Вера Ильинична проснулась и долго смотрела в потолок. Она вновь предалась размышлениям. То, что Бог не дал ей детей, она давно приняла. Со смертью мужа тоже смирилась.
- А вот почему я прожив столько лет на свете ума не нажила, вот это, конечно ,вопрос, - произнесла она, разглядывая люстру.
От одиночества она часто говорила вслух.
- Да кто же знал, что так будет? – возразила сама себе,- эта девочка такая чудесная, добрая. Была. Никому и в голову не могло прийти, что она мошенница. Ну, что уж теперь говорить об этом. Вера Ильинична в который раз вспомнила подробности события, которое изменило её жизнь.
А дело было вот как. В хорошую погоду она обычно гуляла в сквере. Там к ней и подсела незнакомая девушка. Истосковавшаяся по общению Вера тут, что называется, дорвалась. Всю жизнь свою поведала незнакомке. И про то, как три беременности в больницах промучилась, а итогом всегда был выкидыш. И про то, как они по санаториям ездили и врачей самых лучших находили, да всё без толку. И про то, как от отчаяния решилась на совсем странный поступок, пошла в церковь, а ведь была самой что ни на есть коммунисткой. Когда шла впервые, то думала на минутку всего заскочить, ну просто спросить, что надо купить, чтобы желание твоё исполнилось и быстренько на выход. Зашла и остановилась, как вкопанная, даже дух перехватило от красоты вокруг. Села на скамеечку в углу и проплакала часа три, не меньше. Вот оно как бывает, шла, чтобы просить Его сделать так, как им с мужем хочется, а вышла с твёрдой уверенностью, что Он то лучше знает, как должно быть. Успокоилась сама и для мужа нашла нужные слова. С того дня зажили они хоть и вдвоём, но очень счастливо. Увы, но возраст ко всем одинаково беспощаден, они старели и, конечно, стали появляться болезни. В одно ужасное утро мужа не стало. Снова ноги понесли её в церковь. Все сорок дней приходила она туда рано утром и уходила перед закрытием. Уходила только потому, что остаться на территории было нельзя. Она не могла думать ни о еде, ни о сне, все мысли были только о нём. Круглые сутки молилась Вера, молилась настолько горячо, насколько вообще была способна это делать.
Вера Ильинична всё говорила и говорила, а девушка не перебивала, внимательно слушала и сочувственно кивала головой.
Любому одинокому человеку хочется душевного тепла, а уж пожилому тем более.
Вера очень обрадовалась, когда спустя какое-то время снова встретила девушку в сквере. Утро было прекрасное. По-весеннему припекало солнышко. Щебетали птички. Ночью прошёл дождь, в парке стоял волшебный аромат свежей зелени.
Аня, так звали новую знакомую, принесла два больших стакана кофе из кафе напротив. Вера Ильинична очень любила дорогой кофе, как, впрочем, и вкусно поесть. Только с пенсии особо не разгонишься, поэтому такие подарки она делала себе только по большим праздникам. С каждой пенсии Вера откладывала небольшую сумму на "радость", она это так называла. В день рождения, например, "радостью" был набор из дорогого зернового кофе и торта из кондитерской. Это превращало день рождения, несмотря на количество лет, в настоящий праздник.
В тот чудесный день они пили кофе и мило беседовали. Аня рассказала, что купила своей бабушке какой-то чудо-прибор, и у той здоровье улучшилось, прям настолько, что она больше не покупает таблетки. Вера Ильинична очень заинтересовалась. Разумеется, и ей хотелось бы дожить свой век более-менее здоровой. А если не покупать таблетки, то сэкономить можно очень прилично. За такие деньги можно позволить себе и кофе, и ещё какие-то вкусности к завтраку. Эх... Как чудесно бы начинался день.
