Найти в Дзене
В курсе дел

Снаряд у реактора: Лихачев подтвердил удар по АЭС в Иране, но наши специалисты целы

Тегеран — Москва, 18 марта 2026 год. Вчерашний вечер выдался тревожным для всех, кто следит за ситуацией на Ближнем Востоке. В 18:11 по московскому времени территория иранской атомной станции «Бушер», которую строят и обслуживают наши специалисты, подверглась удару. Информация поначалу поступала противоречивая, но сегодня гендиректор «Росатома» Алексей Лихачев расставил все точки над i, сделав официальное заявление. Самое главное — никто из наших ребят не пострадал. Это действительно облегчение, если честно, потому что нервы у всех на пределе уже который день . Представляете, снаряд упал буквально в считанных метрах от действующего энергоблока. Лихачев уточнил: прилетело на территорию, прилегающую к зданию метрологической службы. Это на промышленной площадке, в опасной близости от реактора. Такого, к слову, за все время нынешнего витка конфликта еще не было — первый задокументированный случай прямого попадания по ядерному объекту . Мурашки по коже от одной мысли, что могло бы быть. Сей

Тегеран — Москва, 18 марта 2026 год. Вчерашний вечер выдался тревожным для всех, кто следит за ситуацией на Ближнем Востоке. В 18:11 по московскому времени территория иранской атомной станции «Бушер», которую строят и обслуживают наши специалисты, подверглась удару. Информация поначалу поступала противоречивая, но сегодня гендиректор «Росатома» Алексей Лихачев расставил все точки над i, сделав официальное заявление. Самое главное — никто из наших ребят не пострадал. Это действительно облегчение, если честно, потому что нервы у всех на пределе уже который день .

Представляете, снаряд упал буквально в считанных метрах от действующего энергоблока. Лихачев уточнил: прилетело на территорию, прилегающую к зданию метрологической службы. Это на промышленной площадке, в опасной близости от реактора. Такого, к слову, за все время нынешнего витка конфликта еще не было — первый задокументированный случай прямого попадания по ядерному объекту . Мурашки по коже от одной мысли, что могло бы быть.

Сейчас радиационный фон на станции в норме, это подтверждено замерами. Но осадок, как говорится, остался. В «Росатоме» ситуацию комментируют жестко и без дипломатических экивоков. Лихачев назвал случившееся вопиющим пренебрежением к международной безопасности. И с этим сложно спорить — бить по атомным станциям табу, которое нарушать нельзя .

Наши специалисты, а их там порядка 480 человек, продолжают работу. Хотя, конечно, вопрос безопасности сейчас выходит на первый план. Эвакуация уже идет — это уже третья волна. Как пояснили в корпорации, детей вывезли заранее, еще до обострения. Ранее удалось отправить на родину около 250 сотрудников с семьями. Готовятся новые вылеты .

Понятно, что стройку вторых и третьих энергоблоков пришлось приостановить — какие уж тут мирные работы, когда рядом свистят снаряды. Сейчас главное — сохранить жизни людей и не допустить ядерной катастрофы. Хочется верить, что до global disaster дело не дойдет, и стороны услышат призывы к деэскалации в районе станции. Но пока, честно говоря, верится с трудом .

История, которую ещё не успели исказить. Читайте первыми.

Для смелых Max