ЖАРКОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ
Двенадцатилетняя Лена Карпухина выскочила из школы и побежала к набережной. Она только что услышала страшное: пароход «Маяковский» утонул. А ведь её родители собирались на этот рейс. Мама с папой хотели прокатиться по Даугаве, и был уговор: если Лена вернётся вовремя, поедут все вместе.
Лена не вернулась вовремя.
Задыхаясь, она влетела в квартиру и увидела маму с папой живыми. Они сидели дома.
– А вы что, не поехали?
– Мы решили: если ты не можешь поехать, мы тоже не поехали.
Девочка лишилась чувств. Родители были живы. По чистой случайности. Потому что в тот день, 13 августа 1950 года, на Даугаве погибли 147 человек. Среди них было 48 детей. И произошло это не в открытом море, не в шторм, не посреди океана, а в шести метрах от каменной набережной столицы Латвийской ССР, в центре Риги, средь бела дня.
ПАРОХОД, КОТОРОГО ЖДАЛ ВЕСЬ ГОРОД
Чтобы понять, что произошло, нужно представить себе послевоенную Ригу. Город был ещё частично разрушен. Развлечений у горожан было немного. И вот по газетам и радио прошла радостная новость: с 5 августа 1950 года по Даугаве начинает курсировать прогулочный пароход «Маяковский». Маршрут пока один, кольцевой: Речной вокзал, парк культуры и отдыха, Межапарк. Билет стоил 2 рубля 40 копеек. На некоторых предприятиях билеты раздавали передовикам производства в качестве премии.
Сам пароход имел непростую историю. До войны это было старое однопалубное речное судно под названием «Вилнис», что по-латышски значит «волна». После войны его реконструировали на судоверфи: надстроили вторую палубу, увеличили пассажировместимость, создали верхнюю тентовую площадку. Теоретически находиться на ней пассажирам запрещалось, но на газетных фотографиях там уже красовались довольные люди. Обновлённый пароход переименовали в «Маяковский» и рассчитали на 150 пассажиров.
Капитан Бернхард Хаманис ещё после реконструкции обратил внимание инженеров на опасную проблему: судно в сильный ветер на Кишозере плохо себя вело, опасно кренилось. Инженеры увеличили балласт с четырёх до пятнадцати тонн. Однако и это не помогло: «Маяковский» оставался нестабильным при полной загрузке.
Первый рейс состоялся 5 августа. К 13 августа пароход совершил уже несколько поездок из Риги в Межапарк и обратно. Этот день, воскресенье, выдался жарким. Местом основной швартовки «Маяковского» был новый Речной вокзал в Агенскалнской бухте, на левом берегу, вдали от центра. Трамвайный маршрут, который должен был связать вокзал с остальным городом, ещё не запустили. Поэтому многие рижане мечтали, чтобы пароход подбирал их прямо с Комсомольской набережной в центре.
ТОЛПА БЕРЁТ ПАРОХОД ШТУРМОМ
Около полудня «Маяковский» вернулся из утреннего рейса в Межапарк. По расписанию ему полагалось зайти на Речной вокзал, высадить пассажиров и забрать новых. Но помощник капитана Янис Вейдеманис принял другое решение. Вопреки установленному порядку он повёл пароход прямо к Комсомольской набережной, где на лестницах причала напротив здания Рижского политехнического университета уже скопилась огромная толпа.
Капитан Хаманис в тот день был свободен. Они с Вейдеманисом договорились водить пароход по очереди, сутки через сутки, и 13 августа была смена помощника. Хаманис отдыхал с семьёй на своей яхте в Рижском заливе. Для Вейдеманиса это было первое самостоятельное плавание на пассажирском судне. До этого он управлял буксиром в Лиепайском порту. Психология толпы была ему незнакома.
