Красивый и меткий поэтический образ- это находка автора, которая может войти в века!
Уж и автора много веков никто не помнит: давно это было, очень давно.
Минули тысячелетия, в легендах остались создатели, и много что изменилось и наложилось, детализировалось и уточнилось, но И Цзин, китайская "Книга Перемен" живёт и по сей день.
Уже во времена древнекитайского мудреца и учителя Конфуция эта книга была древней. Она, одна из немногих, пережила императора Цинь Шихуанди, который решил, что история должна начинаться с него.
В Книге Перемен много слоёв разного возраста. Тем не менее, именно в России, в начале XX века появился не просто перевод, а целое историко-культурологическое исследование, многолетний труд Юлиана Константиновича Шуцкого, посвящённое "Книге Перемен".
Работа пережила множество переизданий, и по сути своей она оказалась столь глубокой и удачной, что мало что может сравниться с нею в глубине и изяществе.
Ведь мало просто взять текст и перевести его на другой язык. Даже лучший текст, превращённый в подстрочник на другом языке, вряд ли будет доходчиво и точно передавать смыслы. Литературный перевод- это по сути написание текста заново, с расплетанием сложных образов и донесением тайных смыслов другой культуры.
Щуцкий же двинулся ещё дальше: помимо перевода позднесредневековых комментариев к Книге Перемен, он выполнил адаптацию малопонятных образов для восприятия русскоязычного читателя, не знакомого с китайской культурной традицией. Метко и точно определив целевую аудиторию своей работы, ему удалось туманные и смутные слова наполнить живыми поэтическими образами.
И сколь ни искал я подобной глубины и красоты перевода этого древнего памятника истории, культуры и литературы- всё не то.
Есть и точнее, и полнее, и детальнее- но много слов и путаница смыслов.
А ведь именно донесение смыслов- основная суть литературы, не столь и важно: научной ли, профессиональной, документальной или художественной. И "максимально точный" перевод-подстрочник, да ещё с синонимами может превратить плавное и приятное чтение в путешествие по буеракам и буреломам "словесных завалов"...
Вернёмся же к изящному образному поэтизму Юлиана Шуцкого. Приведём один пример из Книги Перемен.
Для чуть более понятной образности позволю себе чуть подредактировать оригинальный текст в знаках препинания, без изменения смысла:
"Меняют города, но не меняют колодец. Ничего не утратишь, но ничего и не обретешь. Уйдешь и придешь, но колодец останется колодцем..."
Этот стих, как по мне,- один из самых глубоких образов, что можно встретить в Книге Перемен.
Слегка разберём его.
Город может возникнуть там, где есть источник питьевой воды. Иссякнет источник- пресечётся и городская культура, как можно наблюдать, например, по археологическим данным храмового комплекса Ангкора в Камбодже или городов Индской доведической цивилизации, таких, как Хараппа или Мохенджо Даро.
Колодец, источник питьевой воды, становится центром притяжения. И могут смениться культуры, народы, времена, "но колодец останется колодцем"...
Это- первый мой авторский пост на новой для меня платформе. И именно образ колодца мне хочется расположить в начале.
Именно образ питающего источника точнее всего передаёт смыслы, которые несут мои тексты.
Будет чист и полезен источник- соберутся те, кому нужно получить что-либо для себя.
А там- посмотрим!
"Меняют города, но не меняют колодец..."
*На фото: весенние проталины на снегу
