В последние недели информационное пространство буквально раскалилось от обсуждения фигуры Геннадия Хазанова. Ситуация вокруг мэтра и его Театра эстрады обрастает всё новыми деталями, и с каждым днём они становятся всё менее приглядными. Но, как это часто бывает, в тени одного громкого имени остаётся другое — не менее известное и, судя по всему, замешанное в историях аналогичного свойства.
Речь об Олеге Меньшикове. Пока общественность смакует подробности возможного отъезда Хазанова и распродажи его многомиллионной недвижимости, Меньшиков продолжает свою тихую, но не менее показательную деятельность в стенах Театра имени Ермоловой. И вопросы там возникают не праздные.
Начнём с Хазанова — тут действительно есть, за что зацепиться взгляду обывателя. Картина вырисовывается сюрреалистическая: народный артист, чьи монологи знала когда-то вся страна, вдруг в одночасье выставляет на торги почти всё, что имел в России. Три квартиры в Москве плюс загородные хоромы — общим бюджетом под миллиард рублей. Для человека, который всю жизнь провёл на сцене, такие активы выглядят, мягко говоря, вызывающе. Откуда? Ответ, кажется, лежит в отчётах о госзакупках.
Злата Эльбаум, супруга Хазанова, фигурирует в них как один из ключевых поставщиков оборудования для Театра эстрады. Более 80 миллионов рублей, перечисленных предпринимателю жены художественного руководителя, — это уже не просто семейный подряд, а вполне себе монетизированная схема. И когда на горизонте замаячило уголовное дело по факту хищений при реставрации того же театра, желание Хазанова срочно обналичить всё и улететь в Израиль перестаёт казаться простым совпадением.
Это же элементарно: если ты чист, ты не бежишь, ты садишься в кресло и доказываешь свою правоту. А если у тебя срочно чешутся пятки и ты орёшь на журналистов, значит, песочек уже посыпался — иронизируют авторы светских Telegram-каналов, внимательно следящие за развитием событий.
Теперь переместимся в театр Ермоловой. Здесь Олег Меньшиков, при полном молчании прессы, разыгрывает свою партию. У него, как выясняется, тоже имелось предприятие. И это ИП тоже исправно оказывало услуги театру, которым руководит сам Меньшиков. Логика та же, что и в случае с Хазановым, только декорации сменились. И если раньше это проходило по разряду «ну так сложилось исторически», то сейчас, на волне общего ужесточения контроля за бюджетными потоками, такие вещи начинают выглядеть не просто некрасиво, а уголовно окрашенно.
Но есть и второй акт в этой пьесе. Меньшиков, который долгие годы хранил молчание по самым разным поводам, вдруг проявил удивительную прыть в кадровом вопросе. Он возвращает на сцену Данилу Козловского. Того самого, который на протяжении нескольких лет делал вид, что России для него не существует, строил карьеру на Западе и, по слухам, не слишком жаловал свою родину в приватных беседах. И вот после трёх лет молчания, когда зарубежные подмостки захлопнулись, Козловский получает главную роль в спектакле «Чуковский».
Совпадение? В театральной среде так не считают.
Это называется "тихий реверанс". Меньшиков прекрасно понимает, что возвращать Козловского сейчас — значит брать на себя определённые риски. Но, видимо, либо дружба дороже, либо есть какой-то взаимный интерес, о котором мы не знаем. А может, просто решили, что если Хазанов шумит на первых полосах, то эту операцию никто не заметит, — рассуждают театральные критики в кулуарах.
И действительно, заметили не все. Но те, кто заметил, задаются вопросом: а не пора ли наводить порядок сразу во всех «театральных княжествах»? Ситуация с Хазановым вскрыла пласт, который копился годами: государственные деньги, уходящие в карманы родственников руководителей, и полное отсутствие контроля со стороны министерства. Меньшиков — просто ещё одно звено в этой цепи, просто он пока держится тише.
Разница лишь в поведении. Один в панике пихает чемоданы и орёт на прессу, другой спокойно ставит спектакли и делает вид, что ничего не происходит. Но суть одна: и тот, и другой давно уже воспринимают вверенные им государственные театры как собственные вотчины, где можно хозяйничать без оглядки на налогоплательщика.
И если уж Минкульт действительно решил разобраться с финансовыми потоками в учреждениях культуры, то остановиться на одном Хазанове было бы стратегической ошибкой. За ним тянется целая вереница имён, и Меньшиков в этом списке стоит далеко не на последнем месте. Вопрос только в том, хватит ли решимости заглянуть в эту театральную «чёрную комнату» до конца.
А вы что думаете? Делитесь в комментариях!
Понравилась статья - оставьте донаты на развитие канала.