Шум пьяной компании Яна услышала еще на лестничной клетке. Муж снова устроил посиделки. Переступив порог, она нос к носу столкнулась с приятелем Дмитрия, который, даже не поздоровавшись, бесцеремонно бросил:
— Пусть твоя быстренько в магазин сгоняет. Денег дай и скажи, чтоб не копалась!
Яна молча прошла на кухню, где за столом восседала «элита» в лице двух вечно голодных коллег мужа.
— Дима, выйди, поговорить нужно, — как можно спокойнее произнесла она, стараясь не обращать внимания на сальные взгляды гостей.
— Совсем совесть потеряла? Люди вон сидят! — зашипел муж, но, увидев решительный настрой жены, все же вышел в зал. — Чего тебе? Говори быстрее, у меня люди важные!
— Дело срочное. Присядь, — кивнула она на кресло.
— Не хочу я сидеть! — занервничал Дмитрий, сверкая глазами. — Если есть что сказать — говори, и проваливай!
— Вчера у тебя тоже были важные люди. Сегодня — эти. А завтра — новые. Они хоть меняются, а ты всё так же гонишь меня в магазин посреди ночи, — усмехнулась женщина, глядя на карточку, которую муж уже совал ей в руку.
— Ты на что намекаешь? Я между прочим, вопросы решаю, а не водку трескаю! Откуда, по-твоему, деньги в дом идут?!
— Вот и решали бы вы свои вопросы в ресторане, а не на нашей кухне, — не выдержала Яна.
— Дима, ты там уснул? Мы тут без тебя уже кота варить собрались! — донеслось гоготание с кухни.
— Видишь, людям неудобно! — засуетился супруг. — Иди в магазин, потом поговорим.
— Нет, сегодня я никуда не пойду. И вообще, больше никогда не побегу.
Муж опешил. Такая покладистая и удобная Яна никогда ему не перечила. А она вдруг уперла руки в боки и в упор спросила:
— А тебе вчера было удобно вываливать перед друзьями наши семейные тайны?
Дмитрий побледнел. Он всё понял.
— Ты… ты подслушивала?
Яна вспомнила этот вечер до мельчайших подробностей. Тогда она вернулась с работы поздно и, уставшая, присела в коридоре на банкетку, не желая светиться перед гостями. И услышала такое, от чего сердце ушло в пятки.
Ее муж, захмелев, вещал на всю кухню:
— Я свою Янку за что держу? Она послушная, характер не кажет, не пилит. Идеальная жена! Мать ее так воспитала: чтобы мужа уважала, гостей встречала и стол накрывала.
Мужики завидовали, рассказывали про своих жен и тещ. А потом разговор зашел о детях.
— А вы чего, Дим, с наследниками тянете? — спросил Андрей, коллега мужа.
— А ни к чему мне это, — отрезал Дмитрий.
В коридоре Яна замерла. Они же планировали, они же хотели...
— Как это устроишь, если жена хочет? — не понял Ильич, третий собутыльник.
— Элементарно, — развязно ответил муж. — Сейчас для мужиков, которые обременять себя не желают, способы есть. Одна нехитрая манипуляция — и всё, денег только стоит.
— А Янка в курсе? — ахнули мужики.
— Ты что! Если б она узнала, что я на такое пошел, даже не знаю, что б сделала. Хоть она и тихая, а тут такой нож мне под ребра...
Яна зажала рот рукой. Слезы градом катились по щекам. Тот, кого она любила, кому доверяла, за ее спиной лишил ее шанса стать матерью. Просто потому, что ребенок будет мешать его пьянкам и требовать внимания жены, которое по праву принадлежит только ему и его «важным гостям».
— Да и зачем мне этот галдеж? — продолжал вещать Дмитрий, не подозревая, что жена сидит в двух метрах. — Сейчас у меня дома порядок: жена убирает, готовит, гости — пожалуйста, в любое время. А дети всю малину перебьют. Нет, мужики, дети — это не для меня. Давайте за свободу!
Зазвенели рюмки...
— Я всё слышала, — холодно произнесла Яна, вернувшись в реальность. — Слышала, как ты договорился до того, что я тебе для мебели нужна, а не для семьи.
— Ян, это я погорячился, язык без костей... — залепетал Дмитрий, но в его глазах читалась лишь досада, что тайна раскрыта, а не раскаяние. — Ты не так поняла!
— Всё я так поняла. Иди корми своих «важных». А мне с тобой больше не по пути.
Она прошла в спальню, достала чемодан и начала кидать вещи.
— Ты с ума сошла? У меня начальство сейчас подойдет! Я обещал, что ты ужин организуешь! Ты меня перед людьми позоришь?! — заорал он, наконец осознав масштаб катастрофы.
— Это твои проблемы. Сам беги в магазин, сам готовь. Я тебе больше не прислуга.
— Ты моя жена! Ты должна! — голос Дмитрия сорвался на визг.
— Это ненадолго. Я к маме. Подам на развод, чтобы не отвлекать тебя от важных встреч.
— Ян, постой! Мы же можем всё исправить! Обратиться к врачам... — затараторил он, понимая, что теряет не столько жену, сколько домработницу.
— Это ты исправляй. Я умываю руки. И да, Бифштекса я завтра заберу, пока ты на работе.
— Да что ж такое! Хозяева, вы там с голоду нас уморить решили? — не унимались гости.
Яна, не оборачиваясь, вышла в подъезд, оставив за спиной мужа, орущий телевизор и запах перегара.
Развод прошел быстро и буднично. Дмитрий вскоре лишился должности — слишком увлекся «важными переговорами» на кухне. А Яна через пару лет встретила простого заводского мастера — тихого, надежного, который не знал, что такое «важные люди», зато мечтал о детях и любил по вечерам читать жене вслух.