Найти в Дзене

Почему в кино после взрывов можно выжить, а в жизни нет? Разбираем грубые ошибки Голливуда

Вы наверняка видели эту сцену сотни раз: эпичный взрыв, герой прыгает на землю, ждет несколько секунд, после чего встает и, как ни в чем не бывало, бежит дальше спасать мир. Максимум, что ему может при этом помешать — это пыль, которую он небрежно стряхивает со своего плеча. Но что, если мы выключим магию Голливуда, включим законы физики и порассуждаем о том, что случилось бы на самом деле? Спойлер: в реальности после взрыва этот парень не сделал бы и шага. Почему в кино взрыв чего угодно, от гранаты до бензоколонки, выглядит как гигантский оранжевый цветок? Как говорится, «во-первых, это красиво». Реальный взрыв тротила или гексогена выглядит непрезентабельно скучно: резкая, на доли секунды, вспышка, огромное облако серой пыли и.… и всё. Но зрителю нужно шоу, зрителю нужен пресловутый «экшен» — и тогда на помощь киноделам приходит обычный бензин. Чтобы создать эффектный кадр, постановщики размещают около емкостей с горючим небольшие заряды взрывчатки. При их подрыве бензин распыляется
Оглавление
Вы наверняка видели эту сцену сотни раз: эпичный взрыв, герой прыгает на землю, ждет несколько секунд, после чего встает и, как ни в чем не бывало, бежит дальше спасать мир. Максимум, что ему может при этом помешать — это пыль, которую он небрежно стряхивает со своего плеча. Но что, если мы выключим магию Голливуда, включим законы физики и порассуждаем о том, что случилось бы на самом деле? Спойлер: в реальности после взрыва этот парень не сделал бы и шага.

Высокооктановые спецэффекты

Почему в кино взрыв чего угодно, от гранаты до бензоколонки, выглядит как гигантский оранжевый цветок? Как говорится, «во-первых, это красиво». Реальный взрыв тротила или гексогена выглядит непрезентабельно скучно: резкая, на доли секунды, вспышка, огромное облако серой пыли и.… и всё. Но зрителю нужно шоу, зрителю нужен пресловутый «экшен» — и тогда на помощь киноделам приходит обычный бензин.

Чтобы создать эффектный кадр, постановщики размещают около емкостей с горючим небольшие заряды взрывчатки. При их подрыве бензин распыляется, вспыхивает и медленно поднимается вверх ярким красивым облаком. Мы настолько привыкли к такому положению дел, что реальный взрыв кажется нам подделкой, хотя на деле всё ровно наоборот: чем больше в кадре оранжевого пламени, тем безопаснее происходящее на площадке.

От вспышки до реакции

Кино приучило нас верить, что вспышка от взрыва — это своего рода последнее предупреждение, после которого у нас есть пара секунд на спасение. Однако реальность такова, что увидеть вспышку и успеть на неё среагировать физически невозможно. Когда происходит детонация, ударная волна и первичные осколки срываются с места со скоростью, превышающей скорость звука в несколько раз. И если в голливудском кадре герой успевает крикнуть "Ложись!" и прикрыть кого-то своим телом, то в жизни звук этого крика просто не догнал бы саму взрывную волну.

Скорость реакции самого тренированного атлета составляет около 0,15–0,2 секунды, в то время как зона поражения при взрыве заполняется осколками и избыточным давлением за тысячные доли секунды. Математика выживания крайне сурова: физические процессы протекают настолько быстро, что человеческая биология просто не способна включиться в эту игру. Выживание в таких условиях — это всегда вопрос чистой случайности и дистанции, а не результат ловкости или быстроты реакции.

-2

Прыгать или нет?

Ещё один миф Голливуда заключается в том, что от взрыва можно спастись, просто вовремя прыгнув на землю. В реальности всё гораздо сложнее и трагичнее. Взрывная волна — это область плотно сжатого воздуха, который несется от эпицентра со сверхзвуковой скоростью. Когда эта невидимая стена сталкивается с человеческим телом, она не перемещает его в пространстве, а пытается пройти сквозь него. По понятным причинам это никогда не получится, поэтому человек (даже лежащий на асфальте) получит сначала удар от взрыва, а спустя ничтожные доли секунды — еще и отраженный импульс от земли.

В медицине такое явление называется баротравмой. Если на экране герой изящно группируется в полете и готовится к ответному выстрелу, в реальности даже при отсутствии внешних ран его внутренние органы подвергаются разрушительному воздействию. Давление в несколько атмосфер буквально разрывает изнутри легкие, кишечник и барабанные перепонки, вызывая мгновенную потерю ориентации и болевой шок. Все системы организма мгновенно выходят из строя, и продолжить спасение мира после подобного удара физически невозможно.

И еще кое-что

Даже если предположить, что ударная волна чудесным образом обошла героя стороной, физика подготовила для него следующий неприятный сюрприз — тепловое излучение. В момент детонации температура в эпицентре взрыва достигает нескольких тысяч градусов. Это создает мощный импульс инфракрасного излучения, который распространяется со скоростью света. В реальности, стоя на том расстоянии, где киногерои обычно эффектно позируют на фоне пламени, человек получил бы серьезные ожоги еще до того, как до него долетели бы первые звуки взрыва.

Но еще опаснее то, что в физике называют «вторичными снарядами». Если в голливудских фильмах взрыв — это часто просто огонь, то в жизни он превращает всё вокруг в поражающие элементы. Любая гайка, кусок асфальта или осколок оконного стекла превращается в пулю, летящую по непредсказуемой траектории. Пока экранный спаситель мира стряхивает пыль с плеча, реальный пострадавший столкнулся бы с тысячами таких микроскопических снарядов, от которых невозможно уклониться и которые точно не оставили бы ему шансов на красивый финал.

-3

Так зачем Голливуд десятилетиями кормит нас сказками, игнорируя элементарные законы физики? Всё просто: реальность слишком жестока и коротка для большого экрана. Если бы режиссеры начали показывать взрывы со стопроцентной достоверностью, экранное время главных героев сокращалось бы до нескольких секунд, а боевики превращались бы в тяжелые медицинские драмы. Кинематограф же — это прежде всего искусство метафоры. И пока законы драматургии остаются важнее законов термодинамики, герои будут продолжать выходить из огня невредимыми, позволяя нам на пару часов поверить в невозможное.