ПОЛНЫЙ ТЕКСТ СТИХОТВОРЕНИЯ
***
Жаркие, жалкие улицы,
Дымодуховкой горя.
В озеро холода
Входит нога.
Мимо слоняются чучела.
Вперед рука,
Вперед нога!
Медленно дверь открывается,
Словно пчелка, жужжа
Звуки разных слов:
Гу да Га Гу да Га.
Уши слегка напрягаются.
Мысли в глаз удаляются.
Гу да Га Гу да Га
И, конечно же, умывается,
Если нужно сморкается
(Ну, не будем сюда!)
Солнышко смотрит зайчиком —
Заяц смотрит на тебя?
Что? Тебя не касается:
Ладно, оставим… Пока.
Дверь отомкнулась.
Вошла
Она.
ВСТУПЛЕНИЕ: ЧТО ЭТО ВООБЩЕ ТАКОЕ
Если вы привыкли к поэзии, где всё понятно с первой строки — рифма, ритм, смысл, мораль, — то стихотворение Аркадия Нэтова «Жаркие, жалкие улицы» может вызвать недоумение. А где рифма? А о чём это? А почему «гу да га»? А кто «она»?
Это нормально. Потому что здесь мы имеем дело с другой поэтикой. Не с той, где автор объясняет, а с той, где автор погружает. Не с той, где есть сюжет, а с той, где есть состояние. Давайте разбираться.
КОМПОЗИЦИЯ: ГОРОД КАК ЛАБИРИНТ
Стихотворение построено как блуждание по городу в жаркий день. Это не линейный рассказ, а скорее монтаж аттракционов — кадры, звуки, обрывки мыслей, которые нанизаны на ниточку одного дня.
Первый кадр (строки 1–4) — улица. «Жаркие, жалкие улицы, / Дымодуховкой горя». Неологизм «дымодуховка» сразу задаёт тон: город — это раскалённая духовка, полная дыма, гари, выхлопов. И вдруг резкий контраст: «В озеро холода / Входит нога». Из пекла — в прохладу. Из шума — в тишину. Может быть, это подъезд, может быть, кондиционированное помещение, может быть, метро. Важно ощущение спасения.
Второй кадр (строки 5–8) — люди. «Мимо слоняются чучела». Жёсткий образ: люди без лиц, без признаков жизни, пустые оболочки. И тут же механическая команда: «Вперёд рука, / Вперёд нога!». Люди-роботы, люди-автоматы, идущие куда-то, потому что надо идти.
Третий кадр (строки 9–16) — звук. Город наполнен шумом. «Словно пчёлка, жужжа / Звуки разных слов: / Гу да Га Гу да Га». Речь распадается на фонемы, на чистый звук, лишённый смысла. Это фон города, его дыхание, его пульс. «Уши слегка напрягаются» — попытка уловить смысл в этом хаосе, но смысла нет.
Четвёртый кадр (строки 17–20) — тело. «Мысли в глаз удаляются» — странный образ, мысли уходят куда-то вглубь, в глаз. И снова рефрен «Гу да Га Гу да Га». И вдруг — бытовые действия: «умывается», «сморкается». Резкое снижение, почти издевательское. Автор как будто говорит: не ищи здесь высокой поэзии, это просто жизнь.
Пятый кадр (строки 21–24) — комментарий. «(Ну, не будем сюда!)» — автор отступает, комментирует сам себя. И снова солнечный зайчик: «Солнышко смотрит зайчиком — / Заяц смотрит на тебя?». Игра слов: зайчик (солнечный) превращается в зайца (животного). Реальность расслаивается, становится зыбкой.
Шестой кадр (строки 25–28) — финал. «Ладно, оставим… Пока». Оборванная фраза, усталость. И последний образ: «Дверь отомкнулась. / Вошла / Она». Таинственная «Она» с большой буквы. Кто это? Любовь? Смерть? Муза? Случайная женщина? Неизвестно. Но именно она замыкает круг этого бессмысленного дня.
КЛЮЧЕВЫЕ ОБРАЗЫ: ЧТО ОНИ ЗНАЧАТ
«Дымодуховка» — неологизм, который стоит расшифровать. Дым + духовка. Город как раскалённая духовка, где всё плавится, дымит, задыхается. Образ ада без огня — ада духоты.
«Озеро холода» — антитеза городу. Место спасения, убежище. Но оно не называется прямо — это может быть подвал, метро, кондиционированный магазин, просто тень. Важно ощущение контраста.
«Чучела» — люди, потерявшие человеческое. Пустые оболочки, манекены, зомби. Город превращает людей в чучела — они есть, но их нет.
«Гу да Га Гу да Га» — звуковой центр стихотворения. Это не слова, это чистый звук, ритм, пульс. Это шум города, его дыхание, его бессмысленный гул. Это то, что остаётся, когда слова теряют значение.
«Солнышко смотрит зайчиком» — игра света, солнечный зайчик. И сразу превращение в зайца. Реальность сдвигается, становится нестабильной, сюрреалистической.