Она так размечталась, что не заметила, как оказалась в машине. Автомобиль тронулся. Аня не замолкала ни на минуту. Убеждала, что ехать надо непременно прямо сейчас, приборов ограниченное количество и, если тянуть, то можно просто не успеть. Всё происходило, как во сне: приехали, ей показали прибор, но толком посмотреть его работу не дали. Затем улыбчивый мужчина давал ей подписать какие-то документы. Она словно под гипнозом послушно всё подписала. Её любезно посадили в такси за счёт фирмы. Она ещё подумала: какие же они молодцы, так заботятся о пожилых клиентах. Дома Вера Ильинична, разумеется, первым делом хотела проверить свой прибор, но жуткая головная боль не дала ей это сделать. Она прилегла немного отдохнуть и проспала до поздней ночи.
А дальше кошмар. Открыв коробку женщина с ужасом поняла, что это обычный массажёр, который она видела в рекламных буклетах, но стоимость его была ровно в пятьдесят раз больше. В пятьдесят раз! Сверху лежали документы, по которым Вера Ильинична почти год должна была отдавать половину пенсии, чтобы рассчитаться с кредитом. Вот такая вот грустная история.
С этого момента о кофе и вкусностях можно было забыть. После оплаты коммуналки и покупки таблеток денег ей оставалось только на дешёвую кашу и хлеб.
Вера открыла кошелёк - триста рублей. Триста рублей. Продуктов в доме нет совсем, а до пенсии ещё четыре дня. Было очень обидно, ведь завтра у неё день рождения, так хотелось бы приготовить праздничный стол.
Она грустно вздохнула и зажгла лампадку. Раньше лампадка горела круглые сутки. При взгляде на этот маленький огонёк на сердце становилось тепло, но теперь и этой роскоши она лишилась. Приходилось экономить на всём, в том числе и на лампадном масле.
Вера перекрестилась и приступила к утренней молитве. Когда утреннее правило было прочитано, она всегда обращалась к Богу с просьбой, но не для себя лично, ни в коем случае! Для других. Просила, чтобы не было войны, просила чтобы поправился соседский мальчик, просила чтобы славная девушка Маша, продавец из кондитерской, встретила достойного мужчину. О себе говорила только когда чувствовала себя совсем плохо, и просила только об одном:
- Господи, если пришёл день моего ухода, пусть это будет не дома, прошу Тебя! Пусть кто-то окажется рядом со мной в эту минуту, понятно, что это будет чужой человек, раз родных не осталось, но всё же это будет человек.
Больше всего Вера боялась трёх вещей: голода, одинокой смерти и той минуты, когда она предстанет перед Господом в ожидании своей участи.
Сегодня она просила здоровья дворничихе Марине, которая лежала в больнице с воспалением лёгких. Вере было невыносимо стыдно, что она ни разу не навестила её, но ещё более стыдно было пойти с пустыми руками, а купить что-нибудь было просто не за что. Потом попросила за соседскую собаку: - Господи, наверное нельзя просить за животное, но ведь для Гали- это член семьи. Если сейчас её Тотошка умрёт, то Гале будет очень плохо. Сделай, пожалуйста, так, чтобы Тотошка поправился,- она помолчала немного, а потом неуверенно добавила, - я ничего для себя не просила... Но у меня больше нет сил терпеть постоянную нужду. Прости меня за эту просьбу! Мне очень хочется чашку кофе и кусочек батона со сливочным маслом.
***
- Да пошли вы все!- Андрей с силой хлопнул дверью и пошёл длинными коридорами на выход.
- Андрей Леонидович, вернитесь, пожалуйста! Шеф сказал, что у него к вам разговор, - рядом, вприпрыжку, семенила секретарша директора.
- Алиночка, ничего личного, но идите вы со своим шефом на... , думаю, вы знаете куда. Всё, что мог, он мне уже сказал! – отрезал Андрей, нажимая на кнопку лифта. Ему не терпелось немедленно покинуть это мерзкое здание. Наконец, лифт приехал. Алина попыталась войти, но он бесцеремонно вытолкнул её и нажал на вожделенную кнопку под номером один.
На улице Андрей с наслаждением вдохнул бензиновый воздух мегаполиса, и похлопав себя по карманам в поисках сигарет с сожалением понял, что они остались в кабинете. Ну и ладно, зайду в супермаркет.
