Большинство материалов на эту тему написано с одной позиции: вот признаки абьюзера, вот как его распознать, вот как от него уйти. Это полезно и правильно - в конце концов, психология больше помогает страдающей стороне.
Но иногда человек читает такой список - и узнаёт себя. Не партнёра - себя.
«Я контролирую его телефон. Я устраиваю сцены из-за того, что он задержался на полчаса. Говорю что-то такое, от чего он потом замолкает на несколько часов, - и сама не понимаю, зачем. Однажды он заплакал, а я почувствовала что-то похожее на удовлетворение — и сразу же ужас от того, что почувствовала. Неужели я стала тем, кого сама так боялась?»
Здесь важно сказать сразу: человек, который задаёт себе этот вопрос, уже делает нечто существенное. Тот, кому всё равно, так не спрашивает.
---
Про идентификацию с агрессором
Когда человек обнаруживает в себе контролирующее или обесценивающее поведение, первый импульс - наклеить на себя ярлык и закрыть вопрос.
«Ну всё, приехали. Я абьюзер. Со мной что-то фундаментально не так»
Это типа такой «голос Честности», но это не честность, а стыд, который имитирует честность.
Потому что настоящий вопрос звучит иначе: откуда это берётся?
Есть механизм, который психоанализ описывает как идентификацию с агрессором - его сформулировала Анна Фрейд, развил Шандор Ференци.
Суть в следующем: ребёнок, который рос рядом с человеком, причинявшим боль - через контроль, унижение, холодность, вспышки ярости, непредсказуемость - не просто страдал от этого. Он усваивал это внутрь - в психическом смысле, конечно.
Потому что ребёнок не может позволить себе роскошь ненавидеть значимого взрослого и при этом оставаться в безопасности. Ненависть к тому, от кого зависишь, слишком опасна. И психика находит выход: агрессор интроецируется, то есть берётся внутрь. Его голос, его логика, его способ реагировать становятся частью собственной психики. Это психическая адаптация, которая в своё время была единственно возможной.
---
Контроль как способ не чувствовать тревогу
Контролирующее поведение - проверка телефона, допросы, невозможность отпустить партнёра на вечер с друзьями - очень редко является желанием доминирования как такового. Чаще это говорит о невыносимой тревоге.
Внутри - хаос и страх покинутости, который запускается раньше, чем успеваешь понять, что происходит.
И контроль - это попытка унять этот хаос снаружи, потому что изнутри управлять им не получается. То есть, если я знаю, где он, что делает, с кем разговаривает - мне чуть легче. Ну, минут на двадцать...
Собственно, мы здесь не оценки даём, и не шутим - просто пытаемся показать механизм. Потому что бороться с поведением, не понимая, какую функцию оно выполняет, - всё равно что пытаться остановить кровотечение, не зная, откуда оно.
---
Почему партнёр становится «слабым»?
В обесценивающем, насмешливом, унижающем поведении есть странная логика: человек атакует в партнёре именно то, что не презирает в себе сам. Собственная уязвимость, потребность в близости, страх - всё это переносится на партнёра, который становится носителем отвергнутой части. Атаковать его - это способ атаковать собственную слабость, не признавая её своей.
Человек, получивший в детстве жёсткое послание «нельзя быть слабым, нельзя нуждаться» - во взрослой жизни невыносимо реагирует именно на эти проявления в другом. Потому что они слишком близко.
---
Это не означает, что «всё можно понять и простить»
Здесь нужна остановка.
Понимание механизмов не отменяет ответственности. Идентификация с агрессором объясняет, откуда берётся жестокость, - но не даёт права на неё. Детская травма объясняет очень многое - и вместе с тем партнёр, которому причиняют боль, не обязан быть терапевтическим полигоном для чужой хтони.
Некоторые люди используют «я понял, откуда это» как конечную точку. Но осознание - только начало. Механизм, который формировался годами, не разворачивается в обратную сторону от одного инсайта.
---
Что с этим можно делать?
Первое - честно ответить на вопрос о безопасности партнёра прямо сейчас. Не «я в целом хороший человек», а конкретно: человек рядом со мной в порядке, или ему плохо из-за моего поведения?
Второе - не заменять терапию самобичеванием. Человек, который часами корит себя за то, что снова сорвался, как правило, не работает с причиной - он наказывает себя, имитируя ответственность. Самобичевание — это тоже способ не меняться, только более болезненный.
Третье - работа в терапии. Интроект агрессора не убирается осознанием - он переосмысляется через опыт новых отношений, в которых иначе. Терапевтические отношения дают возможность быть уязвимым без наказания - и через этот опыт постепенно ослабляют старую логику.
И четвёртое - признать это партнёру. Не нужно посыпать пеплом голову и надевать вериги. Просто сказать - «я вижу, что делаю тебе больно, и хочу с этим разобраться». Это не гарантирует, что отношения выживут. Но это единственная честная отправная точка.
Конечно, скорее всего возникнет страх отдать партнёру некую «власть» на собой, признавая собственные косяки. Но это тема последующих статей.
Человек, который спрашивает «неужели я абьюзер?», - уже смотрит на себя. Это неудобно, стыдно и требует выдерживать то, что видишь. Но именно это - начало чего-то другого. Не потому что осознание всё меняет само по себе, а потому что без него точно ничего не меняется.
Если это отзывается и вы хотите разобраться, что стоит за вашими реакциями в отношениях - посмотрите мою анкету на b17 или напишите в Telegram: @sivpsy
Список литературы
- Ференци Ш. Путаница языков взрослых и ребенка. Язык нежности и страсти. 1933.
- Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы. 1936.
- Кернберг О. Тяжёлые личностные расстройства. 1984.
- Мастерсон Дж. Поиск настоящего «Я». 1988.
- Винникотт Д. Игра и реальность. 1971.
Автор: Сергей Сивирский
Психолог, Гештальт-подход
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru