В палитре художника – тысячи оттенков: от ярких жизнерадостных до глубоких минорных. Но есть цвет, который невозможно смешать ни на одной – это цвет потери. Наш сегодняшний герой – художник-самоучка, который несколько лет не мог прикоснуться к холсту.
Всё потому, что один из главных людей в его жизни – сын – ушёл добровольцем на фронт и остался на поле боя навсегда. Но недавно в доме творца вновь запахло красками.
Николай и Екатерина Мишковы родились в Рязанской области. Познакомились в медицинском институте. Поженились на пятом курсе. После учёбы по распределению попали в наш регион. В прошлом году отметили круглую дату – 55 лет вместе.
«Она и сейчас у меня молодец. Вон какая красивая. А тогда-то вообще сразу меня с первого взгляда сразила. Есть же, говорят, такие моменты, любовь с первого взгляда», – делится Николай Мишков.
Когда молодая пара перебралась в Корочу, в доме зазвучал детский смех: родился первенец. Назвали Романом. Впереди – счастливое детство с младшей сестрой Оксаной. И тогда мало кто знал, что мальчик станет настоящим героем.
«Мечтал быть военным? Вряд ли. Мы во всяком случае этого не замечали. Но у меня же два брата военных. Вот они приезжали, привозили ему военную форму. Пилотки, звёздочки – даже есть фотографии, где он в форме, честь отдаёт», – рассказывает глава семьи.
Отучился на агрария, но жизнь решил связать с автомобилями. Работал мастером по диагностике. В гараже с отцом ремонтировали семейные «Жигули». В армии Роман не служил. С началом спецоперации мирная жизнь потеряла для него смысл – совесть звала его на фронт.
«Стали бомбить и в Белгороде, и в Шебекино. Он воспринял это как личное оскорбление», – отметил Николай Мишков.
В сентябре 2022 года подписал контракт. Не хотел волновать родителей. Связь держал с сестрой.
Прошёл боевую подготовку. Тут пригодилась охотничья закалка, руки, привыкшие к ружью. Так и определили его путь: снайпером в штурмовое подразделение под Артёмовск. В декабре 2022 года во время очередной операции погиб, выполнив боевую задачу вместе с товарищами. Героя наградили орденом Мужества посмертно. Родители потеряли любимого сына, дочь – отца, друзья – надёжного товарища.
«Вокруг него всегда были ребята и друзья. Как вот один парень сказал на похоронах: „Будут у меня ещё друзья, но такого, как он, уже не будет“», – говорит Екатерина Мишкова.
Его сестра поддерживала родителей как могла. Самый тяжёлый момент пережили, найдя опору друг в друге.
«Если нахлынет на неё волна вот такая, я её успокаиваю. Если на меня – она успокаивает. И это помогает. Потому что ну со стороны сказать какое-то слово, которое эту цепочку грустных мыслей разорвёт, – это уже большое дело», – подчёркивает Николай.
Всю свою жизнь Николай Яковлевич отдал медицине, однако живопись неизменно оставалась делом его души. С детства тянулся к карандашу, а на пенсии наконец-то позволил себе стать художником. Научился всему сам. После гибели Романа не мог писать. Мир, который он с такой любовью переносил на холст, вдруг потерял все цвета.
«Воспоминания идут, ворошишь прошлое, они значит ну не давали жить по-настоящему, жить настоящим. Всё в прошлом и прошлом. И всё-таки вот живопись, что мне нравилось, это хобби помогло мне выйти из этого состояния», – рассказывает Николай Мишков.
Краски на палитре Николая Яковлевича снова смешались. Но теперь не с чёрным – с памятью. Он писал туманы и закаты, а в мыслях всё чаще возвращался к другому образу. Тому, что не решался перенести на холст. До сих пор нет портрета сына. А в городе тем временем появилось место, где образ этот замер навечно. В Корочанском сельхозтехникуме, где учился Роман, открыли мемориальную доску.
А в парке установили стенд с его фотографией. Николай Яковлевич вместе с супругой подолгу стоят напротив.