Семья Шпигелей погрязла в миллиардных долгах, а имущество матери Бронислава распродают за бесценок. В этой ситуации логично было бы увидеть воссоединение сына с богатым отцом, но реальность оказалась жестче. Пока Николай Басков тратит миллионы на элитный отдых, его единственный наследник прогуливает пары в вузе и хранит ледяное молчание. Пора разобраться, почему в этой семье гордость оказалась важнее выживания и придет ли Бронислав к отцу, когда на кону стоит его собственное будущее.
Николай Басков не видел своего сына 20 лет.
Два десятилетия. Срок, за который можно вырастить человека, построить дом, посадить лес и потерять надежду где-то на середине пути. Басков выбрал стратегию ожидания. Сидит в московской квартире, красит волосы в платину, поет про шарманку и ждет, что однажды в дверь постучится 20-летний парень со словами: "Папа, прости, я задержался".
Не постучится.
История, которую в кулуарах пережевывают с 2008 года, наконец получила продолжение. Бронислав Шпигель — единственный сын "золотого голоса России" — объявился в Москве. Поступил в Высшую школу экономики на направление "Ассириология". Это наука о древних языках и цивилизациях, которые исчезли с лица земли задолго до того, как Басков впервые вышел на сцену. Шумерский, арабский, история Месопотамии — парень явно решил, что копаться в тысячелетних руинах интереснее, чем разбираться в семейных разборках живых родственников.
Одногруппники рассказывают: эрудированный, начитанный, но в общении грубоват. Может обидеть и не заметить. Ни с кем не сблизился за год учебы. И главное — ни разу не упомянул, что его отец — тот самый Басков, чьи афиши висят по всему городу, чьи клипы крутят по всем каналам.
А Басков молчит. Потому что сказал все 20 лет назад: "Пусть сам придет".
Отар Кушанашвили, который дружит с певцом и сам прошел через похожий ад, недавно проговорился в интервью. У него тоже есть сын от Марии Якимовой — ласково называет его Дядя Федор. Тоже не видел годами. Тоже ждал, что мальчик повзрослеет и объявится. Дяде Федору уже 24. Молчит как рыба об лед.
"С Машей Якимовой у меня самые большие проблемы. Вот как у Коли Баскова с сыном. Им тоже не дают видеться, Коля говорит: "Пусть он сам ко мне придет". Я тоже надеялся на зов крови. О попытках сына связаться со мной я даже не слышал", — разоткровенничался Отар в разговоре с Натальей Подольской.
И вот тут главный вопрос: с чего этот мифический "зов крови" должен сработать?
Поставьте себя на место Бронислава. Вам год, когда папа уходит из семьи. Вы растете с мамой, дедушкой, бабушкой. Вам меняют фамилию, чтобы ничего не напоминало о том блондине из телевизора. Потом вы уезжаете в Израиль, потом еще куда-то. И все это время папа не приезжает, не прорывается, не бьется в закрытые двери. Он просто шлет подарки, которые мама, скорее всего, выбрасывает, и говорит в интервью: "Все сложно".
Вам 20 лет. Вы приезжаете в Москву учиться. И вдруг весь интернет начинает обсуждать, должны ли вы идти к папе с повинной.
Одна женщина в комментариях пишет жестко, как ножом отрезает: "Сын должен прийти? А с чего? Он и знать отца не знает. И свистеть, что "ой не дают" не надо. Парень взрослый, это не шестилетку спрятать. Хочет — позвонит, не хочет — имеет право".
Другая добавляет: "Ну сколько можно мусолить эту тему. Сама Светлана уже давно сказала, что отец ребёнка не он. Как и в случае с одним популярным ведущим на ТВ".
Если это правда, то вся история с 20-летним ожиданием выглядит еще более абсурдно. Представьте: 20 лет ждать, что к тебе придет чужой ребенок, чтобы наладить отношения. 20 лет надеяться на "зов крови", которой нет. 20 лет делать вид, что ты страдающий отец.
Если это вранье — тем более обидно. Значит, Светлана 20 лет настраивала сына против отца, а теперь, когда сама осталась у разбитого корыта, пожинает плоды. Сын вырос с установкой "папа плохой" и даже не думает проверять, так ли это на самом деле.
