Прозвище “Клондайк Кейт” носили две дамы. Кэтлин Роквелл заработала деньги и славу как танцовщица варьете. Кэтрин Райан тоже разбогатела на золотой лихорадке, но по-другому. Она никогда не работала в сфере развлечений и не полагалась на свою женскую привлекательность. А прославилась тем, что стала первой женщиной – констеблем конной полиции.
Младшая из семи детей ирландского иммигранта-фермера, она родилась в Нью-Брансуике в 1869 году. Она выросла девушкой богатырского сложения, превосходящей большинство мужчин и в высоту, и в ширину. У неё был поклонник – юноша из богатой ирландской семьи. Она любила его и ждала предложения руки и сердца. Однажды на сельских танцах он отвёл её в сторону, ей казалось, что наступил тот самый момент... но вместо предложения он ошарашил её новостью, что уезжает учиться в семинарию. Мать запретила ему жениться на дочери бедняка и сказала, что лучше ему стать безбрачным священником. Так Кейт осталась одна. Лишившись надежды на семейное счастье, она целиком посвятила себя работе.
Сначала она проехала весь континент с востока на запад и поселилась у двоюродной тёти в Сиэтле. Из-за её болезни Кейт должна была вести её хозяйство и присматривать за шестью детьми. В 1894 году тёте стало лучше, и Кейт пошла работать (и одновременно учиться) в больницу. За два года она стала профессиональной медсестрой. Потом переехала в Ванкувер и устроилась в местную больницу. В этом городе жило много её старых друзей и родственников, которых привлекли обещания бесплатной земли и вообще фронтир с его возможностями.
В 1897 году мир узнал о золоте Клондайка. Жажда приключений овладела 28-летней мисс Райан. Она потратила все свои сбережения, чтобы купить необходимые вещи для путешествия. После начала лихорадки правительство, чтобы избежать голода, пускало на территорию Юкон только тех, кто вёз с собой годовой запас еды и снаряжения. Среди обязательных припасов были 68 килограммов бекона и 181 килограмм муки. Лошади и собаки для перевозки стоили целое состояние.
Кейт отправилась в путь в начале 1898 года. Во Врангеле (Аляска) она заключила договор с отрядом канадских конных полицейских: они возьмут её с собой, а она будет их поварихой в дороге. Отряд поднялся по замёрзшей реке Стикин (это был один из самых сложных маршрутов в регионе). На границе США и Канады полицейские разбили лагерь и начали строить таможенный пункт. Кейт оставила их и погнала своих ездовых собак дальше. Был март, и ещё можно было ехать по льду, хотя с каждым днём это становилось всё труднее и опаснее.
«Среди первых искателей приключений, которые добрались до Гленоры по замёрзшему Стикину, были Кейт Райан и преподобный Джон Прингл. Джим [местный торговец и землемер] раньше хвалился, что повидал всё во время предыдущих золотых лихорадок, но появление женщины, которая была сама по себе, смутило даже его. Само её присутствие, её независимые манеры и способность справляться с жизнью в дикой местности были под стать этическому кодексу этого грубого перевозчика. С точки зрения Джима и его товарищей, “с любой женщиной, которая смогла подняться по Стикин-Ривер по льду, следует обращаться как с равной любому другому перевозчику на территории”», – написано в книге Т. Энн Бреннан “Настоящая Клондайк Кейт”.
В Гленоре Кейт потратила последнюю наличность – золотую пятидолларовую монету, – чтобы арендовать сарай при гостинице Джима и открыть ресторан. Несколько месяцев дело процветало, но летом слухи о найденной золотой россыпи заставили почти весь городок сняться с места и броситься на поиски удачи. Поток клиентов иссяк. Кейт продала заведение и отправилась в Телеграф-Крик. Там она открыла ещё один ресторан, который находился в простой палатке. С наступлением зимы она совершила пятидневное путешествие на собаках в Атлин, куда её пригласили друзья. Зимовать пришлось в палатке размером 3,7 на 4,2 метра, с окнами, но без пола. Она снова открыла ресторан, а также подрабатывала медсестрой и прачкой.
