Итоги 98-й церемонии вручения наград премии «Оскар» вновь стали поводом для обсуждений — от неожиданных победителей до очевидных триумфов. Но за пределами красной дорожки и громких речей остаётся более важный вопрос: что эти фильмы говорят о нас самих? В разговоре с киноведом Анастасией Трофимовой мы обсуждаем, почему итоги вызывают двойственные чувства и какие темы сегодня волнуют мировое кино.
— Какое у тебя впечатление от результатов премии «Оскар» 2026 года? Были ли для тебя неожиданные победители?
— В целом, с каждым годом академики выносят все более очевидные вердикты. Очень мало было удивлений, но было несколько расстройств по поводу победителей в некоторых номинациях. Во-первых, расстраивает ситуация с мужской ролью второго плана, потому что Шон Пенн из «Битвы за битвой» получил свой третий Оскар, и он не приехал на церемонию. В то время как Стеллан Скарсгард («Сентиментальная ценность» — прим. автора) не молодеет, ему, по-моему, 74 уже, у него до сих пор ни одного «Оскара», и пока непонятно, случится ли в жизни такое, что будет фильм, который сделает его «Оскарским лауреатом».
Из того, что было ожидаемо, но печально, это победа «Грешников» в номинации на лучший сценарий, потому что сценарий, мягко говоря, в этом фильме слабоват. В целом, церемония получилась ровная, в том плане, что никаких поворотов не было. Потому что в прошлом году, когда победила «Анора», до последнего никто не то чтобы не верил, но не было ощущения, что это взаправду. В этом году, кто ставил на «Битву за битвой», тот и выиграл всё. Я тоже думала, что «Битва за битвой» получит кучу наград, в целом, так и получилось.
— Были ли, на твой взгляд, картины или актеры, которых академия недооценила?
— Были картины, которые Академия недооценила. И в первую очередь это «Простая случайность» Джафара Панахи — фильм, который мог бы победить в секторе «лучший фильм на иностранном языке». Но Панахи действительно довольно сильно обделили на Оскаре, он был номинирован только на «лучший фильм на иностранном языке». Однако здесь стоит сделать некоторое отступление, потому что фильм получил приз в Каннах. Еще очень грустно за «Сират» Оливера Лаше, который боролся с «Формулой 1» Джозефа Косински (в номинации «Лучший звук» — прим. автора). И тут очень сложный выбор, потому что записать звук для гоночного фильма крайне тяжело, но при этом звук в «Сирате», то, как он сведен, как он сделан и его безумная акустика очень круто звучит.
—Какие темы в кино, судя по номинациям и победителям, сегодня особенно волнуют режиссеров?
— Основная тема — это вопрос наследственности, вопрос осмысления наследия прошлого, рефлексии о травмах. И сейчас мы не скрываем травму, не кидаем ее, а мы пытаемся ее прожить и прорефлексировать. Церемония 2026 года отражает глобальный запрос на честный диалог о переменах и наследии прошлого. Успех разножанровых фильмов, которые говорят о преодолении кризисов, напоминает нам, что кино сегодня служит инструментом для коллективного проживания ужаса от турбулентности современного мира. Главным вектором года стало глубокое исследование травмы не как разового события, а как длительного процесса «врастания» в новую реальность. Кинематограф перестал фиксировать саму катастрофу и сосредоточился на том, что происходит «после». И как будто бы основное, что задает 2026 год это то, что невозможно построить новую реальность, не признав свое поражение и свою боль.
— Можно ли по итогам премии сказать, в какую сторону развивается мировая киноиндустрия?
— Из основных лейтмотивов — появилась жёсткая сатира, по которой мы скучали. Пол Томас Андерсон в целом умеет это делать, но в «Битве за битвой» он делает сатиру на всех, про все и сразу и не стесняется этого. Я думаю, велик риск, что ярко-сатирических фильмов станет больше. У нас есть вторая сторона — это очень острая сентиментальная подоплека в фильмах, причем неважно какого жанра. Разговор об утрате становится первостепенным в любом жанре, потому что весь мир переживает какую-то глобальную утрату, в первую очередь прошлого и горевания по нему, мысль о том, что никогда не будет как прежде. И режиссеры очень активно рефлексируют об этом. Но говорить о том, куда идет мировая киноиндустрия очень сложно, потому что в прошлом году победила «Анора» Шона Бейкера, но при этом за 2025-й год не был снят ни один, мне кажется, фильм, который хоть немного повторяет риторику этого фильма. Сейчас гораздо важнее поговорить о внутреннем, а не о внешнем. И внутреннее стоит во главе угла, даже в самых острых политических и социальных триллерах оно выходит на первый план.
— Почему такие премии, как «Оскар», по-прежнему важны для киноиндустрии?
— Эти премии важны в первую очередь для бизнеса, потому что киноиндустрия это огромный бизнес, это огромные деньги, где далеко не всегда кинематографическое искусство является основоположным, гораздо важнее прибыль в тех или иных фильмах. К сожалению, Голливуд работает по этому принципу, и поэтому такая большая разница у голливудского кино с европейским, и тем более нашим. Мы не можем поставить «Оскар» рядом с другими премиями, просто потому что это совершенно разные градации. То, что получается в Берлине на «Берлинеале», то, что получается в Каннах, на «Санденсе», не равно Оскару. Панахи с «Простой случайностью» о тирании в Иране может победить в Каннах, на «Оскаре» он победит вряд ли. Просто потому, что во всем этом всегда есть определенная социальная и политическая ангажированность. Многие Академики даже не смотрят фильм, они выбирают по названию. Важный момент в том, что «Оскар» дает некоторую планку следующему году. Он как бы выделяет лучшие фильмы, но при этом выделяет и основной нарратив, то есть как будет работать кинематограф в следующем году. Проблема в том, что социальная среда сейчас не очень отвечает этому нарративу, потому что в социуме происходит много изменений, которые оказывают влияние на кинематограф. И «Оскар» остается важным, потому что он задает эти векторы, выделяет основные темы, формулирует итоги года, однако не всегда отражает нынешние реалии.
— Есть ли фильм этого года, который ты бы назвала обязательным к просмотру?
— Из «Оскарской гонки» есть, наверное, 4 фильма, которые бы я выделила как основные для просмотра. Конечно, «Сентиментальная ценность» Якима Триера, потому что это очень важное размышление о личной и исторической травме, которые переплетаются и взаимовлияют друг на друга. Второй фильм «Простая случайность» Джафара Панахи, который говорит о жизни в тираническом режиме, и как это отражается на человеке, что происходит с его психикой, когда встает выбор между убить или не убить. Третий фильм «Гамнет» — это пересмотренная история Шекспира. Потрясающее высказывание o том, как искусство помогает нам сублимировать боль, о том, что искусство целительно. Ну и четвертый фильм, наверное, «Сират», ну или «Битва за битвой». «Сират» — это стресс, тревоги и паранойя современного общество.
Автор статьи: Алёна Латышева