«Она» — с большой буквы. Самый загадочный образ. Может быть, женщина. Может быть, смерть. Может быть, просто завершение дня. Неопределённость работает на атмосферу — мы не знаем, и это правильно.
ЗВУКОПИСЬ: КАК ЭТО ЗВУЧИТ
Это стихотворение нужно не столько читать глазами, сколько слушать. Потому что звук здесь — главный герой.
Уже в первой строке — шипящие и свистящие: «Жаркие, жалкие улицы». Звук «ж» передаёт жару, духоту, напряжение.
«В озеро холода / Входит нога» — появляется «х», выдох, облегчение.
И главное — рефрен «Гу да Га». Это ритмический и фонетический центр. Глухие и звонкие взрывные (г, д) создают ощущение пульса, удара, работы механизма. Это как стук колёс, как сердцебиение города, как его дыхание.
«Словно пчёлка, жужжа» — снова жужжание, шипение, насекомое. Город как улей, полный бессмысленной активности.
В финале звук затихает, остаются короткие, рубленые фразы: «Ладно, оставим… Пока». Тишина после шума.
РИТМИКА: ДЫХАНИЕ ГОРОДА
Ритм стихотворения рваный, непредсказуемый, как шаги по городу. Короткие строки сменяются длинными, восклицания — паузами.
«Вперёд рука, / Вперёд нога!» — почти строевой шаг, механический ритм, марш.
«Гу да Га Гу да Га» — чистый ритм, лишённый смысла, но задающий пульс. Это можно скандировать, можно напевать, можно просто слышать внутри.
«И, конечно же, умывается, / Если нужно сморкается» — бытовой ритм, снижение, почти проза. Автор специально сбивает ритм, чтобы мы не расслаблялись.
Ритм стихотворения — это ритм блуждания. То быстрый шаг, то остановка, то бессмысленное топтание на месте.
СМЫСЛ: А ЕСТЬ ЛИ ОН ВООБЩЕ?
Главный вопрос, который возникает у читателя: а что это вообще значит? Где смысл? О чём это?
Стихотворение Нэтова — это поэзия состояния, а не поэзия смысла. Здесь нет морали, нет вывода, нет идеи, которую можно пересказать своими словами. Здесь есть атмосфера. Есть ощущение жаркого, душного дня, когда мозги плавятся, когда люди кажутся чучелами, когда звуки сливаются в одно «гу да га», когда мысли уходят в глаза, а в конце просто кто-то входит в дверь.
Это попытка передать опыт присутствия в городе. Не рассказать о нём, а заставить читателя его пережить.
«Она» в финале — это, возможно, попытка найти точку опоры в этом хаосе. Кто-то, кто входит и замыкает круг. Кто-то, кто приносит смысл в бессмыслицу. Или просто случайная женщина, вошедшая в дверь, — и это всё, что происходит. И этого достаточно.
ПЕРЕКЛИЧКИ С ТРАДИЦИЕЙ
Стихотворение Нэтова не существует в вакууме. Оно вписано в большую традицию русского и европейского авангарда.
Обэриуты (Хармс, Введенский, Заболоцкий) — с их абсурдом, разрывом логики, игрой со звуком. «Гу да Га» — это чистый Хармс, который тоже любил бессмысленные слова, передающие чистое бытие.
Футуристы (Хлебников, Кручёных) — с их заумью, с их попытками создать новый язык. Хлебниковские звуковые эксперименты отзываются в этом стихотворении.
Городская поэзия (Блок, Бродский) — но если у Блока город символичен, а у Бродского — экзистенциален, то у Нэтова город физиологичен. Он входит в тебя через кожу, через уши, через глаза.
Сюрреализм — с его любовью к неожиданным соединениям, к сдвигам реальности, к образам, которые нельзя объяснить логически.
ЧТО ДЕЛАТЬ С ЭТИМ СТИХОТВОРЕНИЕМ
Не пытайтесь его «понять» в обычном смысле. Не ищите в нём мораль или идею. Просто побудьте в нём. Почувствуйте жару. Услышьте «гу да га». Увидьте чучела, идущие мимо. Почувствуйте, как нога входит в озеро холода. И когда в конце войдёт «Она» — может быть, вы поймёте что-то важное про свой собственный день, про свой собственный город, про свою собственную жизнь.
ГДЕ КУПИТЬ КНИГУ
Это стихотворение вошло в сборник «Вечность или пустота. Декаданс XXI», где собраны лучшие тексты Аркадия Нэтова последних лет.
📦 Ссылка на книгу на Ozon: https://ozon.ru/t/OMQaWYm
Там есть и «Куртка», и «Жаркие, жалкие улицы», и много других стихотворений — от исповедальных до абсурдистских, от философских до городских зарисовок.
БОНУС ДЛЯ ПОДПИСЧИКОВ
В ближайшее время мы разыграем экземпляр с автографом Аркадия Нэтова. Подписывайтесь на наши соцсети, чтобы не пропустить розыгрыш.