Лена стояла у свежей мо..гилы и смотрела на деревянный памятник . Ветер трепал её волосы, срывал последние листья с берёз, и ей казалось, что вся осень плачет вместе с ней. Дед Игнат ум..р три дня назад. Сердце остановилось во сне — тихо, без мучений. Сосед, зашедший проведать, нашёл его уже холодным.
Лена приехала на п..охороны из города. Дед был единственным родным человеком, который у неё остался. Мать ум..рла, когда Лена была маленькой, отца она никогда не знала. Дед вырастил её, поднял, выучил. А теперь и его не стало.
— Держись, Лена, — сказала соседка тётя Зина, обнимая её. — Царствие ему небесное. Хороший был человек.
Лена кивала, но слов не слышала. В голове была пустота. Она осталась одна. Совсем одна.
После по..хорон нужно было решать, что делать с домом, с хозяйством. Дом старый, но крепкий, дед его любил. Продавать? Но кто купит эту развалюху в глухой деревне? Да и рука не поднималась. Здесь прошло её детство, здесь каждый угол хранил память о деде.
И была ещё Белка.
,Белка была козой. Обычной, белой, с рыжими пятнами на боках и смешными рожками. Дед привёз её откуда-то лет пять назад, выходил, и она стала ручной, как собака. Белка ходила за дедом по пятам, заглядывала в глаза, брала еду с рук. Дед разговаривал с ней, как с человеком, и, кажется, она понимала каждое слово.
— Вот, Ленка, — говорил дед, — это моя кормилица. Молоко даёт, настроение поднимает. Без неё я бы пропал.
Лена тогда посмеивалась, но теперь, глядя на Белку, она понимала: для деда это было не просто животное. Это был друг.
Коза стояла у сарая и смотрела на Лену. Смотрела долго, не мигая, и в её глазах была такая тоска, что у Лены сжалось сердце. Она подошла, погладила Белку по голове.
— Что же мне с тобой делать, Белка? — прошептала она. — В город мне возвращаться, там тебя негде держать. А ты без деда... как же ты?
Белка ткнулась носом ей в ладонь и тихо блеяла — жалобно, по-человечьи.
Три дня Лена собиралась с духом. Разбирала вещи деда, плакала, вспоминала. И всё время рядом была Белка. Она заходила в дом, ложилась у порога и смотрела. Ждала. Будто спрашивала: «Ты тоже уйдёшь? Оставишь меня?»
Лена не могла. Она позвонила начальнице в город и сказала, что увольняется. Та удивилась, но спорить не стала. Лена решила остаться. Хотя бы на время. Посмотрим, как пойдёт.
Она перебралась в дедову комнату, протопила печь, сварила суп. Белка крутилась под ногами, мешала, но Лена не прогоняла. Ей было легче, когда коза рядом.
— Ну что, Белка, — сказала она вечером, сидя на крыльце. — Будем теперь вместе жить. Ты да я. Как дед завещал.
Белка легла рядом, положила голову ей на колени. И Лена впервые за много дней улыбнулась.
Жизнь в деревне оказалась не такой простой, как Лена думала. Надо было топить печь, носить воду из колодца, убирать за козой, доить её. А доить Лена не умела. Дед всегда делал это сам.
Она смотрела на Белку и не знала, с какой стороны подойти. Позвала тётю Зину. Та пришла, научила.
— Ты не бойся, она добрая, — говорила соседка. — Дед её приручил, она любого к себе подпустит. Только лаской.
Лена пробовала. Белка стояла смирно, жевала сено и косилась на неё. Постепенно Лена научилась. Молоко было вкусным, парным, и Лена поняла, почему дед так любил свою козу.
— Умница ты моя, — приговаривала она, доя Белку. — Кормилица.
Белка согласно блеяла.
Шли недели. Лена привыкла к деревенской жизни, к тишине, к ранним подъёмам. Белка стала её тенью. Всюду ходила за ней: в огород, за водой, даже в туалет провожала — садилась у двери и ждала.
Лена разговаривала с ней. Рассказывала о своей городской жизни, о работе, о парне, который бросил, о подругах, которые забыли. Белка слушала, склонив голову, и иногда вздыхала. И Лене казалось, что она всё понимает.
— Ты мой единственный друг, — говорила Лена. — Спасибо, что ты есть.
Зима выдалась снежная. Морозы под тридцать, сугробы по пояс. Лена редко выходила из дома — только чтобы принести дров да покормить Белку. Коза теперь жила в сенях, в тепле.
