Мы писали неделю назад: «В отношении с США нужно лишь сохранять равновесие. А в ближайшую неделю самой высокой в марте турбулентности следует озаботиться либо средствами ее купирования, либо гениально, как советовал Эйнштейн, господствовать над хаосом».
И что же мы увидели в самый турбулентный период войны на Ближнем Востоке?
Неожиданные обращения лидеров противоборствующих сторон к России. 7 марта президент Ирана Пезешкиан призвал Путина поддержать «законные права иранского народа перед лицом агрессии». 9 марта кипрский журналист Христофору лаконично написал: «Трамп позвонил Путину. Трамп в большой беде». А 14 марта посол Израиля в РФ сообщил в интервью RTVI об организации визита премьер-министра Израиля Нетаньяху в Россию.
Можно ли эти обращения объяснить прозорливостью российской внешней политики? А почему бы и нет, если вспомнить многолетние российские изыскания в этой области. Турбулентную гипотезу распада исторических тел помощника президента РФ Ю.Батурина 1992г. Концепцию «перехода от конфронтационного двухполюсного к многополюсному миру» министра иностранных дел России Е.Примакова 1996г. и «политическую турбулентность» В.Путина, введенную им в оборот в 2010г.
Тем более, что за ними последовали детальные исследования процессов, которые мы наблюдаем сегодня. Так, 12 лет назад в статье «Глобальный мир. Российский сценарий» было написано, что «оговорка Обамы, по поводу России, как региональной державы, совершенно не случайна, поскольку он спроецировал на Россию свое видение оптимистического американского будущего. Плавно опустить Америку с уровня единственной глобальной державы на уровень макрорегиональной, крайне сложно. Как известно, команда Горбачева с подобной задачей не справилась» (см. https://www.peremeny.ru/books/osminog/9436). А 8 лет назад в статье «Когда наступит XXI век» (см. https://nvo.ng.ru/ideas/2018-07-06/5_7260_century.html) Независимая газета написала, что «многополюсный мир удивителен, поскольку США в нем оказываются сравнимы с Китаем и Ираном. Конечно, в случае Китая, и тем более Ирана, о буквальной эквивалентности США говорить не приходится. Речь может идти лишь о том, что они не смогут уничтожить друг друга, как это еще бывало порой в XIX веке. Но не случилось уже в конце XX века, когда традиционный механизм войны до полного уничтожения противника дал сбой».
Все это говорит о том, что российская внешняя политика достаточно взвешена. С одной стороны, это побуждает противников считаться с ней, но, с другой, не спасает от их чудовищной озлобленности, порождаемой «сном разума». Но к сражению на этом поле разума Россия только лишь готовится.
Есть надежда, однако, что на следующей неделе благоприятных перемен она к нему приступит. В том числе и потому, что обсуждение Стратегии развития образования в России на передаче «Бесогон» 13.03.2026 вызвало широкий общественный резонанс.
