Знаете, когда наблюдала за скандалом с квартирой Ларисы Долиной, вспомнила одну нехорошую историю из 90-х. То было время хаоса: законы только формировались, люди слабо разбирались в юридических тонкостях, а мошенники и нечистоплотные товарищи вовсю этим пользовались.
Молодая семья, двое детей, наконец-то купили квартиру! Не дворец, конечно, двухкомнатная «хрущевка», но своя. Деньги собирали всем миром: сами батрачили, родители помогли и взаймы у родственников взяли. Обустроились и начали наслаждаться долгожданной свободой.
Через несколько месяцев на пороге возникает бывший муж продавщицы. И заявляет: «А мне положена доля». Хотя мужчина знал, что квартиру бывшая жена продает, и молчал. Да еще и перестал жить в квартире задолго до сделки. По закону спустя полгода его можно было принудительно выписать, и он уже не мог претендовать на долю в квартире. В общем, примерно так, сейчас уже не помню подробностей. Права собственности у него точно не было — видимо, в приватизации он не участвовал.
Семья не собиралась делиться жильем с посторонним человеком — и вполне обоснованно. Деньги за квартиру были уплачены, сделка оформлена у нотариуса, все документы в порядке.
Решил мужик через суд свою долю получить. Хотя, казалось бы, чего проще — поговорить с бывшей женой? Но нет: та еще раньше уехала куда‑то далеко, а найти человека тогда было непросто. Это сейчас интернет и смартфоны есть, разные новые технологии, да «Жди меня».
Ну и началось: суд, заседания, снова суд… Полгода или даже год разбирались. Супруги нервничали, жена плакала. Но все равно не верилось, что они могут лишиться части жилья.
В течение судебного разбирательства мужчина предлагал: «Отдайте часть денег — и разойдемся с миром». Семья упиралась: это же их единственное жилье, добросовестно купленное на последние сбережения!
А развязка? Суд постановил: двухкомнатная квартира — бывшему мужу. Да-да, целиком! Бывшая жена получила деньги от продажи, мужик – квартиру, а семью с детьми просто выкинули на улицу.
«Но как?!» — спросите вы. А вот так: законы менялись быстрее, чем люди успевали их понять. Оказалось, выписка уже не имела значения. Право на приватизацию мужчина не реализовал. Наверное, жена приватизировала квартиру без него, выписав за «отсутствие по месту жительства в течение полугода». А может, просто система дала сбой — в 90‑е такое случалось на каждом шагу.
И самое дикое: судья, видя отчаяние матери, сказал что‑то вроде:
«Ну что вы так переживаете? Молодые, купите еще жилье!»
Легко сказать, правда? В те годы квартиру купить, да даже просто подходящую найти, — все равно что клад отыскать: информации мало, ипотеки нет, а деньги утекали сквозь пальцы. Такие скачки инфляции были, что…!
Парадокс этой истории с квартирой:
- Муж изначально требовал лишь долю — а получил целую квартиру (интересно, как он воспринял столь радостное известие, и почему суд решил так?).
- Жена получила деньги за продажу — и исчезла.
- Семья, которая честно заплатила за жилье, осталась ни с чем.
А теперь — ложка дегтя для сравнения. Помните скандал с Долиной, где она поначалу вернула деньги за мошенническую сделку? Народ возмущался: как так: и деньги не отдала, и квартиру взяла. В той истории со «схемой Долиной» деньги за проданную квартиру мошенники прибрали. А здесь — двое «бывших» фактически удвоили свое богатство, а семья с детьми потеряла все. И никто не возмущался. А где органы опеки были?
Кстати, о «заботе о детях» в те годы. Формально она была: чтобы продать квартиру с несовершеннолетними, нужно было бегать за справками из опеки, доказывать, что новое жилье будет не хуже. Но на практике, как оказалось, в этой истории, — ноль защиты.
Чем все кончилось? Семье посоветовали подать в суд на продавщицу. Но где ее искать? «С концами» уехала, как тогда говорили. Иногда они жалели, что не отдали тому мужчине часть денег сразу. Но кто же знал, что закон так вывернется?
Эта история — не просто рассказ о несправедливости. Это портрет эпохи 90-х, где люди были пешками в игре, правил которой никто не понимал.
Подобных историй в 90-е хватало. Мы тоже тогда купили небольшую квартиру. А через два месяца приходят из банка и сообщают, что квартира в залоге. Спасло только то, что банк опоздал с претензиями. Сейчас трудно представить, что заложенную квартиру смогли продать.
Когда мне сообщили о залоге, я поначалу даже не испугалась. Просто не осознавала, какие последствия это может повлечь — ведь мы честно купили квартиру и полностью за нее расплатились. Разве могут ее отобрать?! Наивная в общем была.
Продавщица нашей квартиры позже провернула похожую схему с другой семьей: добилась возврата жилья через суд и оставила новых собственников без крыши над головой. Прикрывалась она тремя детьми и сложной ситуацией после «ухода» мужа. «Мошенница в законе» завладела двумя квартирами: четырехкомнатной, что купила после продажи двушки, и самой двушкой, которую сумела вернуть себе через суд. А у пострадавшей семьи, к сожалению, было «всего» двое детей, которые в итоге переехали жить в вагончик.
До сих пор удивляюсь, как такое вообще было возможно. В общем, жили мы в 90-е как на пороховой бочке, гадая на кофейной гуще: повезет — не повезет.
И знаете, что пугает больше всего? Иногда мне кажется, что мы снова на этом пути…