Зазвонил телефон. Он посмотрел на экран и поморщился. Звонила Кристина, уже в пятый раз за последний час, а ведь он русским языком объяснил, что не может сейчас говорить.
Зачем он тогда пошёл в этот бар... Они познакомились три месяца назад. Кристина была необыкновенно красива, и настолько же глупа. Глупа до такой степени, что в это невозможно было поверить. Первое время он искренне думал, что у неё просто очень своеобразное чувство юмора. Когда же глаза чуть устали от красоты, до него, наконец, дошло, что она из себя представляет на самом деле. С этого момента общение с ней стало очень сильно раздражать. Но Кристина была крайне прилипчивой барышней, поэтому нужен был веский повод расстаться. Идеально было бы, чтобы она сама его бросила.
Андрей взял трубку и приторно сладким голосом протянул:
- Милая, когда я прошу тебя не звонить, это значит, что я не могу сейчас с тобой говорить. Скажи мне, это очень сложно понять?!
- Эндрю, ну у меня ведь очень срочное дело, - заблеяла трубка голосом мультипликационного персонажа.
- Меня зовут Андрей!
- Ну, не заводись, бегемотик, ты же знаешь, я не люблю всё совковое. Андрей звучит так, будто ты торгуешь пирожками в метро. Вот Эндрю, это же совсем другое дело.
- Боже мой, где были мои мозги, - в который раз подумал Андрей.
- Так, что ты хотела? - пора было заканчивать этот спектакль.
- Понимаешь, в ЦУМе появилась сумочка, о которой я давно мечтаю. И я хотела попросить моего медвежонка перевести мне денежек. А уж я его вечером отблагодарю, очень отблагодарю, так, как только я умею,- теперь голос был низким и глубоким, как будто Андрей ошибся номером и позвонил в "секс по телефону"
- А вот и повод, - обрадовался Андрей.
- Прости, любимая, но я не смогу дать тебе денежек. Я, вообще, ничего тебе теперь купить не смогу. Меня только что уволили. Я совершенно безработный человек!
В трубке воцарилась тишина.
«Ну-ну, переваривай», - подумал Андрей, а сам направился к входу в магазин, но двери были закрыты. Магазин откроется только в десять, ещё двадцать минут стоять перед дверью не хотелось, Андрей покрутил головой и увидел, что кондитерская уже открылась. Хоть кофе зайти попить что ли, пока собеседница приходит в себя. Трубку он принципиально не клал, прекрасно понимая, что если точку в их отношениях поставит она, то он наконец-то обретёт полную свободу. С телефоном возле уха он вошёл в кондитерскую.
В зале было пусто, за прилавком тоже. Он уже собирался уходить, но в этот момент из подсобки вышла улыбчивая девушка и приветливо сказала:
- Очень рады видеть вас в нашей кондитерской, что я могу вам предложить?
- Вы так рады именно мне? Или вы просто по жизни рады? - не удержался от ехидного замечания Андрей.
- Я рада всем, а вам рада вдвойне, потому что сегодня вы наш первый покупатель,- спокойно отреагировала девушка на резкий выпад.
- Сделайте кофе.
- Вы будете пить у нас? Или сделать с собой? И какой именно кофе вы хотите? У нас очень большой выбор, - продолжала улыбаться девушка.
- Я буду пить здесь. Просто чёрный кофе. Без всего. Так можно? - Его уже начала раздражать эта улыбка.
- Разумеется. Дайте мне ровно одну минуту.
Минута не прошла, а на стойке уже дымилась большая чашка ароматного кофе.
Он достал карту, чтобы рассчитаться.
- Мы проводим акцию, "подари настроение незнакомцу",- сказала девушка,- она заключается в том, что вы оплачиваете кофе следующему клиенту, и так далее по цепочке. Ведь всегда приятно, если тебе кто-то сделает подарок. Улыбка продавца стала ещё шире.
- Нет, спасибо, - процедил сквозь зубы Андрей, - сколько стоит мой кофе? Я хочу оплатить именно его!
