В феврале 1942 года из Сталинабада (ныне Душанбе) вылетел небольшой самолёт ПР-5. Его миссия — доставить работников партии и НКВД в Хорог. Вместе с партийцами в салон поднялись Анна Гуреева и двое её детей: десятилетний Саша и шестимесячный Валера. Анна была женой начальника аэропорта Хорога и отправилась в путь, чтобы скорее увидеть мужа. Она не знала, что это путешествие станет для неё испытанием на грани жизни и смерти.
Самолёт взял курс через Памирские горы. Сегодня полёты над Памиром — обычное дело, но тогда это было смертельно опасно. Горы Памира — это высокие пики, пролететь над которыми на одномоторном биплане невозможно. Пилоту Василию Княжиченко приходилось лавировать между этими «горными воротами».
Во время сложного манёвра самолёт попал в облачность, видимость упала. Крыло зацепило скалу, мотор заглох, и самолёт рухнул на склон горы. В бортовом дневнике есть запись о проблемах с шасси, но это уже не имело значения. Пассажиры оказались на высоте 4400 метров, без еды, с разбитым самолётом, который развалился на две части. Посадка была жёсткой, но самолёт уцелел, и люди смогли укрыться от непогоды внутри.
Условия были невыносимыми: холод до -30 °С, недостаток кислорода, горная болезнь, полное отсутствие дров и еды. Особенно тяжело было детям. Пилот Княжиченко и офицер НКВД Вихров попытались спуститься с горы в поисках помощи. Но снег был глубоким, и они вернулись ни с чем.
Масловский и Жуковский остались с Анной и детьми у обломков самолёта. Надежда на спасение угасала. Эта история часто воспринимается как фольклор, потому что из документов сохранились только данные о катастрофе и списке пассажиров.
Анна вела дневник, где подробно описывала всё происходящее. На борту были продукты: сливочное масло, колбаса, сыр, банка крабов, пол-литра водки «Арак». Но еды хватало лишь на несколько граммов в день. Вода отсутствовала, и люди пили растопленный снег.
19 февраля мужчины снова попытались найти выход, но продукты закончились, а впереди была пропасть. Через три дня после этого умер маленький Валера. Его похоронили в хвосте самолёта.
24 февраля еда закончилась, и стало ясно, что спасения ждать не приходится. Мужчины решили идти за помощью. Анна с Сашей остались одни. Начался сильный снегопад, и обломки самолёта были почти погребены под снегом. Анне приходилось откапывать проход на поверхность. Саша слабел от голода и просил мать накормить его.
22 февраля Саша умер. Прошло уже 70 дней, а помощи не было. Анна написала прощальные письма родным. Выжить ей помогли воля к жизни и Саша, о котором она писала в дневнике.
Мужчины все же добрались до горного кишлака: через три дня после того, как они оставили Анну, они вышли к людям. Но ни один из них не сказал о женщине с ребёнком, которой они обещали помочь. Если бы они сразу попросили помощи, Сашу можно было спасти.
Только после переправки в Хорог пилот Княжиченко упомянул о них. Он уверял, что они уже мертвы, и никто не искал Анну с Сашей. Через несколько месяцев началась операция по поиску разбившегося самолета. В группу вошли 15 человек, включая мужа Анны.
12 мая поисковики нашли обломки лайнера. Анна была жива. Увидев мужа, она тихо спросила: «Ваня, ты, наверное, уже женился?» Женщину спасли, а её дневники стали главным доказательством в суде.
После спасения Анна долго лечилась в психиатрической больнице. Она сменила имя, фамилию и все документы, чтобы забыть о пережитом. Впоследствии она вышла замуж повторно, у неё появились дети и внуки.
История Анны Гуреевой — это трагедия, которая поражает своей жестокостью и бездушием мужчин, бросивших её в горах. Пилот Княжиченко, офицеры Вихров и Масловский были осуждены за оставление людей в опасности.