Родину – добавил папа, но этой фразы кот не поняла абсолютно.
Он был Чебом, Чебурелем, Чебукселем, Чебурахом, но Чебуксолью точно еще нет. Видимо теперь будет. Он даже хотела было запомнить и выучить, как и все остальные вариации своего имени, но с грустью вспомнил –а зачем?
Гавввввввввввввв! Разнеслось сразу на обоими ухами, всей головой, лапами даже над хвостом, а по тому как затряслась попа, наверное и под ним раздалось. Этот звук кот помнил хорошо. Он на всю жизнь запомнил свою зимнюю ночь под лестницей и страшный рык практически на расстоянии усов от себя. А усы у небольшого кота не сказать чтобы были длинные. Обычные такие усы, по размеру всего тела.
Это собака. Собака, Собака, собака. Какое-то внутренне чувство подсказало, что надо бояться, просто вот надо и все. Хотя это «гав» было какое-то другое «гав» нежели тогда, но кот не мог объяснить, в чем же разница. Гав все таки и есть гав. Бояться!
-Уйди, Полкан, свалишь сейчас, и Чеба напугал - хохотала девочка и махала свободной от кота рукой на собаку – Да, отстань ты…уже, погоди…поиграем еще.
Вот оно что! Так меня не просто хотят выбросить, а решили отдать на съедение собаке – смекнул котик. Ну да, все понятно, за страшное преступление – страшная казнь. И собаке будет обед, экономия поди…
Полкан только-только заметил кота у девочки на руках. Он даже не стал разбираться, что и к чему и почему. Если эту вещь или существо любит Настя, то и он сразу будет тоже любить. И по всей морде кота прошелся шершавый, широкий и страшно слюнявый язык. Откуда было знать бедному коту, что то язык его спасителя и приветствие надо принять с благодарностью. Весь в слюнях он выглядел достаточно смешно и жалко.
Гав! – еще раз радостно тявкнул Полкан, и кот уже зажмурился в ожидании продолжения банкета, точнее сказать его начала… «Пробует на вкус»- подумал он. Может и не понравлюсь еще, ишь плюется как…., может и не будет меня есть- забрезжила в коте надежда.
Но тут собака развернулась и галопом помчалась за отцом Насти, который нес из машины в дом увесистые сумки. Наверняка что-то и для него там есть, обязательно есть, не бывает, чтобы не было.
Тем временем Настя отправилась в свою комнату, в новую пристройку к старому дому бабки Анастасии, которую та звала «половина молодых».
Отворила дверь и выпустила кота на пол.
-Посиди пока тут! Я скоро!
И дверь снова закрылась
Минут десять кот сидел совсем тихо, он даже прижался к полу, оглядываясь по сторонам. Тут было светло и спокойно. Пахло деревом и свежим, каким-то особенно свежим, не городским воздухом.
В понимании Чеба, даже в понимании Чеба, который успел повидать в своей жизни немного, помойка должна была выглядеть иначе, да и пахнуть тоже, например, как мусорные мешки у порога, если они простояли с вечера целую ночь до утра.
Может это и не помойка вовсе? Может его и не выбросили? Чтобы это прояснить надо хотя бы сделать первый шаг и посмотреть, что вокруг. Диван – не такой как в городе, но это, определенно, диван. Кресло - тоже другое, большое, он бы даже сказал огромное, но кресло, а не что-то иное.
Небольшой стол, пара стульев, тумбочка. Все вроде бы такое привычное и не страшное. Просто другое. С детства «половину молодых» Чеб помнить точно не мог. Бабка Анастасия не пускала туда животных, а то уронят чего или грязными лапами натопчут, убирай ей потом, да оправдывайся.
Небольшое окошко было закрыто и задёрнуто занавесками с яркими желтыми подсолнухами. От этого в комнате было еще светлее, будто бы солнышко само зашло прямо в гости.
Снаружи раздавался знакомый, звонкий, голосок юной хозяйки.
«Бабушка, бабушка, смотри, какие у меня волосы стали длинные!... «Бабушка, я теперь на танцы хожу, смотри, смотри, как я могу!» - щебетала не переставая девчушка. «Ай да молодец, ай да умница, ай да ты такая моя хорошая!» - слышался второй голос. Вроде чужой, а вроде и нет.
Чеб подкрался поближе к окошку и заметил, что край занавески загнулся и если удачно затаиться, то можно увидеть, все что происходит с той стороны так, что его, Чеба, почти не заметят. Жаль, конечно, что на шторках не серые тучки нарисованы или что бы еще лучше серые коты, но всего серого в этот день ему было уже достаточно. Он только одним глазком поглядит, может и не заметят.
