Государственный исторический музей привёз в мой родной город очередную прекрасную экспозицию - "Сокровища полковых музеев. Традиции и реликвии российской армии". Какие бы ни были наши планы, какая бы хорошая весенняя погода ни стояла за окном, мимо этой выставки в Тульском филиале ГИМа я пройти не могу. Мне кажется, что в сочетании слов "сокровища", "традиции" и "реликвии" есть очень сильная притягательность. Пойдёмте же смотреть.
Считается, что традиция создания полковых музеев восходит к арсенал-музею лейб-гвардии Преображенского полка, созданного Петром I. Вокруг славного прошлого полков формировались собрания из коллективных и личных наград, трофеев, церковных предметов и полкового серебра. Образцы всего этого мы и увидели сегодня на выставке, на которой представлено более трёхсот экспонатов конца XIX - начала XX веков. Я покажу вам те, которые произвели на меня особенно сильное впечатление.
- Герои и награды
Среди представленных на выставке наград и знаков отличия я хочу выделить нагрудный знак 72-го пехотного Тульского полка. Может быть, фалерист или историк выбрали бы для рассказа что-то другое, к примеру, ордена государственных деятелей или военачальников. Но я же тулячка, поэтому именно этот знак лично мне так интересен. К тому же, в 1796 году полк был переименован в Тульский мушкетёрский, а мушкетёры как и гусары всегда пленяли женские сердца. Нагрудный знак, утверждённый 15 мая 1912 года, представляет собой фигурный крест с гербом Тулы в центре, покрытым вензелем Николая II. Две даты на его горизонтальных лучах - 1769 год старшинства полка (официальная дата его создания, первенства перед другими воинскими частями) и 1869 год его столетнего юбилея. Старшинство могло не совпадать с датой формирования полка, ведь оно и часть регалий и знаков отличия могли перейти от другой воинской части.
Наградное оружие - почётная награда за воинские подвиги или особые заслуги перед государством. Обычно на него наносилась именная гравировка. Его приравнивали к орденам и медалям. К примеру, аннинское оружие отличалось прикреплённым к его эфесу знаком ордена Святой Анны, который будущий российский император Павел I повелел сделать маленьким и крепить на внутренней стороне эфеса шпаги, чтобы Екатерина II не замечала, что он награждал своих фаворитов. Офицерская шпага, шашка или кортик с лаконичной надписью "За храбрость" всегда считались желанной наградой для офицера русской армии.
Для меня стало новостью, что с 1805 года существовали георгиевские наградные трубы. Их отличали характерная лента с серебряными кистями и накладка на корпусе в виде ордена Святого Георгия. На трубе было выгравировано, за что и в каком году полк удостоился подобной чести. Пехотная труба была изогнута несколько раз, а кавалерийская - прямая.
Конечно же, в полковых музеях хранились и трофеи - взятые в бою знамёна, штандарты и оружие. Мне особенно интересно было увидеть символические ключи от побеждённых городов и крепостей. Сразу вспомнился средневековый обычай запирать городские ворота на ключ и, конечно же, пушкинские строки:
Напрасно ждал Наполеон,
Последним счастьем упоённый,
Москвы коленопреклонённой
С ключами старого Кремля:
Нет, не пошла Москва моя
К нему с повинной головою.
Не праздник, не приёмный дар,
Она готовила пожар
Нетерпеливому герою.
Отселе, в думу погружён,
Глядел на грозный пламень он.
Среди сверкающих своей парадностью экспонатов этот китель выделяется особенно сильно. Но, как мне кажется, именно он ярче всего может рассказать о героизме человека, который его носил. Китель был на генерал-лейтенанте Генерального штаба Фёдоре Эдуардовиче Келлере в день его гибели на Янзелинском перевале 18 июля 1904 г. В бою в ходе русско-японской войны между армией генерала Тамэмото Куроки и Восточным отрядом Келлера генерал был смертельно ранен шрапнелью. Представьте, что этот человек по собственному желанию отправился отстаивать интересы своей Родины, хотя в это время занимал пост губернатора Екатеринослава.
"В него попала шрапнель, причем он был ранен тридцатью шестью пулями, в грудь, в живот, в обе руки и обе ноги, а дистанционная трубка снаряда врезалась ему в левую сторону груди." (Гейнце Н.Э. "В действующей армии. Письма военного корреспондента")
- Офицерское собрание. Юбилеи полков
Офицерское собрание - традиционное место, где собирались офицеры полка. Этот бюст императора Петра I, например, находился в зале офицерского собрания лейб-гвардии Преображенского полка в Таврических казармах на Кирочной улице в Санкт-Петербурге.