Она лишь пожала плечами в ответ и протянула терминал.
Андрей пошёл к столику и услышал гудки. Кристина не нашла, что сказать и просто повесила трубку. «Вот, и славно! Лишь бы больше не звонила», -подумал Андрей.
В этот момент открылась дверь, и в кондитерскую вошла сухенькая бабушка с причудливым ридикюлем в руках.
- Здравствуй, Машенька! - обратилась она к продавцу.
- Здравствуйте, Вера Ильинична! Совсем не заходите к нам в последнее время. Вы тортик купить?
- Нет, Машенька, я просто на экскурсию пришла. Дома грустно сидеть, решила пройтись.
- Ну и правильно. Вы очень вовремя пришли, буквально перед вами покупал кофе мужчина. Он решил поучаствовать в нашей акции " Подари настроение незнакомцу " и оплатил для вас кофе.
- Ой, как же это чудесно!- бабушка засияла от этой новости.
А Андрею стало стыдно, ведь продавщице придётся заплатить за этот кофе самой, это же ясно. Пикнул телефон. Пришло сообщение от Тупика (так он переименовал контакт Кристины): «Это была глупая шутка. Я обиделась". Нет, она не Тупик, она Тупица! Он ещё раз переименовал контакт и посмотрел на часы. Через десять минут магазин откроется, и он, наконец-то, сможет покурить, чтобы хоть немного успокоиться.
Бабушка села за соседний столик:
- Какой чудесный кофе, а запах...Он просто великолепен!
Услышав за спиной этот текст Андрей подумал, что старушка говорит с ним и уже прикидывал как бы деликатно завершить беседу, но обернувшись увидел, что бабушка обращается не к нему. Она смотрела в свою чашку, где добрая продавщица нарисовала корицей смешную рожицу.
- Это даже жалко пить,- обратилась она похоже сама к себе, и, помолчав, добавила,- но именно о нём ты так давно мечтала. Пей, Вера, наслаждайся!
Андрей разглядывал странную бабулю, и даже немного завидовал ей. Ведь когда она сделала первый глоток, лицо её стало абсолютно счастливым. Это зрелище завораживало. Андрей и не помнил уже, когда он был ТАК счастлив, и был ли вообще.
Пикнул телефон, очередное послание: "Я смогу тебя простить, если ты купишь мне сумку."
Андрей чуть не засмеялся в голос, но вовремя взял себя в руки. Хорошенькая бы у них сложилась компания: беспрестанно улыбающаяся продавщица, разговаривающая с кофе бабка, и он, сидевший до этого с каменным лицом и вдруг начавший смеяться в голос.
Телефон снова пикнул. Пришло фото сумки и пояснение, что она совсем дешёвая. Он приблизил ценник и оказалось, что фиолетовое уродство стоило ни много ни мало - двести сорок тысяч рублей. Двести сорок тысяч! Сумка! Ни хрена себе, дёшево. Его размышления прервал голос бабушки:
- Вот было бы у меня пять тысяч свободных, это какой можно было бы закатить пир. Я бы торт купила обязательно, вот тот с ореховой посыпкой. В день рождения непременно нужно съесть хоть кусочек торта, только тогда это будет настоящий праздник! А потом я пошла в магазин и купила бы... Сколько всего можно купить на пять тысяч»,- мечтательно произнесла она,- жаль, что их нет. Но просто походить, посмотреть можно и без денег.
Бабушка открыла ридикюль, достала оттуда мужские часы: «А ведь магазин уже открылся, можно идти». Поднялась и вернув пустую чашку на барную стойку, рассыпаясь в комплиментах.
***
Андрей тоже поднялся и пошёл вслед за бабулькой, уж очень интересно было посмотреть, как человек ходит в продуктовый на экскурсию. Они зашли в магазин, где бабушка так и пошла со своим ридикюлем, не взяв даже корзинку. «Странно»,- подумал Андрей и непонятно зачем взял тележку. Он шёл чуть поодаль от странной бабушки, но хорошо слышал всё, что она говорила вслух. У кофейной полки она долго разглядывала товар, а потом взяв килограммовый пакет с зерновым кофе проговорила:
- А чего мелочиться-то? Зато надолго хватит, - она прижала пакет с кофе к себе так, как мать прижимает маленького ребёнка, подержала немного и с грустным вздохом положила обратно на полку.
Они продолжили свой путь. Возле каждого товара, что привлекал её внимание, она рассказывала как вкусно это можно приготовить и какое счастье иметь такие продукты в холодильнике каждый день, затем обнимала продукт и отправляла обратно на его место. Возле молочного отдела она не удержалась, открыла свой ридикюль и достала потрепанный жизнью кошелёк. Посмотрев в него пробормотала почти обижено:
- Всё те же триста рублей.
Помолчала немного и продолжила:
- А может мне плюнуть на всё, взять, да и купить пачку сливочного масла? В конце концов у меня завтра день рождения!
Она взяла пачку в руки и решительно сделала несколько шагов в сторону кассы, но потом вернулась к полке и положила товар на место.
- Прости,- сказала она, грустно глядя на масло,- сейчас ты мне просто не по карману.
Настроение у старушки испортилось, больше она не проронила ни слова. В отделе круп взяла два пакета с ячневой крупой, а в хлебном четвертинку чёрного хлеба. Постояла немного возле полок с булочками, шумно вдыхая аромат свежей сдобы, и поплелась к кассе.
У Андрея в горле стоял ком. Для кого-то двести сорок тысяч за кусок тряпки - это дёшево, а кому-то пачка масла не по карману.
Пикнул телефон:
- Ты собираешься извиняться?
Он не удержался и ответил:
- Иди на...
Посмотрел в спину бабушке, которая стояла в самом конце длинной очереди и быстро побежал со своей тележкой, скидывая в неё товары. Кофе, сыр, колбаса, фарш, мясо, ветчина, какие-то консервы, коробки непонятно с чем и, конечно же, сливочное масло. Пять пачек. В хлебном он, не глядя, докидал тележку доверху несколькими видами хлеба, французских батонов и ещё каких-то плюшек. Еле успел, перед бабушкой оставался всего один человек. Он протиснулся через очередь, пояснив, что они пришли вместе.
- Вам нужен пакет? - спросила кассирша Веру Ильиничну, но та не успела ничего сказать, за неё ответил Андрей:
- Да, нам нужен пакет. Два больших пакета.
Вера растерянно наблюдала, как Андрей складывает в пакеты её ячку и товары из своей тележки. Когда он расплатился, к ней вернулся дар речи:
- Простите, в вашем пакете моя крупа.
- Это ваши пакеты.
- Мои? Простите, я ничего не понимаю,- пробормотала растерянная женщина.
- Ничего не нужно понимать. Я просто хочу сделать что-то хорошее, позвольте мне, пожалуйста, сделать это для вас.
Она хлопала глазами и не понимала как реагировать.
А Андрей вспомнил про кондитерскую.
- Пожалуйста, никуда не уходите! Я вернусь через пять минут.
Вера Ильинична, окончательно выбитая из колеи, так и осталась стоять возле пакетов, прямо на проходе, доставляя определенные неудобства покупателям.
Наконец, вернулся Андрей и вручил Вере коробку с тортом:
- Я желаю вам отличного настроения, ведь в день рождения надо радоваться! И вот ещё что. Сегодня четвёртое число, десять тридцать утра. Каждый месяц четвёртого числа, ровно в десять тридцать, я буду ждать вас у входа в этот магазин и мы вместе займёмся закупками, может вы и мне что-то посоветуете. Вы сейчас так вкусно рассказывали про картошку в мундирах и малосольную кильку, что я теперь совершенно точно знаю, чего хочу на ужин, - подмигнув женщине, он зашагал к выходу.
