Если бы Света знала, к чему приведёт тот поцелуй, она, возможно, захлопнула бы дверь своей спальни на пару секунд раньше. Вчера у неё был выходной, и чтобы ни в коем случае не пересечься с Романом в одном из коридоров, ей пришлось выскочить из особняка в половине седьмого утра и почти весь день провести в городе. Но сегодня она как обычно заступала на кухню готовить для своих хозяев. Поэтому глубоко в душе понимала неизбежное: встречи с Романом не миновать.
Читать сначала
В это утро столовая в доме Устиновых наполнилась особенным светом — мягким, рассеянным, будто солнечные лучи, внезапно пробившиеся сквозь зимнюю серость, сначала долго блуждали по саду и заснеженным веткам и лишь потом осторожно проникли в большие окна. Длинный стол был уже накрыт, фарфор тихо поблёскивал, от свежего кофе в кофейнике поднимался тонкий ароматный пар.
Света раскладывала приборы и с ужасом ждала, когда домочадцы начнут собираться за столом. Казалось, ситуация с поцелуем Романа Викторовича была нарисована у неё на лбу: и будто все о ней уже были в курсе.
Вопреки своему желанию, Света всё равно ловила себя на том, что время от времени возвращается мыслями к тому вечеру. Словно кто-то снова и снова прокручивал короткий отрывок плёнки: тёмный коридор, тихий дом, слишком близкое лицо Романа — и этот поцелуй, который случился так внезапно, что она до сих пор не могла решить, был ли он настоящим или ей просто померещилось от усталости.
Сначала ей было стыдно. Стыдно до жарких щёк, до желания провалиться сквозь землю каждый раз, когда она случайно задумывалась о Романе. Она злилась на него — за эту наглость, за уверенность, с которой он тогда стоял перед ней, будто имеет право на подобные вещи. Кто он вообще такой, чтобы целовать её посреди коридора? Сын хозяина, человек из другого мира, которому всё в жизни даётся слишком просто. Иногда Света ловила себя на том, что мысленно отчитывает его, придумывая фразы, которые должна была сказать ему тогда, но почему-то не сказала.
И всё же, сколько бы она ни пыталась сердиться, внутри у неё оставалось другое чувство — тихое, упрямое и предательски тёплое. Потому что, если быть честной хотя бы с самой собой, тот поцелуй ей не просто не был неприятен. Он ей… понравился. Именно это и злило сильнее всего.
Первой в столовой, как обычно, появилась Арина Львовна. Она вошла уверенной, ровной походкой, словно столовая принадлежала исключительно ей, и коротким взглядом оглядела стол, как хозяйка, проверяющая порядок перед гостями. Следом за ней шагала маленькая Софа и недовольно тёрла заспанные глаза.
Данил, как обычно, залетел в столовую с толстенным учебником и с недоверием кинул взгляд на омлет тамаго, который Света аккуратно разложила на подносе.
Почти одновременно с ним зашла Ксения и цыкнула, увидев, как Даня снова потянулся к бутербродам.
Последним появился Роман.
Он вошёл быстро, будто чувствовал себя опоздавшим, и на секунду задержался у дверей, бросив короткий взгляд на Свету. Взгляд этот был почти незаметный — всего лишь доля секунды — но Света всё равно почувствовала, как внутри неё что-то едва ощутимо дрогнуло.
Она тут же отвернулась в буфету и начала разливать соки. Только бы никто не видел её виноватого лица — человека, который пару ночей назад будто совершил преступление!
Пару минут все за столом молчали, слышались только тихий звон ложек и шорох салфеток. Но тишина продержалась недолго.
Арина Львовна медленно отложила нож.
— Кстати, — сказала она, будто между прочим. — Кто приезжал сегодня рано утром? Я видела чью-то незнакомую машину под окнами.
Роман наколол на вилку черри.
— Электрик приезжал.
— Электрик? — переспросила Арина недоверчиво. — Чего это вдруг?
— Я его вызвал. Варочная панель на кухне забарахлила.
Света почувствовала, как сердце на секунду будто перестало биться. Она невольно бросила взгляд себе через плечо и тут же снова встретилась с коротким, почти неуловимым взглядом Романа Викторовича.
Он вызвал электрика, но совсем по другому поводу.
Он не хотел, чтобы Арина знала о камерах.