В 1886 году вышел каталог собрания лейб-гвардии Преображенского полка: "Описание достопримечательных вещей, хранящихся в Библиотеке, Арсенале и Офицерском собрании". В каталог входило более 1100 вещей: образа, серебро, скульптуры, картины, гравюры, мундиры, медали, оружие, знамёна, музыкальные инструменты, документы и другие реликвии.
Полковое серебро - серебряная утварь, столовая и питьевая посуда, памятные подарки. Серебряные орденские сервизы создавались по заказу Екатерины II для торжественных приёмов в честь кавалеров высших орденов Российской империи и для императорского подарочного фонда. Каждый предмет украшали орденские знаки, звёзды и ленты. А мой словарный запас сегодня обогатился словом "братина" - сосуд приблизительно на шесть литров для подачи на стол алкогольных напитков "для питья на всю братию". Но главная его функция не просто питьё, а объединение всех участников пира на равных. Впрочем, и в походных условиях они проводили гораздо больше времени, чем мы.
Или вот ещё одно прекрасное и такое уютное слово - "погребец". Так назывался специальный дорожный чемоданчик. Чаще всего в нём перевозили необходимую в дороге посуду, защищая её от внешних воздействий. Мне кажется, мы сегодня гораздо спокойнее относимся к приёму пищи, а вот нашим предкам не приходило в голову, что в дорогу нужно взять посуду попроще той, которой они пользуются дома.
Вот так думаешь, что фарфоровые кружки с надписями - сувенирная и подарочная примета нашего времени, а здесь перед нами подобные памятные стаканы с двухсотлетней историей. Так сложилось, что в конце XIX - начале XX веков множество российских полков отмечали свои юбилеи, что стало прекрасным поводом для обмена подарками между полками-сослуживцами по воинским соединениям и полками-побратимами по истории создания.
В отдельной витрине выставлены предметы, рассказывающие о полковом оркестре. В русской армии существовала традиция военно-оркестровой службы. Ещё Петр I 19 февраля 1700 года подписал Указ №2319 о создании Военно-оркестровой службы в регулярной Российской армии. Уже в первых полках - Семеновском и Преображенском - были созданы и первые военные оркестры, а сам император был штатным старшим барабанщиком. И сегодня боевая история полков ассоциируется в том числе и с торжественными маршами, и с духовой военной музыкой.
Солнца луч заигрывает с медью,
Отражая золотистый блеск.
Чётким шагом, через все столетия,
Марширует бодро духовой оркестр!
Эй, трубач, возьми по выше ноту, —
Пусть взлетает песня высоко.
В каждом сердце отзовётся что-то
Гулким эхом отзовется далеко.
Старый воин вздрогнет от волненья,
И глаза наполнятся слезой, —
Марш побед на всех полях сражений
Рядом с ним играл оркестр духовой.
В каждом звуке — целая эпоха,
В каждой ноте — верность и любовь.
Даже если на душе и плохо, —
Звук трубы поднимет настроенье вновь! (Эдуард Муллер)
Стены офицерских собраний украшали работы известных живописцев. В Преображенском полку хранились картины, изображавшие служивших в нём офицеров и низших чинов. Эта серия принадлежала великому князю Михаилу Павловичу, который завещал её командующему полком генерал-адъютанту Н.А. Исленьеву. С 1851 года они висели в малой столовой офицерского собрания на Кирочной улице.
Я - большой поклонник техники акварели в изобразительном искусстве. Поэтому для меня было приятно увидеть сегодня на выставке работы русского живописца-акварелиста Дмитрия Александровича Бенкендорфа. Он часто изображал представителей русской гвардии, драгун, уланов и гусар, со всей тщательностью прорабатывая детали военной формы. Очень интересно мне было рассматривать и целую галерею портретов, выполненную ещё одним знаменитым акварелистом Константином Семёновичем Осокиным. Здесь уже хочется подробнее вглядываться в лица офицеров, имена которых сами словно иллюстрации славных страниц нашей истории.
Меня всегда очень интересовала батальная живопись - особый жанр, посвящённый военным походам и сражениям. Один из моих любимых художников - Василий Васильевич Верещагин. Не удивительно, что сегодняшнюю выставку сопровождают именно изображения батальных сцен. Павел Дмитриевич Шипов, картины которого можно здесь увидеть, был не просто профессиональным художником, окончившим Императорскую Академию художеств, но и офицером, прошедшим Русско-японскую и Первую мировую войны, дослужившись до звания генерал-лейтенанта.
Пожалуй, вот только такой подарок мне понять сложно. "Кексгольмцы - Перновцам в память равночтимого отца их предков 1710-1806-1910" - посмертная маска императора, отлитая из серебра в подарок товарищам на двухсотлетний юбилей.
