На днях на телеканале ТНТ вышел комедийный сериал «Мотай!», где одну из ролей сыграл актер из Республики Алтай Амаду Мамадаков. Его имя стало известно после ролей рядового Вакутагина в сериале «Солдаты» и старшего сержанта Курбаши в фильме Федора Бондарчука «9 рота».
Всего в послужном списке Мамадакова около 80 картин. В сериале «Мотай!» (проект стал спин-оффом популярного сериала «Камера Мотор!» и продолжает историю тюремной киностудии в глубинке) он сыграл заключенного по кличке «Якут» – с непредсказуемым нравом и скрытой душевной теплотой. В интервью «КП»-Барнаул» Амаду рассказал о родовых корнях, защите предков, съемках в новом сериале и о своем новом увлечении.
- Амаду, действие сериала «Мотай» происходит в лихие 90-е. А ведь в те годы вы сами приехали учиться в Москву. Что запомнилось больше всего?
- Девяностые не зря называют лихими - это была эпоха вседозволенности, фактически на грани анархии. Страна разваливалась, и одновременно к нам хлынул поток западной моды, музыки, киноиндустрии. Мы, молодежь, с удовольствием это подхватили - просто потому что раньше у нас такого не было. Сейчас, оглядываясь назад, я думаю: возможно, это время действительно было нужно нашему обществу. Мы попробовали, вкусили эту свободу и в итоге сами поняли, что хорошо, а что плохо. Плохого, кстати, было много. И, слава Богу, что мы смогли оправиться от этого и пойти дальше.
- Помог ли личный опыт лучше понять эпоху, которую воссоздают в кино и сериалах?
- Конечно. Тот жизненный опыт помогал мне тогда и помогает до сих пор. Я видел много самых разных людей, из разных слоев общества, много с ними общался. И с годами начинаешь понимать главное: кто кем был на самом деле, кто кем стал и какой путь прошел.
- Мода на 90-е не проходит уже несколько лет - в музыке, одежде, кино. Причём ностальгируют даже те, кто тогда ещё не родился. В чём, на ваш взгляд, феномен этой эпохи? И какие фильмы того времени вы любите, пересматриваете?
- Мода всегда циклична: одно и то же возвращается, но в другом цвете или материале. Сейчас я вижу девушек в облегающих лосинах - в 90-е они были разноцветные, теперь серые или тёмные. В метро, смотрю, молодёжь ходит в таких же надутых куртках и штанах клёш. Материалы другие, а стилистика та же.
Что касается музыки, мне кажется, сегодня она очень убыстрилась. Но невозможно всё время находиться в таком ритме. Поэтому молодёжь тянется к нормальному темпу, чтобы можно было спеть песни вместе за столом - на свадьбе или дне рождения. А это как раз музыка 90-х.
Старые фильмы я пересматриваю редко. Да и свои почти не смотрю, потому что у меня «глаз испорченный». Как только начинаю смотреть, у меня глаз цепляет, как камера идет, как свет выставлен, как актеры играют, какой сюжет, поэтому я плохой зритель. И спектакли я тоже с трудом смотрю, все по полочкам начинаю раскладывать это уже профессиональное. Поэтому в конце, если спросите, о чем спектакль или фильм, я полностью не смогу рассказать.
- Вы приезжали на Алтай на Шукшинские чтения и говорили, что учились актёрскому мастерству на рассказах Шукшина. Какие черты его героев находите в себе?
- В Шукшинском кинофестивале я принимал участие дважды – это было прекрасно. Там так хорошо всех принимаю! После официальной части мы собирались на берегу Катуни, отмечали, общались по-дружески. Атмосфера невероятная.
А вообще на первом курсе Щепкинского училища в Москве я действительно учился на Шукшине. Алтай очень богат на талантливых людей. Наши педагоги всегда говорили, что ребята с Алтая - очень чистые, напитанные природой и землёй, что с них сразу можно образы лепить. А молодёжь из больших городов часто закрытая, циничная, с кучей уличных комплексов и грязи. На них уходит целый год, чтобы счистить эту шелуху, добраться до сути, внутреннего мира и потом врастить их в учебный процесс через зарубежную и русскую классику, играя разные образы.
Шукшин в этом смысле дал очень отличные образы широты души – доброты, чистоты, совести. И не всякий актер может сыграть Шукшина. Наши земляки Валерий Золотухин, Александр Панкратов-Черный, Нина Усатова, Михаил Евдокимов и другие – все эти актеры такие человечные, такие свойские из народа, без звездных замашек. Это наша алтайская земля сама дает такую пищу для таких талантов.
- В одном из интервью вы рассказывали, что ваша бабушка обладала способностями шаманки. Вам это передалось?