— Интересно, — буркнула сестра Виктора Львовича себе под нос, будто что-то обдумывая в голове и пытаясь найти нестыковки.
Она взяла вилку, аккуратно отломила кусочек омлета и поднесла ко рту.
— Вот только непонятно, раз варочная панель сломана… — продолжила она неторопливо, — то как же наша Светлана умудрилась приготовить тамаго? Ммм?
Все за столом устремили свои взгляды в сторону Светы.
— Я сделала его в печи, — моментально соврала та и поставила на стол финальный графин с соком, хоть её руки и страшно тряслись. — Печь газовая.
Арина прожевала и слегка склонила голову набок.
— Ясно. То-то у него слегка пресноватый вкус. На сковороде получилось бы лучше.
Роман резко поднял взгляд на тётку и процедил:
— По-моему, всё отлично.
Арина лишь пожала плечами.
За столом повисла длинная неловкая пауза, но Ксения вдруг нарушила её, внимательно посмотрев на брата:
— Что-то ты зачастил ночевать в доме отца, Ром. У тебя что-то случилось? Я ни в коем случае не осуждаю, просто раньше ты так не задерживался здесь...
Она прервалась, когда увидела, как Роман откинулся на спинку стула и возмущённо вздёрнул бровями. Было видно, что Арина уже его раззадорила, и сейчас кому-то достанется.
— Может, это ты тут слишком редко бываешь, Ксюш? — спросил тот с вызовом, передразнивая её интонацию. — С учетом того, какая сейчас ситуация у отца со здоровьем. Надеюсь, ты помнишь, что он всё ещё лежит в больнице и никаких улучшений нет.
Ксения заметно смутилась от такой резкости. Она опустила глаза в тарелку и как бы невзначай поправила салфетку у маленькой Софы.
— Ну, у меня семья. Ты же знаешь. Я не могу часто сюда приезжать, Олег не поймёт.
— Понятно. Что ж, у меня семьи нет, — отрезал Роман. — Значит, самое время переехать сюда и заняться домом, который временно лишился хозяина, если вы все не заметили. А также заняться издательством, пока мой отец на лечении.
Данил перестал жевать и поднял брови, Ксения удивлённо посмотрела на брата. В её глазах на секунду даже блеснуло восхищение, смешанное со стыдом.
Арина Львовна же тихо усмехнулась:
— Ну, не торопи события в плане семьи, Рома. Я понимаю, вы с Женей поругались, но…
Тот резко перебил её:
— Я не буду обсуждать это за столом. И вообще, это не твоё дело.
— Ну уж извини, я заинтересованное лицо, — Арина лишь шире улыбнулась, словно получила именно ту реакцию, на которую рассчитывала. — Всё же, это я вас познакомила.
Пальцы Романа медленно стукнули по столу: казалось, что ещё мгновение — и он запустит в собственную тётку соусником.
— Что ж, заинтересуйся чем-нибудь ещё, Арина. Мы с Женей разошлись. Окончательно и бесповоротно.
Нож рухнул и зазвенел под столом — его случайно выронила Света, будто обозначив финальный аккорд в объявлении Романа Викторовича. На секунду все перевели на неё взгляд, но потом тут же потеряли всякий интерес и вернулись к своему завтраку.
Все — кроме Арины Львовны.
— И да, — добавил Роман, невзирая на всеобщее замешательство, — теперь я буду работать в кабинете отца. Как минимум, пока он полностью не поправится и не вернётся к своим обязанностям. Прошу при себе оставить свои советы и рекомендации, как мне жить и что мне дальше делать. Света!
Та вздрогнула, услышав своё имя из уст Романа.
—...принеси мне кофе в отцовский кабинет через полчаса, пожалуйста. Здесь свою трапезу я закончил.
Арина сразу подняла голову и строго произнесла:
— Кажется, мы уже обсуждали, что это не входит в её обязанности.
Роман же посмотрел на неё в ответ с нескрываемой злобой:
— Ты больше тут ничего не решаешь, Арина. Мне повторить ещё раз — или тебе хватит?
В столовой стало тихо. Даже маленькая Софа перестала стучать вилкой по тарелке.
А Света вдруг ясно почувствовала, что за этим столом только что началась совсем другая игра.
Подпишись на «Полку» ВКонтакте и читай рассказы прямо в мессенджере!