Кот запрыгнул на подоконник и подсунул морду под ткань.
И увидел странную картину.
Как раз в этот момент девочка кружила по полянке перед окном в вальсе. В это еще не было ничего странного, она так делала и дома. Но по тропинке через полянку шел Василий. Чеб и раньше знал, что ему подобные существа, то есть кошки, как вид, существуют, и что он ни один на всей большой планете. Но с третьего этажа и издалека все кошки казались ему маленькими-маленькими, такими, что он на их фоне в собственных глазах был не маленьким котом. А тут прямо близко-близко идет зверь, размером в три Чеба, с усами длиной с его хвост!
Таких котов не бывает – подумал Чеб. Это Тигр. Он видал тигра на картинке в книжке у хозяйки. Что же сейчас будет? Что же она не убегает, что же не прячется. Чеб даже забыл об осторожности и стукнул пару раз по стеклу лапой. Спасайтесь же!
-А, Василий – радостно закричала девочка, и подхватила кота за то место, которое у людей, скорее всего, назвали бы талией. И снова попыталась закружиться в танце.
Василий, будучи вполне серьезным котом, такой фамильярности стерпеть не мог и в партнёры ни к кому не напрашивался, будь то хоть вальс, хоть танго, хоть фокстрот или даже «ча-ча-ча». Без меня – решил Василий и тут же выполнил упражнения «руки вверх» и «бег на месте» одновременно.
То есть, вытянув передние лапы вверх и замахав задними в воздухе, как по маслу выскользнул из рук девочки, шлепнулся о тропинку и через секунду исчез за сараем…..
-Ну Василий, я так не играю – обиделась Настюха, однако на глаза ей сразу попалась ТучА. Собственно, она никуда и не пряталась, а просто со стороны наблюдала за утренней весьма не традиционной для него зарядкой Василия.
Бабка Анастасия для танцев была уже не совсем в форме, будь то с котами, будь то без них.
Кошка Туча была воспитанная, покладистая и дальновидная, так что когда Настя прижала ее у себе, поцеловала в нос и начала кружить, испытание на пригодность к полету в космос выдержала с честью.
Девочка перестала кружиться и вместе с кошкой на руках обежала за угол, где Чеб ее видеть уже не мог, видимо в старую часть дома.
Сказать, что кот были в шоке – это ничего не сказать. Мозг лихорадочно работал, но отказывался, что-либо понимать. Как это так? Он, Чеб, одновременно в двух местах? Нет ну дома есть такая рамка на стене, его зовут зеркалом...тогда да. Но тогда...тогда двойник появляется близко близко и делает все то же самое. Он повторюшка. И из рамки этой никогда не вылезает.
А сейчас?
Вот Чеб тут сидит на окне, совсем себе такой живой, и вон он же там на улице у Насти на руках. Что то была кошка, да еще его собственная мама, как же ему было догадаться????
«Мам, Мам! Смотрите какой носик. Еще меньше, чем у Чеба. И лапочки меньше!» - послышалось откуда-то из-за стены.
Чеб не знал собственно, что в данном случае лучше – когда меньше или когда больше, но по веселому голосу девочки, сделала вывод, что меньше – это красивее и с ужасом осознал, что же происходит.
Его привезли поменять, обменять на другого такого же кота, лучше. А раз еще и меньше – то и места будет меньше занимать и кушать тоже. Его просто сдают в магазин, как бракованную вещь.
Он знал как это бывает. Мама подарила Насте музыкальную шкатулку с такой маленькой танцовщицей внутри, когда девочка пошла в танцевальную студию, а она оказалась сломанной. Утром шкатулка с полочки пропала, а вечером появилась снова и уже музыка в ней играла, а танцовщица кружилась, вот точно так, как Настя на поляне. Сдали в магазин и поменяли на новую. К слову сказать, Чеб любил эту шкатулку. Не то, чтобы музыка была особо приятная. Не то, чтобы ему составлять девочке компанию, кружась вместе с ней, было приятно.
Нет. Просто именно оттуда доставалась маленькая железная штучка, из которой выпрыгивала любимая, шустрая и совсем неуловимая красная точка.
И вот теперь в красную точку будет играть другой кот, а его, как бракованную шкатулку в магазин.
Ясно, если бьешь горшки или другую посуду – это брак. Надо было все-таки написать в тапок. Когда тебя сдают сразу за два брака – не так обидно.