- Да, бабушка действительно умела договариваться с природой, знала магические заклинания. Когда читаешь древние книги, понимаешь, что раньше многие это умели, но со временем знания утерялись. Мне кажется, мне это не передалось - во мне больше актёрского. Возможно, я просто направляю эту энергию в профессию.
Но я точно знаю: бабушка меня защищает. Помню, в детстве приснился сон: со склона горы на меня несутся огромные чёрные собаки. И я понимаю, что они сейчас меня разорвут. Вдруг отчётливо слышу крик бабушки: «Пошёл, пошёл вон!» - и её возглас «сыйт» по-алтайски. Она прогнала собак, я увидел её силуэт на горе. Проснулся, рассказал маме. Она ответила: значит, бабушка тебя охраняет.
Мне кажется, у всех людей есть свои ангелы-хранители. Это предки, которые в тонком мире. Они следят за нами, присматривают, оберегают.
У алтайцев до сих пор сохранились древние обычаи и практики общения с природой и духами. Например, на свадьбе родственники жениха и невесты собираются у костра, говорят благопожелания, читают молитвы. Старейшина льёт в огонь топлёное масло - и пламя вспыхивает невероятно ярко вверх. Считается, что молитвы вместе с огнём, как ракета, доносятся до тех божеств, кому адресованы.
И к рекам алтайцы относятся по-особенному. Людей всегда тянет ближе к воде, ведь мы ведь на 80 процентов из неё состоим. На Алтае духи воды благосклонны к людям, помогают, забирают отрицательную энергию, очищают, смывают все плохое, поэтому нас подсознательно тянет к воде. А еще алтайцы в определенных святых местах около воды повязывают белые ленточки - символ чистоты, чтобы попросить у местных духов разрешения находиться на этой территории и пить воду.
- Какой грех или человеческую слабость вы считаете самым страшным? Что нельзя простить или над чем обязательно надо работать?
- Я знаю, что самое опасное чувство - это зависть. Она может породить гнев, злость, обиду, агрессию или, наоборот, равнодушие. Зависть неосязаема, ты её не ощущаешь, но постепенно она поглощает, и ты даже не замечаешь, как оказываешься в её власти. Я стараюсь от этого чувства избавляться. Если и завидую, то только белой завистью.
- Какой подарок от поклонников был самым необычным или трогательным?
- Необычных подарков не было, зато была необычная история. Недавно я снялся в сериале «Айда» про казанских бандитов, сыграл одного из главарей. Потом в качестве режиссера поехал на гастроли с театром Горно-Алтайска (Национальный Драматический Театр им. П.В. Кучияк) со спектаклем «Арина» в Казань. Бегу утром на репетицию по набережной. Обычно там в это время мало народу. Смотрю: стоит странная фигура, явно в диссонансе с набережной, выглядит прям бандит бандитом, рядом джип. Я понимаю: он меня ждёт.
Подхожу. Он спрашивает:
- Ты актёр?
- Да.
- Ты в фильме «Айда» снимался?
- Да.
- Это я тебя утверждал. В общем, давай фото сделаем! Я из новотатарских ребят, про кого вы снимали кино, и ты очень похож на одного из них.
Вот так кино и жизнь рядом идут.
- Какие премьеры с вашим участием ждать зрителям? И планируете ли вы в ближайшее время выпустить свою режиссерскую работу?
- Недавно мы с ребятами из сериала «Солдаты» собрались отметить 20 лет и случайно записали историю в рилс. В итоге - 9 миллионов просмотров и тысячи комментариев. Поклонников очень много, все соскучились и хотят продолжения сериала. Так что сейчас думаем над этим.
Ещё мы с коллегами поставили антрепризный спектакль, где я выступил режиссёром. Уже объездили несколько городов, надеюсь, с нового театрального сезона продолжим гастроли и обязательно приедем на Алтай.
А что касается фильмов с моим участием - точных дат назвать не могу. Каждый фильм живёт своей жизнью, выходит в своё время. Предугадать сложно.
- Что для вас сегодня важнее — масштаб проекта или глубина материала?
- Сейчас я постоянно в поиске современной драматургии, новых пьес и сценариев. Пишут вроде бы много, но когда читаешь, то складывается ощущение, что один и тот же человек пишет. Нет индивидуального взгляда, интересного языка, хорошей истории. Часто авторы хорошо начинают, но финал провисает. Пишущих людей становится всё меньше.
На Алтае, кстати, современной драматургии практически нет. Все опираются либо на классику, либо на авторов советской эпохи. Потому что в советскую эпоху из разных городов отправляли целые плеяды молодых ребят в литературные институты Москвы и Санкт-Петербурга. И потом из них вырастали писатели, драматурги, поэты. Но мы не можем вечно опираться только на прошлое - проблема материала сегодня очень остра.
