Вы упомянули 1990-е годы: это всё происходило на Ваших глазах. Как Россию заполонили казино, столбики, про которые Вы рассказывали, куда кинут пять рублей, и вечная история, что «где-то существует такой дядя, который мимо проходил, кинул пять рублей, ему пятёрками выпало 1000 рублей, он дальше не стал играть, а взял деньги и ушёл».
Сергей Михеев: Про то, что он ушёл, – это чистое разводилово, стандартная криминальная схема. Кто помнит игру в напёрстки: играли «кручу-верчу», собирали толпу, среди которой был подставной, изображавший простого прохожего; ему давали выиграть, он радовался и уходил; когда подключался настоящий игрок, ему сначала давали немного выиграть, а после мошенники делали так, что ставка проигрывалась. «Замечательные» были времена. Я сам видел, что человек просто идёт, а у метро в Москве крутят «напёрстки», стоят два бугая и за руку выхватывают его из толпы: «Иди играй», и насильно заставляют.
А это предложение с онлайн-казино примерно тоже самое. Говорят: «Начнём собирать налоги - и всё будет хорошо». Всё будет хорошо, кроме тех, у кого будет всё плохо! У Министерства финансов всё будет хорошо, а у семей, где заведётся игроман, всё будет плохо. «Подумаешь! Они же не работают в Минфине». Речь идёт о человеческих судьбах, душах.
Как это всё появилось? Свобода, криминальный беспредел. Между прочим, тогда тоже платили налоги: они получали разрешение и платили. Власти даже тогда были вынуждены от этого отказаться, потому что эпидемия разрушенных судеб была невероятной: школьники, пенсионеры. А сейчас нам внушают, что это будет онлайн - где-то в телефончике.
Не по-настоящему.
Сергей Михеев: Это не по-настоящему, а понарошку. «Если бы стояли столбики, было бы плохо, а в телефоне - как будто и нет». А деньги-то настоящие - просто перешло на новый технологический уровень! Я уверяю, что если бы у бандитов, которые контролируют все эти вещи, тогда была возможность сделать казино онлайн, то они бы сделали, потому что с автоматами много мороки: за ними надо постоянно смотреть, чтобы их не растрясли, и они всё время ломаются. Не знаю, как они отчитывались по налогам, но разрешение они покупали у властей официально.
Я помню, что люди были бесконечно благодарны, когда закрыли казино в 2000-е годы.
Сергей Михеев: Однако не власть дошла до этого, а люди жаловались. Сейчас это забыли, те люди все поумирали, повзрослели или поумнели, а теперь давай по-новому!
Я помню, когда наш родственник на это подсел, был просто ужас! А соседка работала в казино, и выходить оттуда - была целая мафия.
Сергей Михеев: Потому что это контролировали бандиты.
Сейчас предлагают вернуться, и уверен, что обоснование такое, что «народ войну поддерживает, боевые действия надо продолжать, дожать, поэтому на это нужны деньги».
Сергей Михеев: Это всё нечестно,потому что спекуляция на святом, а в реальности так было, есть и будет всегда. Азартные игры разрушают жизнь людей. Возьмите историю в любом другом государстве в любой другой исторический период: азартные игры разрушили, уничтожили огромное количество людей, семей и жизней. Я уже не говорю про душу. Понятно, что человек, верящий в деньги, не верит в душу. Это классика жанра. Все прекрасно знают, что игромания разрушала, разрушает и будет разрушать людей.
Подготовили такую статистику: в России до 15% взрослого населения – это 13,5 млн человек - могут страдать от тяжёлых форм игровой зависимости, лудоманией. От 20 млн человек находятся в зоне риска. Это недоступно, нелегально, и они не могут всего этого попробовать. Игровой зависимостью чаще страдают мужчины (62%), реже женщины (36%), но у женщин зависимость развивается быстрее. В среднем за один год женщине надо пройти до стадии зависимости, которую мужчина проходит за 4-5 лет. Особенно в это вовлекается молодёжь (18-24 года), и доля увеличивается до 56%. Азартный рынок огромный.
Сергей Михеев: О детях и подростках: если это будет онлайн, то вы никак не проконтролируете, что этим занимаются дети и подростки. Сейчас начнут говорить: «Мы введём регистрацию по возрасту», но это обман и все это понимают с самого начала. Это даже хуже, чем продажа алкоголя, потому что когда за выпивкой приходит несовершеннолетний, это можно зафиксировать. И если честный кассир на кассе и порядочный владелец магазина ему не продадут(а ещё если висит камера, то можно считать, кто это), а там всё это моментально рухнет и никакие контроли работать не будут.
Нам рассказывают, что «сейчас заставим внедрить систему безопасности». Все ваши системы безопасности полетят в тартарары, как и полетели все ваши системы безопасности по защите персональных данных. Защита - очень хорошо, технология – замечательно, но расскажите мне, как получилось, что данные всех россиян оказались в сети, если у вас такая замечательная защита и технологии работают? Как получилось, что в сети можно найти или купить данные на любого гражданина России? Где ваша защита и технологии? Я уже не говорю про мошенников, которые обворовывают миллионы людей и деньги выводят из страны! Поэтому «лапша на уши», что «мы будем защищать», - всё это обман.
Я провел параллель, которая была недавно, - это микрозаймы. Почему стали вводить такие драконовские меры? Потому что сам народ уже взвыл от этого! Там тоже всё было под тем «соусом», что «будет большая польза, будет двигать экономику и человеку прожить от зарплаты до зарплаты». В итоге проценты были чудовищные и люди утонули в долгах так, что не могли выбраться(говоря про финансовую грамотность). Казино будет онлайн, а те бандиты, коллекторы (как их ни назови) будут приходить реально.
Сергей Михеев: Человек задолжал: кто и как будет выбивать долги? Здесь стремление сиюминутно собрать какие-то деньги, последствия будут ужасными, но с ними будут разбираться потом. Это такая схема: «Нам главное сейчас взять деньги, а последствия потом». На мой взгляд, это безответственно. Святейший Патриарх Кирилл привлекает к этому внимание абсолютно правильно.
Как Вы думаете, такие вещи можно оставить или нет? Происходит ли прощупывание общественного мнения или ни с кем не советуются при принятии решений?
Сергей Михеев: Я не знаю, советуются или не советуются. Мы с Вами обсуждаем эту тему и честно высказываем своё мнение. Патриарх, человек значимый, высказал своё мнение, и я искренне его поддерживаю. В данном случае мы это аргументируем - делаем, что можем.