Как я уже рассказывал, в тот день, когда за мной должны были прийти, никто не пришёл. И я пробегал всю зарядку с температурой – настолько велико было моё желание попасть в оркестр! Конечно, потом за мной всё-таки пришли, и я отправился в клуб.
На сцене я спел песню «Цветы» группы «Танцы Минус». Всем понравилось! Даже произошёл забавный случай: когда я пел, в клуб зашёл дембель из моей роты. А потом, уже в казарме, в кубрике, я слышал, как этот же дембель утверждал своим корешам, что «сегодня на сцене душара пел как Петкун из «Танцев Минус»». Ирония в том, что этим «душарой» был я, из его же роты!
После выступления, когда ребятам из оркестра понравилось моё пение, я спросил: «А можно ли мне с вами в оркестре играть?» Они поинтересовались: «А на чём ты будешь играть?» Я, недолго думая, ответил: «Да вот, на трубе!» Хотя на духовых инструментах я никогда не играл и даже принципа игры не знал.
Один дембель сказал: «Бери трубу». Я взял и дунул, но никакого толку не вышло, даже малейшего звука. Все посмеялись надо мной. Тогда другой дембель указал на другую трубу: «Вот, сыграй на ней». Это был альт, как я узнал позже. Дембель стал объяснять: «Берёшь эту трубу и как будто семечки плюёшь – так делаешь». Я взял альт и сделал, как мне сказали. И правда, получился звук, похожий на «пердёж». Все засмеялись, а дембель сказал: «Вот на нём и будешь играть!» Я улыбнулся, довольный тем, что меня взяли в оркестр.
Затем каждый день за нами приходили в казарму и забирали в клуб. Мы там готовились к присяге, и параллельно приезжий старичок из Брянска учил нас играть на инструментах. Присяга прошла, и клуб стал для нас вторым домом. Ведь вместе со мной в оркестр набрали ещё второй альт
и двух барабанщиков, а чуть позже присоединился трубач. Время шло, старичок приезжал раз в неделю и показывал, как играть. Принцип я понял, оставалось только привить навык. Но вот с этим были трудности.
Мой дед "полторашник" отправил меня в комнату учиться играть. Я послушно шел туда, но едва успевал сесть за инструмент, как появлялся другой дембель. "Я не понял, в клубе все чисто?" – спрашивал он и тут же давал задание по уборке. Сделав его, я спешил обратно к репетиции, но он снова приходил с новыми поручениями. Так прошло две недели.
Настал "час икс" – мы вышли на плац играть. Сначала – встречный марш для командира, затем – гимн Российской Федерации. После построения полка мы должны были исполнить попурри из трех композиций для развода.
Главная загвоздка заключалась в том, что любая ошибка – лишняя нота или удар – могла вызвать гнев командира. Он мог обернуться к оркестру и сказать: "Оркестр не проснулся, нужно его разбудить!" И тогда начиналось самое интересное: весь оркестр, без исключения, начинал бегать вокруг плаца. Для меня, в то время, пробежка не была проблемой. Но для дембелей, которым скоро домой, и перед своими сослуживцами, это было унизительно. Я прекрасно понимал, какие последствия могли бы нас ждать, если бы мы оплошали на плацу.
К счастью, все обошлось, но мое сердце сжималось, а в груди колотилась дробь, словно на малом барабане.
Пижон. «Случай на присяге»
К тому времени я уже полностью влился в оркестр и выходил на построения в его составе. На присягу мы надевали шинели, брюки и туфли. Готовились к присяге молодых, собирались на репетицию. Вдруг обнаружилось, что мне не хватает носков. Что делать? Без них в туфлях ноги разобьются в кровь. Тут мой дед "полторашник" протянул мне свои дембельские белые носки. Делать нечего, я их надел и мы пошли на репетицию.
Все прорепетировали, сыграли на плацу, полк развели. Командир остался, мы же направились к своему клубу. И тут, как гром среди ясного неба: "Оркестр, стой! сказал командир " Старшина скомандовал: "Оркестр, стой! Раз-два!" Мы остановились. Командир подошел ко мне: "Сынок, подними штанину". Я поднял – у меня были белые носки. Затем он подошел к дембелю: "А ты подними свою штанину". У него были черные. Старшина тоже поднял штанину – черные.
"Сынок, а ты сколько служишь?" – спросил полковник.
"Четыре месяца," – выкрикнул я.
"Ты даже не дембель, пижон что ли?"
После этого случая нам стали выдавать носки с запасом.
Как курица попала в барабан.
Помимо разводов, подъема флага и зарядок, мы также ездили на похороны – как военных, так и гражданских лиц. Под конец службы я даже отшучивался, что на дембель мне нужен значок "Пятьдесят отличных похорон".
Мы ездили на похороны, и, конечно, нам предлагали выпить и поесть. От алкоголя мы категорически отказались. Недавно был случай: двух дембелей из оркестра поймали пьяными. Командир перед всем полком распорядился внести им в характеристику запись о склонности к алкоголю – это после двух лет службы, настоящий "залёт".
Этот случай имел для нас эффект, особенно для меня, большое значение. Ведь с 2005 года работодатели стали чаще обращать внимание на армейские характеристики. Поэтому от выпивки мы отказались наотрез, а вот еду решили взять с собой. То, что не успели съесть по дороге в часть, начали прятать в музыкальные инструменты. Курица и другие продукты отправились в большой барабан, а в бас и баритон мы запихнули газировку.
Уверенные, что полк уже разошёлся, мы пересекли КПП. Но, как оказалось, глубоко заблуждались. Командир тоже нас заметил и жестом подозвал. Мы тут же бросились на плац. "Оркестр, разводи полк!" – грозно скомандовал командир. Мы вышли на середину и начали играть. Честно говоря, без слёз на нас было не взглянуть.
Как только плац опустел, и мы двинулись к себе, командир нас остановил. "Вы что сейчас мне наиграли?" – спросил он. Дембель Передерей ответил: "Товарищ полковник, когда ехали в дежурной машине, инструменты, видимо, расстроились, поэтому так плохо сыграли". "Так, оркестр, грозно сказал, больше так играть не надо такую хрень. В следующий раз предупреждайте!" Мы облегчённо вздохнули и пошли в клуб.
Продолжение следует! Подписывайтесь на блог, оставляйте комментарии и ставьте лайки.