Эту историю рассказала мне соседка Даша, пока мы стояли у подъезда.
Её дочке Кате восемь лет. В конце мая одноклассница рассказала в классе, что летом они едут на Мальдивы. Катя пришла домой, бросила рюкзак у двери и сказала: "Мы что, бедные? Почему все едут на море, а мы опять к бабушке в деревню?"
Даша сказала, что в этот момент почувствовала обиду, потому что бабушкина деревня для неё было местом, наполненном любовью. Вину, потому что на море действительно не получается, хотя иногда хочется. И растерянность, потому что не знала, что ответить, чтобы не сделать хуже.
Она ответила первое, что пришло в голову: "Не все могут ездить на море, нам хватает на деревню, и вообще там хорошо". Катя ушла в комнату, ничего не сказав, и настроение у неё не изменилось ни к вечеру, ни на следующий день.
Почему стандартные ответы не работают
Даша посещала психолога (по другим причинам), но на одной консультации рассказала эту историю. Специалист первым делом спросил маму: "А что именно вы хотели донести дочке этой фразой? "
Та подумала и сказала: "Наверное, что мы не хуже других, что деревня это нормально, и не надо завидовать."
Психолог сказал, что ей не удалось донести эти мысли, потому что фразу "нам хватает" ребёнок слышит не как объяснение, а как подтверждение своих собственных домыслов. Да, у других возможностей больше. Да, нам досталось меньше. Просто молчи об этом.
Зависть в восемь лет – это не черта характера и не признак испорченности. Это нормальная реакция на социальную несправедливость, с которой ребёнок пока не знает что делать. Он видит разницу, чувствует что-то неприятное внутри и ищет объяснение. Если взрослый в этот момент закрывает тему или переводит разговор, ребёнок остаётся один на один с этим чувством.
Что происходит, когда зависть не проговаривается
Зависть сама по себе не опасна. Опасно то, во что она превращается, когда её стыдятся или прячут. Ребёнок, которому дали понять, что это чувство нехорошее, не перестаёт его испытывать. Он начинает стыдиться за то, что испытывает, а стыд – это уже совсем другая история, куда более разрушительная, чем обычная детская зависть.
Дети, которые научились называть зависть вслух и разбираться с ней, в подростковом возрасте гораздо реже используют токсичное сравнение себя с другими.
Что делать не нужно
Первое – стыдить. "Как тебе не стыдно завидовать, у тебя всё и так есть". Ребёнок получает сигнал: моё чувство плохое, я плохой. Зависть никуда не уходит, просто прячется глубже.
Второе – обесценивать чужое. "Подумаешь, Мальдивы, там медузы и жара, в деревне лучше". Ребёнок не глупый. Он понимает, что это неправда, и перестаёт доверять маминым словам в целом.
Третье – читать лекцию про деньги. "Ты не понимаешь, что и сколько стоит, вырастешь, поймёшь". Восьмилетний ребёнок не просил лекции про семейный бюджет. Он просто хотел, чтобы его услышали.
Четвёртое – переключать. "Ладно, пойдём лучше поедим, я пирог испекла". Пирог хороший, но чувство никуда не делось, просто разговор закрыли.
Пятое – обещать невозможное. "В следующем году обязательно поедем на море". Если это неправда, доверие теряется, а если правда, то в этом году всё равно не помогает.
Что предложил психолог
Он дал маме очень конкретный ориентир: сначала назвать чувство, потом разговаривать о чём угодно другом. Не наоборот.
Это значит, что первая реакция на "почему они едут, а мы нет" должна быть не объяснением и не утешением, а простым признанием того, что произошло внутри у ребёнка.
"Ты расстроилась, что они едут на море, а мы нет. Это обидно, я понимаю".
Не "не расстраивайся". Не "зато у нас". Просто: да, я вижу, что тебе сейчас неприятно.
Мама так и сделала в следующий раз, когда Катя снова вернулась к теме моря. Просто сказала: "Слушай, я понимаю, что обидно. Хочется тоже туда". Катя помолчала и вдруг спросила: "А ты сама хочешь на море?" Мама честно ответила: "Хочу, конечно". Катя подумала и сказала: "Ну ладно. Зато в деревне у бабушки есть речка и печка в доме!"
Важно объяснить ребёнку про разницу между людьми
Психолог сказал Даше, что не надо делать вид, что разницы между Мальдивами и деревней нет. Она есть, и ребёнок её видит. Лучше говорить про неё честно, на том языке, который понятен в восемь лет.
Не "мы бедные" и не "деньги не главное". А что-то вроде: "У разных семей разные возможности и разные способы проводить лето. Это просто так устроено. Это не значит, что одни лучше других."
Важно при этом не защищаться и не оправдываться. Ребёнок чувствует, когда взрослый говорит из тревоги, а не из спокойствия. Если мама сама внутри переживает из-за того, что не может дать море, этот разговор не получится ровным. Сначала нужно успокоиться самой.
Что в итоге
Катя провела лето в деревне у бабушки. В сентябре рассказывала одноклассникам про речку, про то, как они с дедушкой ловили рыбу и как однажды нашли ежа под крыльцом.
Даша говорит, что не знает, сложится ли у них когда-нибудь море. Может, да, может, нет. Но она точно знает, что в следующий раз, когда Катя придёт с чем-то похожим, она не будет торопиться объяснять и успокаивать. Просто сначала скажет: "Да, понимаю, обидно".
Иногда этого достаточно, чтобы всё остальное встало на место само.
Если ваш ребёнок задавал похожие вопросы и вы нашли слова, которые помогли, напишите в комментариях. Такие маленькие находки иногда оказываются важнее любых больших советов. Подписывайтесь, здесь всё про детей и родителей.