Сорок четыре минуты ярости, лихости и громкости. С выходом альбома «Breaker» в марте 1981 года участники группы Accept наконец-то... нет, не нашли свой голос (они сделали это двумя годами ранее), а скорее убедили себя в том, что их голос действительно принадлежит им, и что никакие другие голоса им не подходят. А заодно подарили Германии непохожее ни на кого метал-звучание.
- Доступна премиум-подписка! За символическую плату 199 рублей вы можете поддержать канал и получить доступ к эксклюзивному контенту.
К началу 1980-х Accept прошли через типичные для многих рок-команд круги ада: дебютный альбом, большие надежды, давление лейбла, второй альбом, новые творческие компромиссы. Основанная ещё в конце 1960-х в Золингене, группа к 1979 году обрела «золотой» состав, которому было суждено войти в историю: вокалист Удо Диркшнайдер, гитарный дуэт Вольфа Хоффманна и Йорга Фишера, басист Петер Балтес и барабанщик Штефан Кауфманн.
Их первые два альбома — дебют 1979 года и «I'm a Rebel» 1980-го — были лишь разминкой. Accept подавали надежды, но чего-то не хватало. Лейбл Brain Records стремился сделать из ребят поп-звёзд, их раннее звучание было ближе к хард-року конца 1970-х.
Разочарование от работы над альбомом «I'm a Rebel» стало для музыкантов холодным душем. Они поняли: ещё одна такая уступка — и они навсегда останутся командой второго эшелона, которой так и не суждено обрести собственное лицо. Собираясь вместе холодной зимой 1980 года, они приняли решение: не пытаться быть кем-то другим и делать всё так, как нравится самим.
Это не значит, что в альбоме нет коммерчески ориентированных треков. Они, конечно, есть. Но в целом альбом более цельный, а метал-составляющая проявляется заметно выпуклее, чем раньше.
Запись альбома проходила с декабря 1980 по январь 1981 года в скромной студии Delta в Вильстере — небольшом городке на севере Германии. Зима выдалась настолько суровой, что музыкантам приходилось постоянно бороться с трудностями, например, откапывать машину из снега и размораживать её феном, чтобы просто уехать домой. Изоляция и холод лишь сплотили группу и придали музыке ярость и энергию, которых им не хватало раньше.
В качестве продюсера вновь выступил Дирк Стеффенс, а за пультом звукорежиссёра с Accept впервые работал Михаэль Вагенер — будущая легенда мирового метала. В студии царила атмосфера полной свободы. Удо Диркшнайдер выкладывался с таким энтузиазмом, что за время записи разбил три микрофона. Техникам студии пришлось списать их с баланса.
Accept перестали оглядываться на тренды и зарубежных кумиров. Они впитали влияние Новой волны британского хэви-метала (NWOBHM) (особенно Judas Priest, и это заметно), но переплавили его в более грубое и прямолинейное звучание, наведя мосты между мелодичным хард-роком 1970-х и новой, агрессивной эрой метала 1980-х.
Настоящий прорыв пластинки — это скоростные, мясистые треки, в которых Accept вплотную приблизились к спид-металу. Они научились играть очень быстро, но при этом не скатились в худший из видов трэша (удивительно, что в конце концов они смогли превзойти это сочетание скорости, точности и мелодичности в своей следующей пластинке!) Вокал Удо наконец-то полностью трансформировался в хриплый рык, за который его и полюбили.
Открывающая альбом «Starlight» с подобным сирене вокалом сразу задаёт тон: атака без подготовки и ненужного разогрева. Заглавную композицию «Breaker» можно считать эталоном раннего спид-метала — стремительная, с бешеными двойными риффами и бессмысленным текстом про мозги-сосульки и велосипедные цепи. Accept в то время не очень хорошо знали английский и писали тексты, сверяясь со словарём. А потом даже не всегда проверяли, насколько осмысленными получились слова. Главное, чтобы гремело!
Сюда же примыкает «Run If You Can» — мрачноватый трек с мистической атмосферой, предвосхищающей расцвет пауэр-метала.