Когда пароход приблизился к причалу, на нижней палубе ещё находились пассажиры из Межапарка, ожидавшие высадки. Но толпа на берегу восприняла появление «Маяковского» как сигнал к посадке. Люди решили, что пароход уже высадил предыдущих пассажиров на Речном вокзале и теперь готов принять новых.
– Люди карабкались на пароход, как муравьи. Капитан кричал на них, но его никто не слушал, – вспоминал очевидец Вилис Кугауда.
Молодые мужчины прыгали с набережной прямо на верхнюю палубу. Детей передавали через головы впереди стоящих. Команда пыталась остановить напор, но безуспешно. Вейдеманис сошёл на берег и физически пытался сдержать толпу, но людской поток нёс сам себя. Из-за напора народа не смогли выйти даже те, кто уже завершил прогулку.
Кассирша, продававшая билеты, числилась в штате самого судна, а не берегового вокзала. Если бы касса находилась на берегу, можно было бы хоть как-то контролировать посадку. Но билеты продавались прямо на борту, и никакого барьера между толпой и пароходом не существовало.
На судне, рассчитанном на 150 человек, оказалось 350.
ШЕСТЬ МЕТРОВ ДО БЕРЕГА
Супруги Скайдрите и Карлис Катварисы были в толпе и уже решили уйти, потому что пробиться на пароход казалось невозможным. Но в последний момент Карлис заметил, что на верхней палубе вроде бы есть местечко, и они начали карабкаться наверх. Именно в этот момент к борту пристала моторная лодка, с которой на пароход подсадили ещё одного желающего. Когда лодка отошла, созданная ею волна раскачала перегруженный «Маяковский».
Пароход сильно накренился в сторону берега. Вся масса людей качнулась вместе с ним. У судна больше не хватило сил выровняться.
Беда усугублялась несколькими обстоятельствами. Угольный люк, через который загружали топливо, был открыт, и именно через него основная масса воды хлынула прямо в трюм. Вейдеманис слишком близко пришвартовал судно: привальный брус навалился на отбойный, а затем свалился с него, и эта раскачка добавила крену. Спасательные круги оказались привязаны верёвками. Команда боялась, что их украдут. И наконец, двери пассажирского салона открывались внутрь. Когда люди кинулись к выходу, они прижали дверь своими телами и просто не смогли её открыть.
Пароход медленно погружался. Течение сносило его от причала, но недалеко. Глубина в том месте составляла около восьми метров. Когда «Маяковский» сел на дно, его верхняя часть с несколькими десятками людей ещё торчала над водой. Это спасло тех, кто успел на ней закрепиться.
Но для сотен людей, оказавшихся в воде у каменной набережной, ситуация была безвыходной. Отвесные гранитные стены не позволяли выбраться на берег. Мокрые руки соскальзывали с каменных ступеней. Людей охватила паника. Они цеплялись друг за друга и вместе шли на дно. Сотни людей превратились в живой монолит, который сам себя тянул под воду.
Спаслись только те, кому хватило самообладания вырваться из толпы и отплыть подальше. Некоторые доплыли до противоположного берега Даугавы.
СПАСИТЕЛИ
Помощь пришла быстро. На железнодорожном мосту неподалёку в тот день работала бригада ремонтников. Из-за жары монолитные рельсы расширялись, и нужно было регулировать приборы. Заместитель начальника по восстановлению мостов Нахман Розенберг находился на мосту вместе с бригадой. По технике безопасности внизу стояла моторная лодка со спасательными кругами. Услышав крики, Розенберг с рабочими схватили круги, сели в лодку и бросились к набережной.
– Нам удалось вытащить человек пятнадцать, – вспоминал Розенберг.
В нескольких кварталах от набережной располагалось здание, которое в советское время было детской поликлиникой, а в 1950-е годы в нём находилась Объединённая водолазная школа. Курсанты с оборудованием прибыли на место уже через двенадцать-тринадцать минут. По справке подполковника Яссона, возглавлявшего школу, за первые два часа водолазы вытащили из воды от сорока до пятидесяти человек. Все спасённые выжили.
Один из самых поразительных примеров массового героизма проявили двадцать шесть студентов Московского энергетического института. Они возвращались на грузовике из военно-патриотического лагеря и проезжали по понтонному мосту, когда увидели происходящее. Студенты остановились, связали свои поясные ремни и стали бросать их утопающим. В общей сложности им удалось спасти около семидесяти человек.
Был и матрос, который в тот день просто гулял по набережной со своей невестой. Увидев тонущих, он бросился в воду и вытащил пятерых. Но, спасая шестого, утонул сам, прямо на глазах у любимой женщины. Имя его сохранилось только в устных свидетельствах, но подвиг его не забыт.
ЧЕТЫРЕ СЕМЬИ ЦЕЛИКОМ
Когда стали считать погибших, выяснилось, что четыре семьи погибли полностью. Ни одного выжившего. В уголовном деле зафиксирован национальный состав жертв: 68 русских, 66 латышей, 10 евреев и трое представителей других национальностей. Среди 48 погибших детей семнадцати было меньше семи лет. Родители сами привели их на пароход. Принесли даже годовалого младенца. А двух трёхлеток подсадили собственными руками на корабль, который штурмовали сотни людей.
На рижских кладбищах Райня, Матиса, Плескодалес, Первом и Втором Лесном, Новом Еврейском больше сотни могил имеют одну и ту же дату смерти: 13 августа 1950 года.
Одна из фотографий из уголовного дела запечатлела молодого мужчину со старшей дочерью. Снимок был сделан незадолго до поездки на «Маяковском». Младшую, годовалую дочь оставили дома. На пароход отец пошёл с женой и старшей девочкой. Домой вернулся один. Жену и дочь он потерял в воде сразу.
– Руки тянулись, чужие руки, чужие вещи, – вспоминал он позже. – Потом были только крики. А потом и криков не стало.
СУД. МОЛЧАНИЕ
Суд над виновными состоялся зимой того же 1950 года. Капитан Бернхард Хаманис и помощник Янис Вейдеманис своей вины не признали. Хаманис указывал, что в момент катастрофы вообще находился на своей яхте с семьёй. Вейдеманис утверждал, что не мог предвидеть такого развития событий: раньше он работал на буксире, и ему даже в голову не приходило проверять, привязаны ли спасательные круги.
Тем не менее обоих, а также ещё троих чиновников из управления по транспортному освоению малых рек приговорили к длительным срокам заключения, от пяти до десяти лет. Был снят с должности и председатель Рижского горисполкома Арнольд Деглавс. После смерти Сталина в 1953 году все осуждённые попали под амнистию и были освобождены. Деглавс впоследствии возглавил Юрмальский горисполком и занимал эту должность до конца жизни.
В Советском Союзе трагедия «Маяковского» была полностью засекречена. Газеты о ней не написали ни строчки. Мир узнал о случившемся из трансляции «Голоса Америки». Долгие годы среди рижан ходила легенда, будто во внутренних помещениях парохода утонула целая группа из пятидесяти пионеров. Со временем местные пионеры превратились в ленинградских, история обрастала подробностями. Однако анализ списков погибших, проведённый латвийскими журналистами в архивах, этой легенды не подтвердил. Среди жертв действительно были около двадцати школьников, но все они находились на пароходе вместе с родителями.
Сам «Маяковский» после катастрофы был поднят со дна, переделан и отправлен работать на другие маршруты.
МАЛЬЧИК, КОТОРЫЙ ВЫПЛЫЛ
Среди пассажиров «Маяковского» в тот день была и соседская семья Лены Карпухиной: муж, жена и четверо детей, три мальчика и девочка. Один из мальчиков, самый старший, сумел схватить младшего брата и переплыть с ним Даугаву на противоположный берег. Но два других ребёнка и мать погибли. Отец выжил, но потерял половину семьи.
