Глава 2.
В бывшем кабинете «Неваляшки» почти ничего не изменилось: большой письменный стол со старинной настольной лампой с зеленым абажуром, книжная полка, заваленная кодексами и сборниками судебных обзоров, за маленьким приставным столиком старые потрепанные стулья, возле стены кожаный диван с темно-коричневой подушкой. Лукову показалось, что сейчас откроется дверь, и тяжело дыша войдет Олег, улыбнется и начнет вместо приветствия рассказывать очередной анекдот, которых он знал несметное количество. Здесь всё напоминало о нём, даже запах одеколона «Дзинтарс», которым любил пользоваться «Неваляшка», так и не смог до конца выветриться.
«Здравствуйте, Александр Александрович, с утра Вас жду, из области звонили, интересовались», - сидевший за столом Олега невысокий, кудрявый мужчина неопределенного возраста, поднялся и пошел навстречу Лукову, протягивая руку. Рука была влажная, глаза покрасневшие, то ли от непрерывной работы, то ли от увлечения алкоголем. С первых секунд он не понравился Лукову.
«Разрешите представиться, Уваров Георгий Викторович, старший следователь, веду дело убитого Соколова. Чайку с дороги не хотите?»
Луков кивнул, соглашаясь. Пока пили чай, Уваров кратко рассказал суть дала.
Прошлой осенью, на заброшенном пустыре в «квартале оптимистов»нашли труп мужчины на вид лет сорока, неплохо одетого, без признаков насилия и опьянения. Выяснилось, что это Геннадий Дмитриевич Соколов, мастер мужских стрижек местного салона красоты. Он приехал на ПМЖ к матери вместе с дочерью за два года до этого из Ростовской области. Тихий, скромный, по месту жительства и работы характеризовался положительно, хороший отец, в школе член родительского комитета. Смерть наступила от остановки сердца, спровоцированной электрическим разрядом, сзади на шее обнаружили пятно от прикосновения электрошокера. Вечером Соколов собрался на прогулку и не вернулся. Версий смерти было много, но ни одна не нашла подтверждения. Дело вел Куров Олег Анатольевич, он же его и закрыл в связи с неустановлением лица, подлежащего к привлечению к уголовной ответственности. Потом мать убитого Соколова написала жалобу генеральному прокурору, и дело возобновили. Олег Анатольевич к этому времени уже умер, и дело досталось ему, Уварову. Как к делу подступиться, не знает, «висяк стопроцентный».
***
***
«Вся надежда на Вас, Александр Александрович, лихо Вы тогда убийство этой училки раскрыли, за три дня. Я в соседнем регионе работал, так слава о Вас и туда долетела», - чем дольше говорил Уваров, тем большую неприязнь он вызывал у Лукова. Александр не мог понять почему, может, память о «Неваляшке», может, еще что-то.
Дождь за окном становился всё сильнее, его удары по стеклу и карнизу иногда заглушали голос Уварова.
«А я, представьте, Георгий Викторович, знал убитого Геннадия Соколова, в детский сад вместе с ним ходил, потом в начальную школу. Его родители развелись, мать в нашем городе осталась, а Генка с отцом куда-то на юг уехали. Отец у него зубным техником был. Когда я уезжал в область три года назад, встретил Соколова случайно здесь, на центральной улице, - Луков махнул рукой в сторону окна, - даже поговорить немного успели. Я еще стрижку сделать у него хотел, но не сложилось». Говоря всё это, Луков по привычке барабанил пальцами по приставному столику. «Не будете возражать, Георгий Дмитриевич, если я дело с собой возьму, вечером неспешна почитаю в гостинице? Вот ведь как жизнь складывается, в родном городе в гостинице останавливаться приходится».
Уваров согласно кивнул и хотел что-то сказать в ответ, но его отвлек телефонный звонок. Луков посмотрел на часы и подумал: «Сейчас забегу в гостиницу, вещи брошу, и в полицию, может, Лутовинова успею застать».
Продолжение следует...
Автор: veter
Источник: https://litclubbs.ru/articles/61087-kvartal-optimistov-vtoraja-glava.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: