17 марта исполняется 170 лет со дня рождения художника
"Если не знать ничего о Врубеле, кроме его картин, можно вообразить его похожим на Демона. Но, как свидетельствовали хорошо знавшие его люди, ничего демонического не было ни в характере, ни в наружности", — писала искусствовед Нина Дмитриева в книге "Михаил Врубель. Жизнь и творчество". ТАСС вспоминает, как жил и работал художник.
Юрист с душой творца
Михаил Врубель родился в 1856 году в Омске в дворянской семье. Его мать, Анна Врубель (в девичестве — Басаргина), была дочерью военного губернатора Астраханской губернии. Она умерла от туберкулеза, когда Михаилу было три года. Отец, Александр Врубель, остался с четырьмя детьми (двое из них не дожили до подросткового возраста). Врубель-старший служил военным юристом, и семья часто переезжала по месту его назначения — в Астрахань, Харьков, Саратов, Санкт-Петербург, Одессу.
"Уж очень он был хилым, пугающе поздно начал ходить, мало и неохотно говорил. Правда, ни криком, ни капризами не докучал; напротив, умилял редкой в ребенке постоянной тихой кротостью", — описывала ранние годы Михаила Врубеля историк искусства и биограф Вера Домитеева в книге "Врубель". В 1863-м его отец женился во второй раз — на петербурженке Елизавете Вессель. В книге Домитеевой говорится, что Вессель старалась заменить мать пасынкам и несколько лет занималась исключительно их воспитанием.
По воспоминаниям Анны Басаргиной-Врубель, старшей сестры художника, Михаил любил вдумчиво слушать, как мачеха играет на рояле. "Потребность творчества в брате проявилась в 5–6-летнем возрасте. Он зарисовывал с большой живостью сцены из семейного быта <...> Отец, заметив проявляющуюся в брате склонность, старался по мере своих скромных материальных средств способствовать развитию художественного дарования", — также вспоминала она.
В школьные годы Врубель учился рисованию, увлекался естествознанием, историей и литературой, театром. "Я не видал более образованного человека <...> C пеленой высокого культа, щегольским изяществом драгоценного легкомыслия, высоких порывов, влюбленных чувств, музыки, искусств, с праздником и задором в душе", — писал о нем спустя годы его друг и коллега Константин Коровин. Окончив гимназию с золотой медалью, Врубель поступил на юридический факультет Петербургского университета.
В годы учебы он подрабатывал гувернером и репетитором по латыни, а увлекшись философией, задумался о своем истинном призвании. В 1880-м Врубель поступил в Академию художеств — в мастерскую Павла Чистякова, учениками которого были Василий Поленов, Василий Суриков, Виктор Васнецов и Валентин Серов.
Византийские фрески и неразделенная любовь
В 1884 году искусствовед и археолог Адриан Прахов, возглавлявший реставрацию древних киевских храмов, искал художника для росписи церквей. Он обратился к своему приятелю Чистякову, и тот познакомил его с Врубелем.
В Киеве Врубель занимался реставрацией византийских фресок XVII века в Кирилловской церкви, росписью стен, созданием новых композиций и образов для иконостаса. Художник с головой ушел в изучение древнего стиля. В это же время укреплялась его художественная манера. "Благородно-сдержанная экспрессия старинных мозаик и фресок прояснила собственные искания Врубеля <...> Появляется характерно "врубелевское" выражение духовной напряженности в сосредоточенном взоре огромных глаз (большие глаза — также черта византийской живописи), при позах как бы оцепеневших, скупом жесте, в атмосфере глубокой тишины", — писала Дмитриева.
Она отмечала, что Врубель писал фигуры апостолов с окружавших его людей — киевских ученых, священников, археологов, самого Прахова. Прототип образа Богородицы он разглядел в Эмилии Праховой, жене своего покровителя. Она была на семь лет старше, воспитывала троих детей и, по воспоминаниям художника Василия Поленова, была "женщиной некрасивой, экстравагантной, но в общем приятной и гостеприимной".
