Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Интенсив

Кривые зеркала. Часть 3. Путешествие. Сборка.

Аркадий ещё раз поскрёб ногтем пол. Ощущения вернулись. Как будто они были отделены от тела. В ум пришло сравнение с компьютером. Его ощущения хранятся в отдельной папке. В реальной жизни — в том мире, где он был до того, как попал сюда, — и ум хранится в отдельной папке. Пришла мысль: в программном обеспечении произошёл сбой. Реакции тела — до появления симптомов. Как будто кто-то — непонятно кто — сложил все программы в банку, потряс её, и все папки перепутались. — А как меня зовут? Он напряг память. Память заворочалась, как жернова на мельнице. Странное сравнение. Он же никогда не видел жернова мельницы. — Аркадий. Моё имя Аркадий. Какое красивое имя. Хм. Сейчас он как будто рассматривал себя со стороны — как приколотую булавкой бабочку. Вот усики, вот крылышки. А какой красивый узор на крылышках! Память работала с задержкой и только через минуту выдала результат. Мало того, что с задержкой, так ещё и ходила по каким-то лабиринтам. Пробковый пол. Где же они столько пробки взяли? Кто

Аркадий ещё раз поскрёб ногтем пол.

Ощущения вернулись. Как будто они были отделены от тела.

В ум пришло сравнение с компьютером. Его ощущения хранятся в отдельной папке. В реальной жизни — в том мире, где он был до того, как попал сюда, — и ум хранится в отдельной папке.

Пришла мысль: в программном обеспечении произошёл сбой. Реакции тела — до появления симптомов. Как будто кто-то — непонятно кто — сложил все программы в банку, потряс её, и все папки перепутались.

— А как меня зовут?

Он напряг память.

Память заворочалась, как жернова на мельнице.

Странное сравнение. Он же никогда не видел жернова мельницы.

— Аркадий. Моё имя Аркадий. Какое красивое имя.

Хм. Сейчас он как будто рассматривал себя со стороны — как приколотую булавкой бабочку. Вот усики, вот крылышки. А какой красивый узор на крылышках!

Память работала с задержкой и только через минуту выдала результат. Мало того, что с задержкой, так ещё и ходила по каким-то лабиринтам.

Пробковый пол. Где же они столько пробки взяли?

Кто они?

Ум ожил. До этого момента молчал.

Аркадий в голос рассмеялся:

— Вот и с умом научился разговаривать.

— Да ты всегда и умел. Просто это был мой монолог, — хихикая, поддержал разговор ум.

— Помолчи, пожалуйста. А то я с ума сойду.

— Сойти с меня? Это как?

— Заткнись!

Появился результат анализа ума — после того, как он поскрёб ногтем пол.

Аркадий повернулся и лёг на спину. Раскинул руки.

Сейчас надо собрать всё воедино и гармонизировать между собой. Мысли, ощущения, реакции тела.

Вначале — и это главное — понять, в какой момент произошёл сбой.

— Попутешествовал. Мать твою.

— Юмор — это хорошо.

Аркадий как бы со стороны оценивал свою реакцию на события.

Итак, что имею?

Сейчас в наличии два Аркадия. Один, у которого произошёл программный сбой. И мой ум, который, как оказалось, умеет разговаривать. И ещё один Аркадий — тот, кто наблюдает и даже юморит над первым.

Ага. Раздвоение личности. Попахивает шизофренией.

Не нужно себе диагнозов ставить.

Не отвлекаемся. Ищем точку сборки.

Откуда этот термин? Не важно.

Вспоминай!

Для начала надо понять: а где это я?