Весной 1899 года Кейт добралась до Уайтхорса, который тогда был палаточным городком. Она поставила палатку и снова открыла ресторан, ухаживала за больными, стирала. Заведение называлось “Кафе Клондайк Кейт” – так впервые появилось это прозвище. К лету клиентов было столько, что хозяйка не справлялась с готовкой одна и наняла работницу. К тому же она приобрела лицензию вольного старателя и инвестировала в чужие прииски. Вскоре она построила дом размером 3,7 на 4,9 метра – одно из первых деревянных зданий в Уайтхорсе.
В 1900 году был принят закон, который обязывал Северо-Западную конную полицию нанять женщин для работы с женщинами-заключёнными. Мисс Райан поступила на новую должность одной из первых. Её рост и физическая сила позволяли ей легко управляться с арестантками. Через три года она заняла пост особого констебля, занимающегося поиском контрабандного золота. В униформе, которую она сама для себя придумала, она работала в утреннем поезде из Уайтхорса – обыскивала дам и их багаж. Перед американской границей она пересаживалась на вечерний поезд и ехала обратно. Однажды она нашла самородки, которые пассажирка спрятала в шиньоне.
Кейт никогда не была замужем. В 1922 году журналист спросил её, почему так вышло. В конце концов, она жила на Клондайке, где мужчин было намного больше, чем женщин! Она ответила: “Честно говоря, ни один мужчина не сделал мне предложения. С какой стати никто так и не сделал предложения – это для меня загадка”. Она заменила мать четверым племянникам, когда умерла жена её брата. Для младших детей она была единственной “матерью”, которую они помнили.
Кейт вела активную общественную деятельность. В Уайтхорсе она стала соучредителем атлетического клуба “Полярная звезда” – места собраний и спортивных состязаний. Клуб также собирал пожертвования на строительство больницы. Она предоставила свой дом для штаб-квартиры Лиги защиты женщин Юкона, которая боролась за женское избирательное право. Во время Первой мировой войны она собрала больше средств на нужды армии, чем любой другой житель Юкона. За это она получила благодарственное письмо от премьер-министра и стала пожизненным почётным членом Красного Креста.
Переехав в шахтёрский городок Стюарт (Британская Колумбия) в 1919 году, она вступила в Ассоциацию граждан, трудами которой в 1922 открылась больница. Кейт стала её первой главной медсестрой. Также она сотрудничала с Католической женской лигой, Больничным комитетом, Либеральной ассоциацией, Орденом первопроходцев Юкона и Имперским орденом дочерей империи. Некогда бедная ирландка была всеми уважаемой леди и столпом общества.
В 1929 году началась Великая депрессия. Это стало настоящей катастрофой для горнодобывающей промышленности и в частности для Стюарта. Кейт потеряла все деньги, которые вложила в шахты. Ей пришлось продать дома в Стюарте и соседнем городке. К счастью, у неё остался дом в Ванкувере. Прожив там последние дни в нужде, она умерла в 1932 году в той же больнице, где когда-то работала. На её похоронах присутствовал почётный караул конной полиции.
Стюартская газета написала в некрологе: “...конец [её болезни] уже некоторое время предвидели с искренним чувством скорби общины Стюарта и округа, где она проживала с двумя племянниками, Джоном и Чарли Райанами, с 1919 года, где она так свободно дарила свой великий и щедрый дух, который расположил к ней тысячи людей, где много лет ни один комитет не был полон, ни одна общественная организация не думала функционировать без неё, где не было настолько холодной ночи, большого расстояния и сильной бури, чтобы помешать ей идти к тем, кто был болен, ранен или в беде, если она могла помочь им”.
Источники: https://www.thecanadianencyclopedia.ca/en/article/katherine-ryan-klondike-kate