«На тую ли на славу богатырскую»: Мир посмертия в русском былинном эпосе
В русском фольклоре, в отличие от современной культуры, смерть никогда не воспринималась как точка. Это был переход, рубеж, который четко делил героев на праведников и грешников. Этнографы XIX века, такие как П.В. Киреевский и А.Ф. Гильфердинг, фиксируя былины в Олонецкой губернии, поражались цельности картины мира сказителей. Мир посмертия в былинах не является абстрактным раем или адом в христианском понимании, это скорее пространство сохранения славы или пространство вечного стыда.
Как отмечал собиратель фольклора П.Н. Рыбников, крестьяне-сказители воспринимали былинных богатырей как реальных предков, чья посмертная судьба напрямую влияла на благополучие живущих («пока помним — они с нами»).
Топография «того света»: Ярусность и сакральные маркеры
Былинный мир в своей ярусности, сакральных маркерах строго вертикален.
Верхний мир, хоть и редко описывается детально, присутствует в молитвах героев перед смертью. Илья Муромец, чувствуя неминуемую гибель, говорит:
«Ай же вы, братцы мои крестовые! / Поедемте во чисто поле, / Ко тем ко крестам ко левандровым, / Помолимся мы Спасу со Пречистою». (Былина «Илья Муромец и Калин-царь»)
«Левандровы кресты» (от «ливанский», ладан) — маркер сакрального центра мира, места связи с небом. Смерть здесь — это соединение с Богом после подвига.
Средний мир это место жизни, но смерть в нем оставляет следы. Этнограф Д.К. Зеленин в работе «Очерки русской мифологии» указывает, что курганы и могилы богатырей в былинах всегда находятся на перекрестках или высоких холмах (так называемые «погосты»), чтобы душа могла видеть «дела потомков».
Нижний мир в былинах чаще всего представлен как обиталище Идолища Поганого, Тугарина Змеевича и прочих «поганых» (нехристей). Их посмертие — это бездна, «грязи черные» и вечное небытие.
Интересен и следующий факт, сама судьба погибшего богатыря — это судьба камня. Он превращается в элемент ландшафта, в памятник самому себе.
Хрестоматийный пример — гибель Святогора. Он самый мощный богатырь, но он не может умереть как простой смертный, потому что его сила сама «тяга земная». В былине «Святогор и гроб» находим классический переход к посмертию богатырскому:
«И нашли они гробовище да превеликое,
И ложился Святогор тот гроб примерять.
И лежит Святогор да не своротится,
На нем крышка да призакрылася.
Говорит Илья да таковы слова:
«А шутил ты, Святогор, да нехорошие шутки».
А Святогор ему да отвечает:
«Как видно, тут мне, братец, да кончина пришла».
Здесь интересна деталь: Святогор буквально врастает в камень. Этнографы связывают этот сюжет с культом каменных идолов («каменных баб») в половецких степях, которых народное сознание воспринимало как окаменевших великанов-предков.
Сказители XIX века (запись А.Ф. Гильфердинга от Т.Г. Рябинина) добавляют эпизод: Святогор передает часть своей силы Илье через мертвое дыхание (или часть пены), что символизирует неразрывную связь поколений в мире мертвых и живых.
Читайте полную статью на сайте.
Ссылка — Мир посмертия в русском былинном эпосе
Светославъ теперь и в МАХ. Добавляйся, чтобы не потерять.
#Светославъ #фольклор