По вечерам Лена сидела у печки, вязала носки и слушала радио. Белка лежала рядом, жевала сено и смотрела на огонь. Иногда она подходила, клала голову Лене на колени и замирала. Так они могли сидеть часами.
— Хорошо нам с тобой, Белка, — шептала Лена. — Тихо, спокойно. Никто не лезет в душу.
Белка вздыхала, согласно.
Весной Лена решила завести кур. Белка отнеслась к этому спокойно — ходила по двору, косилась на пеструшек, но не трогала. Куры привыкли, даже спали рядом с ней в сарае.
Однажды Лена заболела. Сильно, с температурой, лежала пластом. Встать не могла. Белка забеспокоилась, ходила вокруг кровати, скулила почти по-собачьи. А потом убежала.
Лена думала, что просто гулять вышла, но через час вернулась тётя Зина.
— Ленка, ты чего? — всполошилась она. — Белка прибежала ко мне, блеет, за юбку тянет. Я поняла — беда.
Тётя Зина вызвала фельдшера, напоила Лену чаем с малиной, накормила. Через три дня Лена поправилась.
— Умница ты моя, — обнимала она Белку. — Спасительница.
Так и потекли годы. Лена обжилась в деревне, устроилась на ферму дояркой, получала небольшую зарплату, но хватало. Белка старела, но всё так же ходила за ней хвостиком.
Иногда Лена думала: а что было бы, если бы она уехала тогда, продала дом, избавилась от козы? Наверное, была бы сейчас в городе, на скучной работе, в пустой квартире. А здесь у неё есть дом, есть дело, есть друг.
— Спасибо тебе, Белка, — говорила она. — Ты меня спасла. От одиночества, от тоски, от пустоты.
Белка смотрела на неё умными глазами и жевала сено.
На пятый год Лена встретила мужчину. Сергей приехал в деревню из города, купил дом по соседству, решил заняться фермерством. Увидел Лену, улыбнулся, и как-то сразу они заговорили.
Белка сначала отнеслась к нему настороженно. Сопела, косилась, даже бодаться пыталась. Но потом привыкла. Наверное, поняла, что этот человек не враг.
Через год Лена и Сергей поженились. Белка была на свадьбе — сидела в углу, жевала ленточку от букета и смотрела на гостей.
— Это наша главная свидетельница, — смеялась Лена. — Она меня не бросила в трудную минуту, и теперь мы всегда будем вместе.
У Лены родились двое детей — мальчик и девочка. Белка встретила их с достоинством. Когда малыши начинали ползать, она ложилась рядом и не давала им уползти далеко. Когда они плакали, она тыкалась носом и блеяла — успокаивала.
Дети обожали Белку. Таскали её за уши, за рожки, обнимали. Белка терпела. Только вздыхала иногда и косилась на Лену: «Ну и внуки у тебя...»
Белка состарилась. Ей пошёл четырнадцатый год — по козьим меркам очень много. Она почти не вставала, лежала в сенях на сене и смотрела на мир мутными глазами.
Лена ухаживала за ней, поила молоком, кормила с руки. Дети приносили ей яблоки, гладили. Белка слабо блеяла в ответ.
Однажды утром Лена вышла в сени и поняла — Белка ушла. Она лежала на своём месте, спокойная, будто спала. Рядом стояла миска с недоеденным яблоком.
Лена села рядом и заплакала. Не навзрыд, а тихо, сдерживаясь. Дети подошли, обняли её.
— Мама, не плачь, — сказала дочка. — Белка теперь с дедушкой. Там, на небе.
Лена кивнула. Она знала: так и есть.
П..охоронили Белку на краю огорода, под старой яблоней, где она любила лежать в тени. Поставили маленький памятник. Лена каждый день выходила туда, садилась на лавочку и разговаривала.
— Спасибо тебе, Белка, — шептала она. — За всё спасибо. Ты была мне не просто козой. Ты была другом, сестрой, матерью. Ты меня спасла.
Прошло много лет. Лена состарилась, дети выросли, внуки появились. Но каждое лето они приезжали в деревню, и Лена вела их к старой яблоне.
— Здесь п..охоронена наша Белка, — говорила она. — Самая лучшая коза на свете. Она спасла мне жизнь.
Внуки слушали, раскрыв рты.
А на яблоне каждую весну распускались белые цветы. Такие же белые, как когда-то шерсть у Белки. И Лена знала: это она. Привет шлёт.
Подписывайтесь , тут много интересного :
Читайте так же :