Она задыхается. В прямом и переносном смысле. Анна мечется по душному купе, пытаясь открыть окно, но Каренин тут же останавливает ее, требуя закрыть. Бдительная Лидия появляется всегда «за секунду до», а Вронский курит в тамбуре между вагонами, где только он и вьюга. Все это — «Каренина» театра «Арт-Партнер».
Но так ли далеко ушла эта дерзкая постановка от замысла Льва Толстого? Давайте разбираться. Пока режиссер Данил Чащин превращает сцену в вагон поезда, несущегося сквозь время и пространство, мы вспомним, какой была настоящая Анна. Вернее, те женщины, которыми вдохновлялся Толстой в процессе создания бессмертного образа Анны и написания книги, о которой говорил английский критик М. Арнольд, назвав ее не просто романом, а «куском жизни».
«Молодец баба»: какой Анна была в черновиках.
То, что мы видим сегодня на сцене, — результат долгой эволюции. Мало кто знает, но первоначальное название романа звучало шокирующе просто: «Молодец баба». И главная героиня в первых набросках была полной противоположностью светской красавице. Толстой видел ее «некрасивой, с низким лбом, коротким, почти вздернутым носом и слишком толстой». Согласитесь, сложно представить такую женщину в роскошном платье с алыми перчатками, как в спектакле Арт-Партнера.
Но чем больше писатель работал над текстом, тем сильнее менялся образ. Анна обретала те самые черты, которые свели с ума Вронского. А вдохновение Толстой черпал из реальной жизни.
Три жизни, подарившие сюжет: прототипы Карениной
У Анны Карениной не было одного конкретного прототипа. Лев Николаевич, как гениальный скульптор, собрал образ из нескольких трагических женских судеб.
1. Мария Гартунг — аристократическая внешность. Старшая дочь Александра Сергеевича Пушкина. Толстой встретил ее на балу в Туле в 1868 году и был поражен ее статью. Знаменитые «арабские завитки» на затылке Анны, которые так запомнились Вронскому на том самом балу — это подарок именно Марии Гартунг.
2. Анна Пирогова — трагическая смерть. Это самая страшная и прямая отсылка к реальности. В 1872 году, всего в трех верстах от Ясной Поляны под поезд бросилась женщина. Это была Анна Пирогова, гувернантка и сожительница помещика Бибикова. Узнав, что хозяин собирается жениться на другой, она ушла из дома с узелком вещей, а по дороге написала предсмертное письмо: «Вы мой убийца... Если хотите меня видеть, вы можете увидать мое тело на рельсах в Ясенках». Именно эта история подсказала Толстому отказаться от первоначального замысла утопить Анну в Неве и подарила миру один из самых сильных финалов в литературе.
3. Мария Толстая — семейная драма. Родная сестра писателя тоже пережила тяжелый разрыв с мужем, и ее переживания нашли отражение в метаниях Анны.
150 лет в движении: от «Русского вестника» до сцены.
Роман писался долго и мучительно — почти пять лет, с 1873 по 1877 год. Толстой так устал от него, что однажды признался: «Анна» надоела мне хуже горькой редьки».
Публикация шла по частям в журнале «Русский вестник». Кстати, последняя, восьмая часть, вышла со скандалом: редактор Михаил Катков отказался печатать эпилог из-за критических взглядов Толстого на добровольческое движение
«Каренина» Данила Чащина: добро пожаловать в бэдтрип Анны.
Теперь перенесемся из XIX века в наши дни. Режиссер Данил Чащин взял этот символ поезда и сделал его не просто декорацией, а главным героем спектакля.
Сюжет постановки — это не пересказ романа, а лихорадочный сон Анны. Ей предсказывают, что она умрет родами и этот страх становится отправной точкой ее бесконечного сновидения. Все, что происходит дальше превращается в лабиринте ее подсознания, где она мечется в поисках выхода и самой себя.
Пространство. На сцене —вагон поезда, созданный художником Максимом Обрезковым. И какой это вагон! Его стены прозрачны, там герои не могут скрыться от чужих глаз и их страсти выставлены напоказ. Позади них огромные промышленные вентиляторы имитируют крутящиеся колеса паровоза, которые создают ощущение нехватки воздуха. И снег. Бесконечный, заметающий все снег.
Кто они? Анна (Ангелина Стречина / Анастасия Уколова) — не трагическая аристократка, а уставшая от рамок и правил женщина в красном корсете и алых перчатках. Каренин (Дмитрий Лысенков / Виталий Коваленко) — чопорный и правильный, ужасающе скучный и кажущийся Анне мучителем, держащим ее в клетке. Вронский (Дмитрий Чеботарев / Антон Филипенко) — самовлюбленный и страстный, кажется, в начале действительно очарованный Анной.
Главный конфликт. Это борьба за воздух. В прямом и переносном смысле. Анна постоянно пытается открыть окно, чтобы глотнуть свежего воздуха страсти и жизни. Каренин требует закрыть, потому что «мы все простужены». Так открытое окно становится метафорой несчастливого брака, где «одной вечно душно, а другому дует». Режиссер настаивает: Анна бьется за свою субъектность, за право быть просто Анной, а не «женой того самого Каренина».
Вердикт: стоит ли смотреть?
Постановка Данила Чащина — это не иллюстрация к школьной программе. Это разговор на языке современного театра о вещах, которые мучают нас до сих пор: о нехватке воздуха в отношениях, о невозможности договориться, о публичности частной жизни и о панике, когда ты идешь ко дну.