И так что-то коту стало горько и тоскливо, что даже яркие подсолнухи на шторах не могли ничем помочь. Он спрыгнул с окна и тихо лег на полу в угол. Кто теперь его купит? И нужен ли он кому вообще? Ведь теперь он большой кот, а все хотят маленьких котяточек, наверное. И вдруг еще расскажут, что он горшок разбил? Так и будет сидеть теперь в магазине, пока не испортится совсем….О том что товары в магазинах портятся он тоже знал. Вся семья как-то поела несвежей сметаны. Все, кроме него, Чеба. Он и так и этак, показывал им, и от миски отходил, и лапами ее закапывал и рычал на миску. Не поняли. В борщ положили…Но это уже другая история.
На пороге появилась Настя. Она поставила на пол лоток, а с другой стороны, под окошком миски с водой и кормом.
-Чеб! Устал в дороге? Ты поешь, поешь, а после обеда гулять будем. И детская ладошка ласково потрепала его за ушами – сначала за левым, потом за правым. Все именно так, как он и любил, чтобы сначала за левым.
Что такое гулять кот не знал. Точнее знал, что если так говорит Настя, то она уходит из дома, а потом возвращается. Поэтому, что теперь слово гулять обретает новое значение ведать просто не мог.
Кушать слегка хотелось, пить тоже. Да и дела прочие разные тоже можно было бы уже сделать. Он уж хотел было сделать, когда услышал первое "гав", но сдержался...
Он даже рад был, что лоток принесли. А то ж, если под диван нужды справить, то точно уже на помойку дорога...
А здесь – тепло, светло, чисто и даже места намного больше, чем в городе. Может не все так страшно и надо просто быть хорошим-хорошим, послушным-послушным и передумает Настя его менять?
Все-таки старый друг – лучше же новых двух. Кот никак не мог вспомнить, где он про это слышал, то точно слышал. Кажется, Настина мама сказала так про плюшевого медведя, который тоже приехал вместе с ними, Чеб видал в окошко и то , как мама показывала игрушку какой-то бабушке и они вместе трогательно улыбались.
И где-то вроде бы встречал уже он эту старушку??? Точно встречал…
И сарай, за который удрал с танцплощадки кот Василий тоже чем-то был ему сильно знаком. Он знал откуда-то, как пахнет это серое, все в дырочках и сучках дерево , запах как-то пришел и всплыл сам собою в памяти. Откуда? Серые доски пахли совсем не так, как те, на которых он лежал сейчас. Не хвоей и смолой. Точнее не только ими.
Пахли сыростью, плесенью, прелой травой землей и даже ветром, если у ветра бывает запах. А еще молоком. Почему же они пахли молоком? Он вспомнил как перед глазами было черным-черно и только нос служил главным ориентиром по жизни. Он втягивал носом воздух и чувствовал запах сырых досок и молока. Перебирал лапками по чему-то мягкому и теплому и замах молока становится все сильнее, и сильнее. А потом появлялся на губах его вкус… М, этот вкус. Совсем не такой, как в молоке из магазина, он пробовал.
На воспоминании о молоке как таковом кот сильнее захотел есть. Он съел так много, как мог. Он знал, что Настя всегда радуется, когда он съедает все, что ему дали, а мама Насти всегда радуется, когда все съедает сама Настя и хвалит ее.
Значит съесть все – это хорошо, даже, если уже не хочется и не лезет. Он съел почти все. Чуть-чуть совсем осталось. Но чуть-чуть ведь не страшно. Сделал все свои делишки в лоточек, старательно все закопав, чтобы сразу было видно, как он старался.
Ну а потом как-то так снова заснул.
Запрыгнуть в кресло и уж тем более на диван кот почему-то постеснялся. А вдруг нельзя. Лучше уж он на полу пока. А там посмотрим, куда и как жизнь повернется. Вдруг тот второй кот, на которого его собрались поменять тоже бракованный и что-то такое натворить еще успеет страшное, что его никто себе не возьмет. Оцарапает Настю, к примеру. Он то Чеб - никогда! Расстроятся все , огорчатся, а тут он Чебуксонь (надо же, запомнил все таки!) – покушал, в лоточек сходил, кресло и диван не трогал – просто мечта, а не кот! На думах о мечте кот погрузился в сон, как и все в доме. Встали рано, устали, после обеда можно и вздремнуть часок. Он даже не заметил, как пришла Настя и свернулась клубочком, прямо как коты это умеют, на диване. Она очень хотела взять к себе и Чеба. Но кот так сладко и мирно сопел, что девочка решила его не тревожить, пусть отдохнет, умаялся, бедный. Вот поспят они немножко и гулять!
Продолжение следует