Многие полагают, что авантюра Трампа приносит одни убытки компаниям, переводящим нефть из Персидского залива. Есть мнение: танкеры, оказавшиеся внутри залива приносят сплошные убытки, из простой только ведет к повышению цены на нефть.
На самом деле в любой ситуации имеются свои тонкости (нюансы). Есть транспортные компании, которые неплохо зарабатывают на простое их танкеров.
Сравнительно небольшая азиатская страна под названием Республика Корея (про нее мы чаще говорим Южная Корея, чтобы отличать от КНДР — Северная Корея). В этом государстве изготавливают супертанкеры, способные загрузить десятки тысяч тонн нефти.
Однако, просто так создавать подобную технику никто не станет. Любая техника стоит денег. А крупные технические средства оцениваются весьма дорого.
Кто сумел найти свой путь
Но на сцену выходят миллиардеры, способные мыслить с завидной перспективой. В этом ряду выделяется южнокорейский предприниматель Чон Ге-Хён. Он основной держатель акций компании «SINOKOR».
В течение прошлого года с момента избрания Трампа на должность президента США Чон Ге-Хён сделал свой прогноз развития ситуации на нефтегазовом рынке (возможно ознакомился с прогнозами Владимира Вольфовича Жириновского, который спрогнозировал возникновение конфликта на Ближнем Востоке).
Чон Ге-Хён начал приобретать супертанкеры для перевозки нефти по всему миру. Попутно инвестировал строительство нескольких десятков танкеров в самой Республике Корея. А результате только за 2025 год его компания приросла 150 громадными танкерами, вмещающими до 500 тысяч баррелей нефти.
Многие возразят, сегодня эти танкеры простаивают. Пользы от них нет. Но простаивать они могут в разных местах.
Чон Ге-Хён в декабре прошлого года направил более 120 супертанкеров в Персидский залив. Тогда на заполнение пришли и другие. Но все, кроме танкеров компании «SINOKOR» прибыли с готовыми контрактами. А южнокорейские — прибыли по инициативе владельца. Они теперь там.
Следите за мыслью
Страны Персидского залива качают нефть постоянно. Каждая скважина должна работать. Если она останавливается, то заново запустить насос невозможно.
Восстанавливать остановившуюся скважину дроже, чем бурить и осваивать новую. Только, работая и качая нефть, они способны существовать.
У производителей нефти нет выхода, они должны качать нефть. Но, где ее хранить?
Есть подземные хранилища, но они уже забиты под завязку. Качать просто на поверхность и выливать в песок? Это дико. Выливать нефть в воду залива нельзя.
Выход только в том, чтобы заполнять танки (объёмы для нефти в танкерах)
Сегодня зафрахтованные суда уже заполнены нефтью и не могут покинуть залив. Ормузский пролив закрыт, Иран пропускает не больше десятка танкеров, и только тех стран, которые не считает недружественными.
Южная Корея благоразумно заняла нейтральную позицию, не раздражает иранское руководство. Поэтому отношение к её танкерам благосклонное, на них не нападают ни при каких условиях.
Чем заняты южнокорейские танкеры
Вот тут производители нефти обратились к компании «SINOKOR» с целью фрахтования супертанкеров для заполнения их добытой нефтью. Чон Ге-Хён дал «добро» на использование объёмов внутри его танкеров. Он не покупает продукт, а только разрешает закачиват его в танки.
А вот и прибыль
Прибыль «SINOKOR» получает постоянно. Нефть заполняется даром. В перспективе конфлик т закончится, нефтеналивные танкеры вывезут нефть покупателям.
Сегодня каждый день нахождения его парка внутри Персидского залива приносит прибыль более 80-100 миллионов в сутки. Возможно, что доход вырастет еще больше, так как ни одна из сторон конфликта не ищет примирения.