Наряду с грубой мясорубкой на «Брейкере» присутствует и незамутнённый рок-н-ролл. Композиция «Burning» записана в псевдо-концертном формате и звучит как гимн чуть ли не 1950-х, пропущенный через гитарные педали 1980-х: «Я говорю: эй, рок-н-ролльщик, власть в твоих руках, / Ты и твоя музыка сделали меня настоящим рокером!»
«Midnight Highway» — ещё один пример олдскульной рок-н-ролльной энергии. Правда, Вольф Хоффманн позже называл этот трек наполовину коммерческим и считал его слишком жизнерадостным. В этих номерах отчетливо слышно влияние AC/DC и где-то ZZ Top, но сыграно всё с такой подкупающей убежденностью, что звучит абсолютно органично.
Наконец, третья грань альбома — баллады. Без них в начале 1980-х не обходился почти ни один метал-альбом. «Can't Stand The Night» в исполнении Удо — любовная баллада, полная безысходности. «Breaking Up Again» — лирическая акустическая вещь, которую спел басист Петер Балтес.
Порой её считают её слащавой и даже недостойной металлистов. Балтес же превосходно проявил себя в ней как вокалист, исполнив, кстати, и бэк-вокал в «Midnight Highway». Его мягкий голос играет на контрасте по соседству с инфернально-наждачным воплем Удо.
Петер Балтес вообще взял в руки бас по воле случая. В группе, в которой он играл до Accept, басиста выбирали с помощью жребия. Короткая спичка досталась Петеру. Он отлично освоил инструмент, но легко мог вдохновенно затянуть: «Ойкина пемалны морэн, цомыбинын дон!»
Отдельного упоминания заслуживает уморительная песня «Son of a B***h» — натиск и ярость, воплощённые в звуке. Удо Диркшнайдер сыплет непристойностями, которые, должно быть, были выписаны из словаря сленга. Он изрыгает проклятия в адрес звукозаписывающих компаний, которые, по его мнению, душили творческие порывы группы.
Для консервативной Великобритании, куда Accept собирались на гастроли, трек пришлось перезаписать. Так появилась версия «Born to Be Whipped» с более приличными словами. Но оригинал, конечно, вошёл в историю как один из самых дерзких и честных треков группы.
Когда «Breaker» вышел в марте 1981 года, стало ясно: Accept перестали быть «разогревом», превратившись в хедлайнеров, способных собирать стадионы. Немецкая пресса единогласно присудила группе титул надежды года. Легендарные Judas Priest пригласили Accept в совместный тур по Великобритании. Для немецкой группы это был настоящий пропуск в высшую лигу мирового хэви-метала.
Критики, правда, оценивали альбом по-разному. Но где те критики... В СССР «Breaker» мгновенно выбился в хиты. Запись расходилась на плёнке, и на какое-то время Accept и вовсе стали самой популярной рок-группой в стране, подпитывая советскую «металломанию».
Альбом послужил топливом, которое запустило ракету Accept в славные 1980-е. Он заложил основу для серии альбомов, которые вошли в золотой фонд. Их единственный недостаток в том, что они похожи друг на друга. Но если вам нравится такое звучание (невозможно представить, чтобы кому-то, хоть немного неравнодушному к хард-року и хэви-металу, оно не нравилось!) — то жаловаться не на что.
«Breaker» неровен и неидеален. Кто-то считает, что его вторая сторона слабее первой, находит на нём откровенно проходные номера, считает эксперимент Петера Балтеса с балладой неудачей. Но в этих «неровностях» и заключена вся прелесть. Их них складывается живая, дышащая, честная пластинка. Абсолютная искренность Accept нивелирует любые музыкальные условности и относительности.
В альбоме есть всё: скоростные боевики, от которых кровь закипает в жилах («Starlight», «Breaker»), хулиганские рок-н-роллы, под которые хочется выйти за рамки («Burning»), мрачные, давящие треки («Son of a Bitch») и возможность перевести дух под нежные гитарные переборы. Когда Удо Диркшнайдер своим криком сокрушит очередной микрофон, на поверку останется только чистый, беспримесный, металлический восторг!
Спасибо за подписку, лайк и комментарий! Отдельная благодарность тем, кто присылает донаты. Ваша поддержка очень ценна!