- В каком жанре вам сейчас особенно интересно работать?
- Сейчас жанры все смешанные: трагикомедия, трагифарс, драмеди. Это хорошо, идёт развитие. Но иногда хочется чистого жанра. В современном мире чистая комедия или трагедия - редкость.
У меня в театре «Et Cetera» под руководством Александра Калягина есть спектакль «Пожары». Это современная трагедия в чистом виде. Зал битком уже лет двадцать. Чистая трагедия даёт зрителю возможность испытать катарсис - очищение через слёзы. Люди приходят в театр, чтобы выплеснуть эмоции, посмеяться, поплакать. Театр - как храм, там очищаешься через чувства. Мы на сцене искренне смеёмся и плачем вместе с залом, и возникает та самая энергетическая дуга. А потом зритель уходит задумавшись, и мысли о спектакле не отпускают его несколько дней, или неделю. Мне пишут, звонят, приходят снова. Я знаю женщину, которая ходила на «Пожары» двадцать раз.
- Вы часто играете людей сильных и жёстких. А какой вы в жизни - с семьей, с друзьями?
- Я стараюсь эмоции оставлять на сцене, в кино. В жизни соблюдаю золотую середину. Это сложно, конечно, ведь актёры работают эмоциями. Монахи, например, стремятся к уравновешенности, убирают эмоции. И в нашей профессии обязательно нужно искать этот баланс.
- Чем или кем вы больше всего гордитесь?
- Больше всего я горжусь дочкой. Она прекрасно поёт оперу и заканчивает оперное отделение в музыкальном училище имени П. И. Чайковского. Талант у неё, видимо, от бабушек - я сам человек не поющий. А у дочери действительно прекрасные данные, все педагоги это отмечают. Думаю, со временем зрители о ней узнают.
Через неё я открываю для себя мир музыки, мир оперы - это совершенно другая вселенная, безумно интересная. Признаюсь, завидую белой завистью людям, которые поют. У меня самого, к сожалению, слуха нет вообще. А музыкальные люди – они фантастические, грандиозные. Я где-то вычитал, что из всех профессий именно музыканты больше всего развивают интеллект на протяжении жизни. И ещё мне кажется, что космос соткан из музыки. Поэтому музыканты - люди космические, они улавливают ритмы вселенной и передают их нам через инструменты и голос.
- Вне съёмочной площадки что помогает вам отдохнуть и переключиться от работы - спорт, чтение, путешествия, музыка, семья?
- У меня прекрасная работа, и мне не нужно от неё переключаться. Я не устаю на сцене или на площадке, а наоборот, ловлю кайф, подпитываюсь энергией, получаю прилив сил. Для любого актёра или режиссёра - счастье, когда много работы. Каждый проект – это новая история, новые люди, новые авторы, новые сценарии. Это каждый раз приключение. И усталости не возникает, наоборот, хочется ещё больше.
- Какие фильмы, сериалы или книги в последнее время произвели на вас впечатление? Что порекомендуете нашим читателям?
- Сейчас я слушаю аудиолекции монахов. Мне стала интересна древняя литература, ведическая культура. Я задумался: до возникновения христианства, мусульманства, буддизма ведь тоже что-то было. Оказывается, существовала ведическая культура. Я копаю в эту сторону, мне это очень интересно. Возможно, возраст такой - пытаюсь разобраться в религии, в истоках.
В мире много религиозного фанатизма и сентиментализма, люди часто доходят до крайностей. Я пытаюсь во всём этом разобраться, чтобы сохранить золотую середину и не поддаваться опасным явлениям.
Ещё я очень люблю архитектуру. Обожаю гулять по Санкт-Петербургу, особенно в местах, куда простому туристу не попасть, но разрешено съёмочным группам: по крышам, старым кладбищам, тоннелям. Через архитектуру интересно изучать историю - она как каменная летопись.
Досье
Амаду Мамадаков – российский актер театра и кино, театральный режиссер и педагог, заслуженный артист Республики Алтай и Республики Тыва. Родился 26 октября 1976 года в селе Ело Онгудайского района Республики Алтай – одном из живописных уголков Горного Алтая. Амаду Мамадаков известен как один из самых колоритных актеров российского кино, благодаря выразительной внешности, глубокой эмоциональной игре и способности создавать живые и запоминающиеся характеры. Широкую известность Амаду Мамадакову принесли яркие роли, где он смог показать богатую актерскую палитру, в таких кино и сериалах, как: «Звезда» (2002), «9 рота» (2005), «Монгол» (2007), «Солдаты» (2004) и т.д.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru