Как севастопольские педагоги вели борьбу с насаждением украинского языка и на какие уловки шли, чтобы не проводить уроки по спущенной из Киева программе, рассказал директор гимназии №1 имени А.С. Пушкина Виктор Оганесян.
— Вы встречали Русскую весну в должности начальника городского управления образования, и нужно было ещё и в кратчайшие сроки организовать работу избирательных участков в школах для референдума. Сейчас, спустя 12 лет, как вспоминаются те события, в чем были главные сложности?
— В эпоху перемен всегда непросто занимать какие-то высокие посты, как Вы вообще согласились, кому и как удалось убедить Вас стать начальником управления?
— В марте Севастополь перешел в российское поле, в июне выпускникам уже нужно было выдавать аттестаты российского образца. Когда и как их доставили в Севастополь? Школы печати должны были поменять?
— Если говорить об истоках Русской весны, то когда в школах началась борьба за русский язык? В какой момент пошло преобладание украинского над русским? Сколько часов было русского, сколько украинского? Каким было соотношение русской и украинской литературы?
— В школы поступили и учебники по другим предметам, написанные на украинском языке? Было такое, что, например, на уроках физики, географии тоже говорили на мове или в Севастополе такое нельзя было даже представить?
— Понятно, что менять сознание граждан нужно с детского сада, со школы — и в первую очередь, это, наверное, отразилось на преподавании истории?
— Прочитала в интернете, что где-то в середине 2000-х от школьников, причем даже начальных классов, потребовали написать сочинение на тему «Я европеец». Вам в гимназии удалось это проигнорировать? А в других школах действительно писали?
— После Русской весны Вы выступили в поддержку учителей украинского языка, чтобы они имели возможность остаться в школе и преподавать его в качестве факультатива. Среди детей были желающие продолжить изучение?