- Полковые святыни
Во все времена ни одна российская военная кампания не обходилась без церковного благословения и сопровождения представителей духовенства. Пётр I законодательно закрепил нахождение полковых священников при каждом полку и корабле. Интересно, что каждый из них подчинялся и военному начальству, и обер-священнику армии и флота, а приравнивались они к офицерам в чине капитана. В начале прошлого столетия в империи насчитывалось шестьсот три военных храма, а по морскому ведомству - тридцать береговых и сорок три судовых церкви. Походная церковная утварь обычно хранилась в специальных чемоданах-укладках. Это был набор предметов для совершения богослужений и таинств (литургии) вне храмов, в походных условиях.
Святыни бывают разными. "Здесь хранится земля, привезённая с места, в коей покоится прах генерал-майора и разных орденов кавалера Николая Дмитриевича Дурново, убитого в сражении при Гаджи-Гассан-Лар 18 сентября 1828 года."
Знамёна и штандарты нередко тоже хранились в храмах. Не могу сказать, что тема сегодняшней выставки мне очень близка, но тем интереснее было смотреть, узнавая много нового и задумываясь о том, для чего раньше просто не было повода. Вот, к примеру, чем отличается штандарт от просто знамени? Штандарт - "личное" знамя, присваивающееся воинскому подразделению или должностному лицу за выдающиеся заслуги. А георгиевский штандарт - почётное знамя, которым за боевые подвиги награждалась кавалерийская часть в Российской армии.
Мой рассказ о Главном храме вооружённых сил России в своё время вызвал невероятные дебаты в комментариях. Я не хочу вновь начинать обсуждение ни с позиции рациональности, ни с позиции духовности. Просто посмотрите на проект полковой церкви во имя святителя Николая Чудотворца, выполненный архитектором Евстафием Иосифовичем Константиновичем в традициях Костромских храмов XVI-XVII веков. Она была заложена в 1913 году в память трёхсотлетия дома Романовых, но возведена лишь до куполов. 1917 год остановил строительство, 1944 год начал обратный отсчёт к разрушению, а в начале 50-х её снесли окончательно. Что-то мне подсказывает, что на всех трёх этапах решения принимали люди, любящие обсуждать религиозные вопросы, не имея к религии никакого отношения.
- Под высочайшим шефством
Традиция дарить свой портрет в связи с оставлением полка была довольно распространена. Так, великий князь Константин Константинович заказал и подарил в 1900 году свой портрет на фоне здания казарм 1-го батальона лейб-гвардии Преображенского полка на углу улицы Миллионной и набережной Зимней Канавки.
Традиционно шефами полков были представители правящей династии и даже главы иностранных государств. Считалось, что это форма династической и межгосударственной дружбы. Почётный шеф-иностранец носил мундир российского полка, а полк мог носить его имя. К примеру, Вильгельм II был шефом 13-го гусарского Нарвского полка, Франц Иосиф I - 12-го гусарского Ахтырского полка, а Кристиан IX и Фредерик VIII - 2-го лейб-гусарского Павлоградского полка.
Среди всех представленных на выставке мундиров самым интересным лично мне показался мундир подпоручика лейб-гвардии Семёновского полка Александра Фёдоровича Талызина. 28 июня 1762 года именно его надела великая княгиня Екатерина, собираясь свергнуть Петра III. В этом мундире она изображена на парадном портрете Виргилиуса Эриксена.
Шефские мундиры - это военные или придворные мундиры членов императорской фамилии, бывших почётными командирами полков, или мундиры, пошитые по образцу таких подразделений. Мундир Преображенского полка носили Пётр I и Павел I, кафтан Семёновского полка - Екатерина II, гвардейский артиллерийский мундир - Александр I, кавалергардский мундир - Николай I, гусарские мундиры - Александр II и великая княжна Ольга Николаевна. Екатерина II даже ввела женские шефские мундирные платья. Всё же женщина в любой ситуации остаётся женщиной. Женское платье шилось по моде, но в цветах, строго соответствовавших расцветкам, принятым в воинском подразделении.
Закончить свой сегодняшний рассказ я хочу своеобразной "трудовой книжкой", отражающей военную карьеру - зачисление в списки полка, назначение шефом, обучение, участие в смотрах. Перед нами в ларце формулярный список о службе цесаревича Александра Николаевича, будущего императора Александра II. Вот такое мы можем видеть подтверждение воспитания наследника престола в неразрывной связи императорского дома и армии.
Увы, история полковых музеев окончилась сразу после революционных событий 1917 года. Сегодня мы словно вернулись в мир, буквально сметённый вихрем революции. Хочется верить, что его славные традиции не будут забыты.
Совесть, Благородство и Достоинство -
вот оно, святое наше воинство.
Протяни ему свою ладонь,
за него не страшно и в огонь. (Булат Окуджава)