Согласно биографам, Врубель влюбился в нее. "Я любил женщину, она меня не любила — даже любила, но многое мешало ее пониманию меня. Я страдал в невозможности объяснить ей это мешающее", — сообщил Врубель Константину Коровину. По мнению Домитеевой, Прахова обладала множеством притягательных для Врубеля черт. "Поразительно свободная во вкусах и суждениях, она свободно говорила обо всем, в том числе о вещах, при дамах обычно не обсуждавшихся. Незаурядная музыкантша, она концертировала вместе с Листом во время его гастролей в Киеве", — объясняла Вера Домитеева в своей книге.
Врубель часто рисовал Эмилию и, по выражению Домитеевой, "откровенно поклонялся" ей, что надоело Прахову: в 1884-м он отправил художника в командировку в Италию — изучать древние мозаики и искусство старых мастеров. Вернувшись в 1885 году в Киев, Врубель, по слухам, сделал предложение Праховой. И после отказа не находил себе места: уезжал на несколько месяцев в Одессу, затем снова искал подработки в Киеве, делал эскизы росписей Владимирского собора, писал картины, уничтожал их. Его эскизы для Владимирского собора так и остались на бумаге, поскольку стиль Врубеля был слишком самобытным — Прахов говорил, что для его росписей нужно было бы и собор построить "совершенно в особенном стиле". "Знаете, в Киеве я недавно зашел в маленький ресторан, спросил обед, но знал, что денег у меня нет. Я хотел есть. Когда я съел обед, я сказал, что денег у меня нет. Вы понимаете — скандал. "Вот возьмите мою акварель (которая была при мне в свертке)". Они не стали смотреть и требовали денег. Но дочь хозяина посмотрела и сказала: "Это стоит все же рубля. Хотя ничего нельзя понять, но красиво", — вспоминал Константин Коровин рассказ Врубеля.
"Его потянуло к хмельному "кубку жизни", он бурно увлекался какой-то заезжей танцовщицей, много пил, жил неустроенно, лихорадочно, а к тому же еще и жестоко бедствовал, так как денег не было, отношения же с Праховым стали более холодными и далекими", — описывала жизнь Врубеля в середине 1880-х Нина Дмитриева. Тогда же художник начал работать над первым "Демоном" (впоследствии эти наброски он уничтожил). В лице Демона Константин Коровин и другие знакомые Врубеля узнавали черты Эмилии Праховой.
Савва Мамонтов и демоны
В 1889-м Врубель переехал в Москву и познакомился с меценатом Саввой Мамонтовым. В усадьбе Абрамцево, где Мамонтов организовал художественные мастерские, Врубель начал работать на стыке живописи, декоративно-прикладного искусства и архитектуры. Он увлекся майоликой, одной из специфических разновидностей керамики, стал иногда получать заказы и, по словам Дмитриевой, такой бедности, как в Киеве, уже не знал. Также он работал над оформлением занавесов, декораций и костюмов для Частной оперы Саввы Мамонтова.
В 1890-м Врубель оказался среди художников, которым предложили сделать иллюстрации к юбилейному (со дня смерти) собранию сочинений Лермонтова. Он вернулся к работе над образом Демона. По воспоминаниям искусствоведа Николая Прахова (сына бывшего покровителя), Врубель считал, что "Демона" не понимают: "путают с чертом и дьяволом, тогда как черт по-гречески значит просто "рогатый", дьявол — "клеветник", а "Демон" значит "душа" и олицетворяет собой вечную борьбу мятущегося человеческого духа, ищущего примирения обуревающих его страстей, познания жизни и не находящего ответа на свои сомнения ни на земле, ни на небе". В письме сестре Анне в 1891 году Врубель сообщал, что пишет "полуобнаженную, крылатую, молодую, уныло-задумчивую фигуру", которая "сидит, обняв колена, на фоне заката и смотрит на цветущую поляну, с которой ей протягиваются ветви, гнущиеся под цветами". По словам Дмитриевой, так шла работа над картиной "Демон сидящий" — первой из серии полотен Врубеля.
Демон стал одним из ключевых образов в творчестве Врубеля — он появляется на иллюстрациях к одноименной поэме Лермонтова, на картинах "Демон летящий" и "Демон поверженный", также голову Демона художник делал из гипса (сегодня она хранится в Русском музее).
Широкого признания Врубель при жизни не имел. Его иллюстрации к лермонтовскому "Демону" критики называли "ужасающими образцами непозволительного и отталкивающего декадентства", а самого художника обвиняли в грубой "аляповатости" и "небрежности" рисунков. В книге Дмитриевой говорится, что работы художника видел лишь ограниченный круг людей: до конца 1890-х они нигде не выставлялись. Его картины либо не допускали до экспозиции, либо критиковали. Согласно Дмитриевой, в 1896-м Савва Мамонтов добился, чтобы две масштабных работы Врубеля украсили Всероссийскую промышленную и сельскохозяйственную выставку в Нижнем Новгороде. Тот создал громадных размеров панно "Принцесса Греза" и "Микула Селянинович". Первое, по воспоминаниям Николая Прахова, олицетворяло мечту художника о прекрасном, второе — силу русской земли. Комиссия забраковала обе работы: "врубелевские панно своей оригинальностью и свежестью письма и красок в буквальном смысле "убивали" расставленные внизу в золоченых рамах произведения других художников".
Тогда, по сведениям Дмитриевой, Мамонтов построил на свои деньги отдельный большой павильон, в котором разместил работы Врубеля. Они вызвали скандал. "Что за озлобленная ругань и ненависть, и проклятия сыпались на бедную голову Михаила Александровича <...> Я не мог разгадать, но что-то звериное в сердце зрителей чувствовалось. Я слушал, какие проклятия несли они, глядя на эти панно. Михаил Александрович еще больше убедился в своем непризнании и еще больше почувствовал себя сиротой этой жизни", — вспоминал Константин Коровин их с Врубелем пребывание на нижегородской выставке.
Встреча с музой
В том же 1896-м Врубель познакомился с оперной певицей Надеждой Забелой. По ее воспоминаниям, он работал над декорациями для спектакля "Гензель и Гретель" и услышал ее пение на репетиции. "Так чувствителен к звуку голоса М. А. [Михаил Александрович] был всегда. Он тогда еле мог разглядеть меня, — на сцене было темно; но звук голоса ему понравился. Вообще, пение и музыку он любил чуть ли не больше всех других искусств", — вспоминала Забела. Летом 1896-го они обвенчались.
В Забеле художник нашел музу, что отразил в названии портрета, написанного в год свадьбы. В книге Дмитриевой говорится, что Врубель продумывал все сценические образы для жены — от костюмов до грима. Он постоянно бывал на ее репетициях и выступлениях, ее творчество вдохновляло его. Врубель изображал Забелу в образах Морской Царевны ("Садко"), Снегурочки, Маргариты ("Фауст"). Жена позировала художнику для хрестоматийной картины "Царевна-Лебедь" после того, как исполнила партию героини в "Сказке о царе Салтане" Николая Римского-Корсакова.
Болезнь и угасание
На рубеже XIX и XX веков Врубель много работал с фольклорными мотивами — создал работы "Пан", "Сирень", "Богатырь". Дмитриева отмечала в своей книге, что ценителей искусства Врубеля к началу XX века было мало, но его популярность росла — несмотря на неприязненные отзывы критиков. В то же время художник становился более раздражительным, не терпел споры об искусстве.
В 1901-м у Врубеля и Забелы родился первенец — Савва. "У ребенка была заячья губка, и сестра Михаила Александровича утверждала, что это очень сильно его расстроило, его — такого поклонника красоты, но у него был вкус такой своеобразный, что он мог находить красоту именно в некоторой неправильности", — вспомнила Екатерина Ге, сестра Забелы.