***
Вера лежала в постели и улыбалась. Какой же чудесный у неё сегодня день рождения. Сейчас она сварит себе чашку кофе и сделает бутерброд с дивно пахнущей ветчиной, а потом займётся приготовлениями. Это будет просто царский стол, гостям понравится. Она редко звала гостей, но такими продуктами не поделиться было просто грешно. Вера пригласила всех своих одиноких соседей на праздничный обед. Получилось восемь человек. Как раз столько у неё есть горшочков для жаркого. Она решила сделать горячее порционно, чтобы никто не смущался и поел в удовольствие.
- Надо тарелки из буфета перемыть и пластинки достать,- перечисляла Вера Ильинична вслух, чтобы ничего не забыть.
Зазвонил телефон.
- Верочка, дорогая, с днём рождения тебя! Дай тебе Бог крепкого здоровья и долгих лет жизни! Я вот сейчас чай заварила, пью с твоими вкусными булочками. Хотела ещё раз спасибо тебе сказать, ты мне столько продуктов принесла, мне столько и не съесть. А пюре с котлетами ...это просто сказка. Давно я так вкусно не ела. Спасибо! - дрожащим голосом благодарила её дворничиха.
- Марина, ты же мне обещала не плакать,- Вере Ильиничне было искренне жаль Марину, ведь у той имелась дочь, которая так ни разу и не навестила больную маму.
- Да-да, Верочка, прости. Я не буду.
- Вот и хорошо. Я к тебе завтра забегу обязательно, всё что буду сегодня готовить тебе на дегустацию принесу. Спасибо за поздравления!
Закончив разговор Вера направилась к иконам. Сначала утреннее правило, все дела потом. Зажгла лампадку и, с улыбкой глядя на икону, произнесла:
- Спасибо Господи, за каждый мой прожитый день! Спасибо, что несмотря на мои грехи Ты всё ещё слышишь меня. Пошли, пожалуйста, здоровья и успехов во всём моему благодетелю! - Она перекрестилась и подумала, какая же она глупая, даже имени у мальчика не узнала. Одно хорошо, Богу то и так понятно за кого она молится.
Вера окончательно успокоилась и приступила к молитве.
***
Настроение у Андрея было великолепное. Всего десять утра, а он уже успел сходить на собеседование в контору, о которой раньше мог только мечтать. Ему предложили там место начальника отдела. Скажи ему кто-то буквально на прошлой неделе, он бы не поверил. Чудны дела Твои Господи!
Зазвонил телефон. Бывший шеф вместо приветствия осведомился:
- Тебя нет на рабочем месте, как это понимать?!
- И вам доброго утра, Николай Петрович,- с усмешкой ответил Андрей,- а что тут понимать? Заявление на увольнение я вчера отдал в руки вашему секретарю.
- Дорогой мой, - голос шефа явно показывал, что он вот-вот сорвётся на крик,- во-первых, дела было бы неплохо сдать, а во-вторых, никто не отменял двухнедельной отработки.
- Отвечаю по пунктам. Во-первых, я сейчас еду в офис и все дела честь по чести собираюсь сдать. Во-вторых, две недели ничего не изменят, так зачем продолжать агонию? Имейте ввиду, если для вас это будет делом чести, моё здоровье может не выдержать. Так как за всё то время, что я работаю на вас я ни разу не брал больничный, работая даже с температурой 40, думаю, напоследок можно будет немного поболеть. Недели этак две,- засмеялся Андрей. Шеф больше не вызвал у него ни страха, ни раздражения, ни злости. Портить настроение не хотелось, поэтому, коротко попрощавшись, он быстро положил трубку.
Телефон зазвонил снова. Звонил Денис. Денису он бы рад всегда, они дружили ещё с детства.
- Андрюха! Мы в следующем месяце в выходные намылились на рыбалку, компания просто отличная подобралась. Поехали с нами! Как ты на это смотришь?
- Я смотрю на это положительно. Хотя... Какого числа вы едете?
- В пятницу вечером, это второе вроде, погоди посмотрю календарь. Ну да, второго числа.
- Тогда, точно, нет. Прости Дэн, но четвертого утром у меня назначено свидание, которое я ни при каких обстоятельствах пропустить не могу.
Автор: Елена Ермилова
Иллюстрация: сгенерировано нейросетью