История с уже с оскароносным Павлом Таланкиным - видеографом из школы Карабаша Челябинской области - сработала по старому, почти безотказному сценарию: стоило фильму получить «Оскар», как спор вокруг него мгновенно перестал быть разговором только о кино. Обсуждение стало политическим, нервным, местами истеричным. Спорящие стороны пытались ответить на вопрос: кто перед нами, талантливый видеограф, оскароносный учитель или Плохиш?
Комментарии правду говорят? О ней и поговорим!
Кто такой Таланкин в глазах зрителей?
Начну с прочего: фильм Таланкина зацепил многих. Одни не смотрели, но осудили, другие хотят посмотреть, а потом уже спорить, третьи считают, что дело не столько в фильме, сколько в контексте, который он попал.
И лишь немногие заявили: Таланкин попрал права детей. Он сделал их частью политической игры: построил карьеру на их улыбках и слезах. Вопрос о том, будут ли родители массово подавать иски к нему за то, что он без их согласия сделал школьником орудием Вашингтона, остается открытым.
Пока по комментариям видно, что общество расколото не на два лагеря, а минимум на пять. Есть те, кто считает Таланкина смелым человеком, который показал то, о чем внутри страны говорить не любят. Для них он не предатель, а школьный видеограф, который не побоялся показать школьную реальность такой, какой он ее увидел. Эти комментаторы пишут о давлении, о навязчивой идеологизации школы, о том, что детям все чаще отводят роль массовки в чужом взрослом спектакле.
Есть и другая, куда более громкая группа. Для них Таланкин — вовсе не честный документалист, а человек, который вынес сор из избы, да еще и монетизировал это через западную институцию. В их логике картина проста: да, проблемы могут быть, но это наши проблемы, и решать их надо внутри страны, а не везти за границу в упаковке «смотрите, какие они там». Этот мотив в комментариях звучит очень часто: не столько отрицание трудностей, сколько раздражение самим способом разговора о них.
Отдельная линия — споры о школе. Одни уверяют, что патриотическое воспитание есть в любой стране, что без ценностей и общего взгляда на страну ребенка все равно кто-то «воспитает» — улица, интернет, случайная среда. Другие отвечают резко: патриотизм и идеологическая муштра — это не одно и то же: когда школьников ставят в красивые символические фигуры, заставляют участвовать в политически окрашенных ритуалах и подменяют живое образование обслуживанием повестки, это уже не воспитание, а давление.
На самом деле именно этот нерв и сделал фильм таким токсичным для обсуждения. Он попал в зону, где спорят не о кадре и не о монтаже, а о том, где проходит граница между любовью к стране и лояльностью к текущей линии: между памятью, воспитанием и прямолинейной агитацией, между школой как местом знаний и школой как инструментом.
Еще одна важная деталь из комментариев: очень многие вообще не верят в нейтральность «Оскара». Даже те, кто фильм не защищает и не громит, пишут примерно одно и то же: премия давно перестала быть просто премией. Награда, по их мнению, выдается не только за форму, но и за удобный смысл. И в этом смысле победа Таланкина для многих стала не доказательством его большого таланта, а подтверждением того, что на Западе охотно поддерживают любой материал, где Россия показана в мрачном свете. Это может быть грубо сказано, но именно так думает значительная часть аудитории.
При этом у защитников фильма тоже есть сильный аргумент, от которого просто так не отмахнешься. Они спрашивают: если все показанное — неправда, почему тогда сама тема вызывает такую ярость? А если в этом есть хотя бы часть правды, то почему разговор сводят только к обвинениям в предательстве? Вопрос неудобный. И потому он раздражает еще сильнее.
Лично я вижу в этой истории не триумф искусства и не сенсацию года, симптом: Таланкин стал удобной фигурой, на которую каждая сторона повесила свой ярлык. Обсуждение фильма почти не касается детей, чьи права были попраны. Все уперлось в вопрос: свой он или чужой? Служит правде или чужой повестке? Получил премию за талант или за правильно выбранную тему? Это уже не разговор о документалистике. Это разговор о доверии, которого в обществе почти не осталось.
Поэтому главный эффект этой истории даже не статуэтка. Главный эффект — зеркало, в которое заглянули комментаторы. И увидели там не Таланкина, а себя: злых, уставших, подозрительных, расколотых. Одни по привычке кричат «Плохиш». Другие по той же привычке отвечают «наконец-то кто-то сказал правду». А между ними остается пустое место, где вообще-то должен идти нормальный разговор о том, чему учит школа, кого она воспитывает и почему любой такой разговор у нас мгновенно превращается в выяснение отношений на кулаках.
Пишите в комментариях, обсудим!