В 1902 году близкие стали замечать у Врубеля симптомы психического расстройства. В то время он заканчивал "Демона поверженного": работа шла напряженно, по воспоминаниям современников, он каждый день переписывал лицо Демона, делая его все более устрашающим. "По виду Михаил Александрович переменился мало, он только несколько похудел, он почти не спал ночи, но что поражало — это многоречивость человека, всегда бывшего молчаливым. Он говорил без конца", — вспоминала Ге.
Согласно архивам, лечение у психиатров Врубель проходил с 1902 года. "Состояние маниакальное, возбужденное. Идеи величия: он император, пьет только шампанское, он музыкант, его голос — хор голосов. Склеивает из бумаги платки, проводит штрихи карандашами, углем. Собирает мусор, возится над ним. Говорит — выйдет Борис и Глеб", — описывали состояние художника врачи при поступлении в клинику.
Временами наступало улучшение, но ударом для художника стала смерть Саввы — не дожив до двух лет, он умер от воспаления мозговых оболочек. Лечение Врубеля длилось несколько лет, при этом он продолжал много работать, несмотря на галлюцинации и бред. "Он утверждал, что жил во все века, видел, как закладывали в древнем Киеве Десятинную церковь, что помнит, как он строил готический храм и вместе с Рафаэлем и Микеланджело расписывал стены Ватикана", — приводила Домитеева в своей книге воспоминания близких художников. В 1905-м Врубель начал терять зрение, его угасание длилось четыре года. По воспоминаниям сестры художника, Анны Врубель, в последний день перед агонией он тщательно привел себя в порядок, поблагодарил жену и сестру, а ночью, придя в себя, сказал, что хочет поехать в Академию художеств. На следующий день, 14 апреля 1910 года, он скончался, и его гроб установили в церкви академии.
"Будущие поколения будут оглядываться на последние десятки XIX века... и недоумению их не будет предела, когда они увидят, во что считала Врубеля эта "его эпоха", — писал Александр Бенуа в 1910 году. — Всю жизнь Врубель предлагал себя всем... Он предлагал себя, свои богатства. Он готов был подарить нас храмами и дворцами, песнями и кумирами. Он ничего не просил за это: он молил только, чтобы ему давали выявляться, чтобы освобождали его от тяжелого бремени, наполнявшего его существо вдохновения. Но мир не принимал его, чуждался и даже презирал". Врубель вошел в историю как один из ключевых представителей русского модерна — стиля, который в его эпоху формировался. При этом, по мнению искусствоведов, художник опередил свое время — например, главный научный сотрудник Русского музея Алексей Курбановский в статье "Из ада изведенные": Михаил Врубель, Фридрих Ницше, искусство после "смерти Бога" писал, что творчество Врубеля было предтечей авангарда.
Дарья Шаталова
В тексте цитируются: Дмитриева, Н.А. Михаил Врубель. Жизнь и творчество. 2-е изд. М.: Детская литература, 1988; Домитеева, В.М. Врубель. М.: Молодая гвардия, 2014. 480 с. (Жизнь замечательных людей); Коровин, К.А. Воспоминания. М.: Захаров, 2022; Коровин, К.А. Константин Коровин вспоминает... / сост., авт. вступ. ст. и коммент. И.С. Зильберштейн, В.А. Самков. 2-е изд., доп. М.: Изобразительное искусство, 1990; Врубель: переписка, воспоминания о художнике / сост. Э.П. Гомберг-Вержбинская, Ю.Н. Подкопаева. М.: Искусство, 1963; Дурылин, С.Н. Врубель и Лермонтов // Литературное наследство / АН СССР, Ин-т рус. лит. (Пушкинский дом). М.: Изд-во АН СССР, 1948; Копшицер, М.И. Василий Поленов / Марк Копшицер. — Санкт-Петербург: Азбука: Азбука-Аттикус, 2019; Цубина, М.И. М. Врубель с психопатологической точки зрения // Клинический архив гениальности и одаренности (эвропатологии), 1925.