ДЕВЯТЬ ТОМОВ И ОДНА ТАБЛИЧКА
Долгие десятилетия о катастрофе «Маяковского» не напоминало вообще ничего. Ни мемориала, ни памятного знака, ни хотя бы газетной заметки. Девять томов уголовного дела Министерства государственной безопасности Латвийской ССР пылились в Латвийском государственном архиве. Свидетельства очевидцев и обвиняемых, данные экспертиз, информация о погибших и пострадавших, оригинальный судовой журнал «Маяковского», поднятый со дна с расплывшимися от воды буквами, всё это хранилось под грифом секретности.
Только в 2005 году латвийская газета «Час» опубликовала первый развёрнутый материал о трагедии, основанный на воспоминаниях очевидцев. В 2011 году, спустя шестьдесят один год после катастрофы, на набережной 11 Ноября (бывшей Комсомольской) состоялось торжественное открытие мемориальной плиты. На трёх языках на ней перечислены 147 имён.
В 2020 году, к семидесятилетию трагедии, журналисты латвийского телеканала LTV7 впервые получили доступ к архивным материалам уголовного дела и опубликовали их. Фотографии, протоколы допросов, заключения экспертиз. Только тогда стало окончательно ясно, как именно всё произошло и кто несёт ответственность.
УРОК, КОТОРЫЙ НЕ ВЫУЧИЛИ
Странное совпадение, но едва ли не все крупные катастрофы пассажирских судов в СССР имеют общий знаменатель. Перегруз парохода «Маяковский» в 1950-м. Халатность вахтенного штурмана на «Александре Суворове» в 1983-м. Столкновение «Адмирала Нахимова» с сухогрузом в 1986-м. Крен и затопление «Булгарии» в 2011-м. Во всех случаях причиной стал человеческий фактор: нарушение правил эксплуатации, пренебрежение техникой безопасности, недопустимая перегрузка, преступное самоуправство.
«Маяковский» был рассчитан на 150 пассажиров. На борту оказалось 350. Спасательные круги были привязаны. Угольный люк открыт. Двери салона открывались внутрь. Помощник капитана пришвартовался в неположенном месте. Кассирша продавала билеты прямо на борту, не контролируя число пассажиров.
И при всём этом пароход утонул не в открытом море, а в шести метрах от гранитной набережной. Глубина была восемь метров. До берега можно было дотянуться рукой. Но отвесные стены набережной не давали выбраться, а паника превращала людей в единую массу, которая тащила себя на дно.
Елена Михайловна Карпухина, та самая девочка, чьи родители не поехали на роковой рейс, дожила до глубокой старости. Спустя семьдесят лет она рассказывала латвийским журналистам:
– Говорили о том, что многие сами виноваты во всём. Потому что они цеплялись каждый за другого. И тот тонул, и они тонули.
Но разве в этом вина людей, оказавшихся в воде у каменной стены? Они цеплялись друг за друга, потому что хотели жить. А умерли потому, что кто-то не проверил круги, не закрыл люк, не остановил толпу и решил пришвартоваться не там, где положено.
Редкий турист, проходя сегодня по рижской набережной 11 Ноября мимо Каменного моста, обратит внимание на небольшую мемориальную плиту у одного из причалов. А между тем за ней стоит история о том, как в жаркий воскресный день 1950 года обычная прогулка по реке обернулась крупнейшей водной катастрофой в истории Латвии. И о том, как 12-летняя девочка, опоздавшая на пароход, спасла своим опозданием жизнь двум людям, которые любили её больше всего на свете.
__________________________
Если читаете мои статьи на других площадках, спасибо вам большое! Приглашаю заглянуть и на мой канал «Билет в СССР» в Дзене, где выходят новые материалы и собрался теплый круг читателей. Заходите, как к старым знакомым.
Дорогие читатели. Благодарю за внимание. Желаю добра, мирного неба над головой, семейного счастья. С уважением к вам.