Тишина зимнего водоема - вещь обманчивая. На поверхности царит морозный покой, порой прерываемый лишь свистом ветра да скрипом снега под сапогами. Но внизу, под толщей льда, кипит своя, невидимая нам жизнь. И единственными нашими окнами в этот мир являются те самые круглые отверстия, на создание которых порой уходит львиная доля сил и времени. Часто можно услышать споры на берегу или прочесть горячие дискуссии в сети о том, сколько же лунок нужно сделать за рыбалку. Для кого-то пять - уже много, для другого и полторы сотни - не предел. Эти споры обычно полны искреннего недоумения с обеих сторон.
Сколько лунок бурить?
Как можно пробурить сто лунок? Да и зачем? Вопросы эти, на мой взгляд, рождаются из разного понимания самого процесса зимней ловли. Окончательно мои мысли на этот счет оформились прошлой зимой, которая сама по себе стала уникальным экспериментом. Был период, когда я почти не сверлил нового льда, но при этом регулярно ловил рыбу. А были дни, когда ледобур в руках не остывал. И тот, и другой подход были оправданы. Попробую объяснить, почему количество лунок - это не показатель усердия или хвастовства, а всего лишь переменная в уравнении под названием успешная рыбалка, значение которой зависит от множества других факторов.
Бывают на редкость милостивые к рыболову периоды, когда сама погода становится союзником и снимает необходимость в титаническом труде. Речь о затяжных оттепелях, которые в последние годы все чаще вклиниваются в привычный зимний режим. Воздух становится мягким, сырым, лед теряет свою хрустальную твердость, темнеет и как бы оседает. Лунки, оставшиеся с прошлых выездов, не затягиваются крепкой коркой, а лишь прикрываются тонкой, хрупкой пленкой льда. В такие дни приезжаешь на водоем и сразу же включаешься в ловлю. Берешь удочку, идешь по своим старым, проверенным точкам, находишь знакомые отверстия, очищаешь их одним движением пешни или черпака - и вот ты уже на связи с подводным миром. Экономия времени и сил колоссальна. Не нужно тратить драгоценные утренние часы, часто самые продуктивные, на тяжелую работу по пробиванию пути к воде. Кажется, вот он, идеальный сценарий. Однако не все так просто. У такой экспресс-ловли есть обратная сторона. Лунки эти не пустуют в вакууме. Они засвечены - твоим собственным недавним присутствием или вниманием других рыболовов. Рыба, особенно крупная и осторожная, прекрасно чувствует беспокойство. Постоянный шум, тени, вибрации - все это заставляет ее насторожиться или вовсе покинуть насиженное место. Поэтому клев на старых, отдохнувших лунках редко бывает таким же уверенным и жадным, как на свежепробуренных. Это скорее ловля осторожных поклевок, полутонов. Но сам факт такой возможности - великий учитель. Он напоминает, что зимняя рыбалка - это не спорт по сверлению льда, а искусство адаптации. И первое правило этого искусства - умение пользоваться дарами погоды.
Когда мороз возвращается, но еще не набрал полную силу, вступает в силу другой прием, золотая середина между старым и новым, - рассверливание. Подмороженные за ночь лунки покрываются ледяной пробкой, но редко на всю глубину. Пройти пять-десять сантиметров нового льда - дело нескольких секунд, несравнимо более легкое, чем начинать с нуля на сорока сантиметрах. Здесь, однако, кроется техническая хитрость, которую многие игнорируют, а потом горько жалеют. Рассверливать нужно не только верхнюю корочку. Нужно обязательно пройти буром до самой воды, очистив стенки отверстия. Лед имеет коварное свойство намерзать не только сверху, но и по бокам, сужая лунку конусом. И можно жестоко поплатиться за эту лень. Я помню случай на одном из мартовских льдов, когда на тяжелую мормышку клюнул хороший лещ. Подведя его к лунке, я с ужасом обнаружил, что он не проходит. Моя лунка, которую я лишь слегка очистил ото льда сверху, оказалась гораздо уже в своей подводной части. Судорожная работа пешней под оглушительный треск льда не помогла - рыба сошла. С тех пор я никогда не экономлю на этом последнем, полном обороте бура. Рассверливание - это еще и тактика точечного удара. Не нужно бурить все подряд. Можно, вооружившись знанием водоема или записями из прошлых выездов, перемещаться по льду, целенаправленно вскрывая только ключевые точки: верхнюю бровку свала, край камышовой стенки, одинокий куст затопленного коряжника. Это превращает процесс из механического в интеллектуальный, где каждое действие - осознанный шаг.
Можно подойти к делу и вовсе как к проекту, рассчитанному на долгую перспективу. Это стратегия постепенного накопления и освоения акватории. Первый выезд на новый водоем или участок - разведочный. Делается множество лунок по сетке или по определенной схеме, изучается рельеф, находятся аномалии. Второй выезд - проверка намеченных точек и расширение границ. К третьей-четвертой рыбалке у тебя уже не просто набор случайных отверстий, а целая разведанная инфраструктура, своя дорожная карта подледного мира. И если зима не слишком сурова, эта сеть может служить неделями. Ты приезжаешь и сразу включаешься в ловлю, экономя часы на поиске. Это высший пилотаж для постоянного посетителя водоема. Однако и здесь есть своя ахиллесова пята - другие рыболовы. Твои стратегически важные лунки могут быть заняты или уже обловлены. Поэтому такая тактика лучше всего работает в будние дни, в ненастье или в местах, куда редко ступает нога человека. В этом есть особая поэзия - быть единственным хозяином на белом, безмолвном пространстве, где твои старые лунки ждут тебя, как верные проводники.