Сам Басков тему не комментирует принципиально. Максимум за 20 лет выдавил из себя сухое "все сложно". И продолжает ждать. Сидит как рыцарь на распутье перед камнем, на котором написано: "Налево пойдешь — сына найдешь, прямо пойдешь — ничего не делать будешь". Выбрал прямо.
Теперь про Светлану Шпигель. Бывшая жена Баскова сейчас в положении, которое в народе называют "полная опа". Ее папа Борис Шпигель, когда-то могущественный продюсер и бизнесмен, получил 11 лет колонии за взятки бывшему губернатору Пензенской области. Потом вышел по здоровью — спасибо возрасту и букету болячек. Но вышел не с пустыми руками: должен государству 450 миллионов рублей штрафа. А вместе с подельниками — почти 8,2 миллиарда.
Саму Светлану признали банкротом. Иск подала компания "Биотэк", которую основал ее же отец. Теперь бизнесвумен должна вернуть корпорации около 67 миллионов рублей. Семья, которая когда-то казалась несокрушимой империей, трещит по швам.
И вот в этой ситуации 20-летний Бронислав, изучающий шумерские таблички, вполне может остаться без содержания. Папа в тюрьме, мама банкрот, бабушка, видимо, ставит свечки. Самое время объявиться золотому папочке с туго набитым кошельком. Но папочка ждет. Папочка принципиальный. Пусть сын сначала придет, поклонится, объяснит, почему 20 лет молчал.
Смешно? Грустно? Безумно.
Кушанашвили, кстати, из своей ситуации уже сделал выводы. У него девять детей от разных женщин, и он этим откровенно гордится. Самый младший, 16-летний Даниил от последней жены Ольги Фроловой, живет с ним. Еще двое в Киеве — с ними как-то поддерживает связь. А Дядя Федор не объявился и, судя по всему, уже не объявится.
"Надо отдать ему должное, сын не присутствует в соцсетях. Такой герметичный парубок. Юноша, который живет в своем мире. Меня это бесконечно радует", — философствует Отар.
Радует? Правда? Или просто удобная позиция, чтобы не признавать: отцовство провалено, и поезд ушел?
Одни комментаторы встают на сторону Баскова. "Мне Басков нравится. Успешный, состоявшийся, богатый и с отличным чувством юмора. Да, не растил, но сейчас-то можно сыну попробовать общаться", — пишет женщина, явно готовая простить певцу все что угодно за пару удачных песен.
Другие негодуют: "Жизнь проходит. Коля умный, сын, пишут, тоже эрудирован. Надо друзьям их просто состыковать в одном месте, чтобы попробовали поговорить".
Третьи машут рукой: бесполезно. Парню 20 лет. Он сформировался без отца. Он грубит однокурсникам, учит шумерский и живет в своем герметичном мире. Если за 20 лет он не захотел узнать папу, значит, не захотел. И никакой "зов крови" не сработает, потому что кровь — она не зовет, если ей с детства внушили, что та сторона — чужая.
Бронислав, кстати, внешне на отца совсем не похож. Темноволосый, плотный, с тяжелым взглядом. Никакой платины, никаких голливудских улыбок. Одногруппники говорят: "У него своеобразная манера общения. Складывается ощущение, что он может обидеть, но часто сам этого не замечает. Приходится говорить, что он задевает чувства".
И при этом: "Бронислав вообще не на понтах. Он в любом случае приятный собеседник, хоть и бывает грубым. Он работает над собой".
Работает над собой. Без папы. Без "золотого голоса". Без помощи, советов и денег, которые папа мог бы давать, если бы не ждал 20 лет.
В любом раскладе — грустно.
Басков мог бы давно плюнуть на гордость, нанять лучших адвокатов, пробить все запреты, приехать, найти, поговорить. Не важно, в Израиле, в Европе, где угодно. У него есть деньги, связи, возможности. Вместо этого он выбрал позицию "пусть сам придет". Удобная позиция, ничего не надо делать, можно просто сидеть и ждать у моря погоды.
А море не спешит. Море занято — штормит семью Шпигель, топит их в долгах и судах, выбрасывает на берег обломки былой империи.
И где-то в этом шторме плывет 20-летний парень, который учит шумерский, грубит однокурсникам и даже не подозревает, что вся страна решает за него, должен ли он любить отца.
Как думаете, должен Басков перестать ждать и пойти к сыну сам? Или гордость дороже?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: