После переворота июня 1953 года ведущих советских ученых-физиков вызывали к Н.С. Хрущеву и Г.М. Маленкову и требовали: "Дайте показания на Берию!". Когда И.В. Курчатова заставляли писать, что Берия всячески мешал созданию первой советской атомной бомбы, Курчатов категорически отказался это делать и прямо сказал: "Если бы не он, Берия, бомбы бы у нас не было".
И все ведущие ученые-физики СССР также тогда отказались "дать показания" на уже снятого со всех постов и арестованного Лаврентия Берию, а принудить их к этому в то время не решился даже новый всемогущий руководитель страны - Никита Хрущев,..
В мае 1942 года лейтенант инженерных войск Георгий Флеров написал Сталину письмо. Он, в мирной жизни ученый-физик, обратил внимание, что в западной прессе, начиная с 1940 года, исчезли публикации по урановой проблеме. Эта тема перешла в разряд засекреченных. Флеров сделал вывод, что прекращение публикаций означает начало работ по созданию атомного оружия.
Но еще до письма Флерова, в марте 1942 года Сталину был представлен письменный доклад НКВД.
По линии НКВД, к которому тогда относилась внешняя разведка, СССР информировали работавший в Англии немецкий физик-теоретик Клаус Фукс, секретарь одного из британских министров Джон Кэрнкросс и Бруно Понтекорво, итальянский ученый-эмигрант, работавший в США у Энрико Ферми на строительстве первого в мире ядерного реактора.
Доклад, легший на стол Сталина, и насыщенный техническими данными и формулами, не был подписан наркомом НКВД и членом ГКО Берией, но сам факт, что Берия, получив разведданные и, не будучи физиком, сумел оценить их значимость для будущего страны, говорит о его незаурядном интеллекте и умении предвидеть.
В мае 1942 года Сталину по той же теме устно доложил С.В. Кафтанов, научный консультант ГКО. Вождь задумчиво прошелся по кабинету и сказал: "Нужно делать.".
Между тем еще до войны советские физики Я. Зельдович и Ю. Харитон вели исследования по цепной реакции деления ядер урана. Одновременно Г. Флеров и Л. Русинов также уже проводили эксперименты в области ядерной энергии.
Тогда же была создана первая комиссия, рассматривавшая реальность и необходимость атомного проекта. Возглавлял ее Молотов, входили Иоффе, Капица и другие видные ученые.
Берия представил комиссии убедительные данные разведки полученные из Германии, Франции, Англии. Тем не менее проект организации работ в атомной области был отклонен.
В начале 1940 года Берия повторно обращался в ЦК партии и к Сталину с предложением начать работы по атомному оружию. К этому времени и наши и западные ученые уже не сомневались, что такой проект реализуем.
Берия докладывал в ЦК и Сталину, что уран из Чехословакии полностью вывозится в Германию для использования в исследованиях по ядерной тематике. Берия убеждал: "Нельзя допустить, чтобы Германия первой получила ядерное оружие..."
Тогда же разведчики НКВД сообщали, что из Южной Африки тайно переправляется в Америку большой запас обогащенного урана.
Вначале атомной бомбой поручили заниматься Молотову. Шла война и дело не попало в разряд первоочередных.
Молотов потом вспоминал: "Вызвал Капицу к себе, академика. Он сказал, что мы к этому не готовы и атомная бомба - оружие не этой войны. Спрашивали Иоффе - он тоже как-то неясно к этому отнесся. Короче был у меня самый молодой и никому еще не известный Курчатов...
Ему дали материалы разведки, пока лишь те, что были получены из Англии, по ним физик написал заключение: "Все совокупность сведений и материала указывает на возможность решения всей проблемы урана в значительно более короткий срок, чем это думают наши ученые, незнакомые с ходом работ по этой проблематике за границей".
То есть все именитые советские ученые-физики отказались от работы по урановой проблематике, а молодой Игорь Курчатов согласился.
10 марта 1943 года в АН СССР был создан институт атомной энергии под условным названием "Лаборатория № 2". Начальником "лаборатории" стал И.В. Курчатов. Теперь он получил доступ ко всем материалам, в том числе и полученным из США, куда к тому времени переместились работы над атомной бомбой.
Объем информации был огромен и пришлось допустить к разведданным и других ученых: сначала Иоффе, Алиханова и Кикоина, а чуть позднее Харитона и Щелкина, От НКВД работы курировал Павел Судоплатов.
Он лично знакомил ученых с данными разведки: "Кикоин, прочитав доклад о первой ядерной цепной реакции... немедленно отреагировал: "Это работа Ферми. Он единственный в мире ученый, способный сотворить такое чудо... Иоффе тут же по другим материалам назвал автора - Фриша,,,"
Берия пока участвовал в проекте в той мере, в какой в проекте участвовал его наркомат - НКВД. Работа велась следующим образом: ученые знакомились с предоставленной информацией, формулировали вопросы, которые посылались агентам, от агентов поступали ответы, и - все по новой...
Наконец в 1943 году дело создания атомного оружия в нашей стране сдвинулось с мертвой точки. Пусть и в нешироком объеме, но работы все-таки развернули. Под патронажем НКВД и непосредственно Л. Берии было создано Главное управление по реализации уранового проекта. Возглавил новое управление Б.Л. Ванников.
В СССР практически не было урана, Он вероятно в теории существовал где-то в недрах земли, но до войны никто фактически не занимался его поисками и добычей. В распоряжении "Лаборатории № 2" было только несколько килограммов вещества чистого урана, а потребность в нем исчислялась тоннами...
Разведанные месторождения урана у нас имелись в Средней Азии и на Колыме. В декабре 1944 года ГКО (Государственный комитет обороны) принимает решение создать в горах Таджикистана уранодобывающее предприятие - Комбинат № 6. До его пуска руду добывали вручную и перевозили по горным тропам на ишаках.
В 1945 году разведка доложила, что где-то на немецкой территории находится энное количество тонн вывезенного из Бельгии оксида урана. Харитон вспоминал, что бочки с оксидом урана были найдены на кожевенном заводе в городе Нейштадт-Глеве. Впоследствии И.В. Курчатов говорил, что этот уран позволил на год раньше запустить урановый реактор для производства плутония.
В Берлине отыскался профессор Николаус Риль, главный эксперт по производству чистого урана в Германии, сумевший ускользнуть от американцев.Профессор родился и вырос в России и охотно согласился работать в СССР - в разоренной Германии делать ему было нечего.
Кроме того удалось заключить контракты еще с двумя группами немецких ученых. Одну из них возглавил лауреат Нобелевской премии Густав Герц, а другую - Манфред фон Арденне. Всего в советском атомном проекте работало около 300 немцев.
Работы над созданием атомной бомбы полным ходом шли в почти не воюющей Англии и в почти не воюющих в Европе США. Против кого готовилось это оружие? Сталин был человеком, не склонным к иллюзиям. Но и он, возможно разделял мнение ученых, что атомное оружие никогда не будет применено на практике.
Но все подобные иллюзии рухнули 6 августа 1945 года...
Л.П. Берия в 1945 году был не только заместителем председателя ГКО и председателем Оперативного бюро ГКО, то есть фактически вторым после Сталина человеком в стране, но и главным по организации практического исполнения всех важнейших государственных планов.
Именно поэтому Берия в 1945 году встал во главе всех работ, связанных с атомной бомбой. Да, Молотов с 1942 года официально отвечал за научную сторону работ по урану, но уже в 1942 году его заместителем стал Берия!
Берия был замом Молотова не только "по разведке", но и по всем промышленным, инженерным, строительным и прочим вопросам.
Молотов был чистым партийным аппаратчиком без особого тяготения к промышленности и технике, а также к науке. Между тем, чтобы грамотно отобрать ученых, задействованных в проекте, нужно было понимать, как проводятся научные исследования, уметь разобраться, кто из ученых чего стоит, и будут ли они вообще работать.
С этой задачей мог справиться только Лаврентий Берия. Продолжение следует...