Тактика бурения
Но все это - стратегии сбережения сил, тактика умного минимализма. А теперь давайте представим себе принципиально иную картину. Ясный, колючий денек. Лед звенит под ногами. Вы выходите не для спокойного созерцания поплавка, а на охоту. Ваша цель - хищник. Ваше оружие - искусственные приманки, игра которых рассчитана на провокацию, на вспышку инстинкта. Философия такой рыбалки - постоянное движение, сканирование площади, поиск активной, готовой к атаке рыбы. И здесь разговоры о том, много лунок или мало, теряют всякий смысл. Количество становится ключевым, базовым условием. На одной точке при таком стиле задерживаются на минуту-две. Делаешь несколько циклов игры - пять, десять, пятнадцать. Если ответа нет, значит, здесь и сейчас активной рыбы нет. Идешь дальше. Территория поиска огромна: прибрежные мелководные заливы с остатками тростника, обширные поливы, протяженные бровки, выходы из ям. Чтобы найти несколько точек выхода хищника, нужно проверить десятки, а часто и сотни мест. Это лотерея, где количество билетов напрямую влияет на вероятность выигрыша. Простая арифметика: даже при высокой скорости ловли - три лунки в минуту - за четырехчасовую светлую часть зимнего дня ты легко переваливаешь за сотню. И это не метафора, а суровая практика. Когда я ловлю щуку на небольших глубинах, где не нужно долго разыгрывать приманку, мой ритм именно таков. Бур, несколько взмахов, пауза, еще пара взмахов - и дальше. Щука - индивидуалист, и поймать две достойные особи из одной лунки - редкая удача. Здесь работает принцип первого впечатления: либо атака следует в первые секунды, либо ее, скорее всего, не будет. Исключение - работа с пассивной, но точно известной рыбой, например, после схода. Тогда можно менять приманки, игру, пытаться достучаться. Но это частный случай, в то время как правило - это бесконечный поиск.
С окунем, которого привыкли считать стайной рыбой, история может быть удивительно похожей, если речь идет о трофейных экземплярах. Крупный горбач - тоже одиночка или ходит в небольшой компании себе подобных. Он стоит на своих, излюбленных точках: у каменных гряд, на склонах глубоких ям, у одиноких коряг. Найти такие точки без широкого поиска почти невозможно. Да, можно наткнуться на котел мелочи, которая будет клевать без остановки. Но если цель - размер, то зацикливаться на одном месте, даже с активным клевом, часто невыгодно. Поймал пару-тройку стандартных - и движешься дальше, в надежде на встречу с настоящим хозяином глубины. И это движение снова упирается в необходимость делать новые лунки. Кроме того, такая ловля часто ведется на сложном рельефе, где важна ювелирная точность: попасть на верхушку бугра, на край ступеньки, в пятно чистого песка среди ракушечника. И здесь без частого, почти точечного бурения не обойтись. Порой, чтобы найти одну рабочую лунку, приходится пробурить вокруг нее с десяток пробных. Это саперная работа на льду, где каждая лунка - проверка грунта.
Таким образом, перед нами две большие, принципиально разные реки. Одна - спокойная, неторопливая, где сила бережется для терпения и наблюдения. Другая - быстрая, стремительная, где энергия тратится на постоянное движение и расширение границ. Большинство из нас, сознательно или нет, выбирают свой путь где-то между этими берегами. И этот выбор может меняться не только от человека к человеку, но и у одного человека в зависимости от дня, настроения, погоды. Сегодня хочется тишины и сосредоточенности у двух лунок над глубокой ямой. Завтра - азарта и скорости, километрового следа из черных точек на белом снегу.
Технический прогресс
Отдельно стоит сказать о техническом прогрессе, который вносит в этот извечный спор решительные коррективы. Ручной бур, особенно при толщине льда за полметра, - это серьезное физическое испытание. Сотня лунок, сделанных вручную, может вымотать настолько, что на саму ловлю не останется ни сил, ни желания. Современные технологии - мотобуры и адаптированные шуруповерты - меняют правила игры. То, что было каторжным трудом, превращается в быструю, почти не утомительную операцию. Скорость освоения акватории возрастает на порядок. И в этом свете многие аргументы против множества лунок, основанные на физической невозможности, теряют свою силу. Техника делает стратегию активного поиска доступной для большего числа людей. Конечно, находятся те, кто видит в этом нечто неискреннее, отход от традиций. Но, по сути, это тот же эволюционный шаг, что и замена деревянного удильника на современный углепластиковый хлыт с чувствительным кивком. Это инструмент, расширяющий возможности познания водоема. И если он позволяет увидеть больше, понять глубже и, в конечном счете, поймать не только рыбу, но и незабываемые впечатления - почему бы им не воспользоваться? Ведь суть не в том, как именно вращался бур, а в том, что ты увидел и почувствовал, когда приманка ушла в черную воду этой лунки.
В итоге хочется сказать, что спор о количестве - это спор не о цифрах, а о философии. Он бессмысленен без понимания контекста: какой водоем, какая погода, какая рыба является целью, наконец, какое настроение у самого рыболова. Иногда мудрость в том, чтобы бережно использовать уже созданное - старые лунки, знания, наблюдения. А иногда - в том, чтобы с азартом первооткрывателя вгрызаться в нетронутый лед, создавая новую карту поклевок. Оба пути ведут к одной цели - к единению с природой, к тому самому неповторимому чувству, ради которого мы и выходим на лед.
Всем спасибо за внимание! Ни хвоста, ни чешуи, рыболовы!