Поначалу «Тушинский вор», как его прозвали позже, умело играл на струнах народного недовольства. Обещания раздавались направо и налево, а щедрость самозванца не знала границ — правда, за чужой счёт. Однако, знаете ли, на одних посулах далеко не уедешь. Когда в лагере под боком у столицы начали хозяйничать польские наёмники и литовские паны, простые люди смекнули: что-то тут не так. Вместо обещанного порядка пришёл откровенный грабёж. Солдаты удачи, не сильно заботясь о высокой политике, попросту обирали крестьян и горожан, ведя себя в русских землях как в завоёванной провинции. Размышляя о том, почему народ перестал поддерживать тушинцев, нельзя забывать и о моральном облике «двора» Лжедмитрия II. То, что начиналось как освободительное движение, быстро превратилось в сборище авантюристов и перебежчиков. «Тушинские перелёты» — те самые дворяне, что бегали из Москвы в Тушино и обратно за новыми чинами — стали символом беспринципности. Обычный человек, глядя на эту чехарду, чувствовал себ