ЗЕНИТНОЕ ВООРУЖЕНИЕ ЭСКАДРЕННЫХ МИНОНОСЦЕВ
ВМФ СССР И КРИГСМАРИНЕ.
В годы войны основным противником надводных кораблей, наряду с подводными лодками, стала авиация. Именно на её долю пришлась основная часть потопленных боевых кораблей, в том числе и наиболее многочисленного их класса – эскадренных миноносцев.
Накануне Второй Мировой войны эсминцы большинства государств имели весьма слабое зенитное вооружение. Например, британские и американские эсминцы постройки 1936-1940 гг. несли явно недостаточное количество зенитной артиллерии, за исключением, пожалуй, британских эсминцев типа «N».
Так, британские эсминцы имели следующее зенитное вооружение:
типа «Trible»: 40-мм а/у «пом-пон» – 1х4, 12,7-мм зпу – 4х2;
типов «J» и «К»: 40-мм а/у «пом-пон» – 1х4, 12,7-мм зпу - 2х4;
типа «N»: 102-мм з/у - 1х1, 40-мм а/у «пом-пон» – 1х4, 20-мм а/у - 4х1, 12,7-мм зпу - 2х2.
типов «G», «H» и «I»: 12,7-мм зпу – 2х4.
Примечание: а/у – автоматическая артиллерийская установка, зпу – зенитная пулемётная установка, п/а – полуавтомат, з/у – зенитная установка, у/у – универсальная установка.
Как видно, эсминцы типов «G», «H» и «I» были практически беззащитными от атак с воздуха. Поэтому в годы войны все корабли (кроме погибших в течение первых же дней и месяцев) в срочном порядке получали дополнительные средства ПВО.
Американские эсминцы, вступившие в строй в 1937 – 1941 гг., имели следующие средства ПВО с учётом универсальной артиллерии главного калибра:
типа «Benham»: 127-мм у/у – 4х1, 12,7-мм зпу – 4-7х1;
типа «Bagley»: 127-мм у/у – 4х1, 12,7-мм зпу – 4х1
типа «Sims»: 127-мм у/у – 4х1, 12,7-мм зпу – 8х1 или 20-мм а/у - 6х1.
типа «Benson»: 127-мм у/у – 5х1, 12,7-мм зпу – 6х1.
Видимо, командование ВМС США уповало, что ПВО эсминцев будет обеспечено, прежде всего, за счёт универсальных 127-мм артиллерийских установок главного калибра с длиной ствола 38 калибров, имевших приборы управления зенитной стрельбой (ПУС). Однако эти упования не оправдались. Поэтому, в ходе войны американцам пришлось в спешном порядке дополнительно устанавливать большое количество 20-мм автоматов «Эрликон» и 40-мм артустановок «Бофорс».
Во многом недостаточное внимание к средствам ПВО на эсминцах ВМС Великобритании и США объясняется тем, что флоты этих государств имели достаточно много авианосцев, и считалось, что палубные истребители смогут обеспечить надёжное прикрытие с воздуха.
Точно так же и предвоенное зенитное вооружение советских и немецких эсминцев оказалось явно недостаточным. И его пришлось срочно усиливать уже в ходе войны.
Советский ВМФ вступил в войну имея следующие основные типы кораблей класса эскадренных миноносцев: лидеры проектов 1 («Ленинград»), 20 («Ташкент») и 38 («Минск») постройки 1932-1941 гг.; эсминцы класса «Новик» постройки 1913-1917 гг.; эсминцы проекта 7 (тип «Гневный») постройки 1935-1939 гг.; эсминцы проекта 7у (тип «Сторожевой») постройки 1937-1941 гг.; а так же опытный эсминец проекта 45.
Проектное зенитное вооружение эсминцев и лидеров советского ВМФ составляло:
Лидеры ЭМ пр. 1: 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 45-мм п/а – 2х1
Лидеры ЭМ пр. 38: 76,2-мм у/у 34-К – 3х1, 45-мм п/а – 2х1
Лидер пр. 20: 37-мм а/у – 6х1, 12,7-мм зпу – 6х1
ЭМ класса «Новик»: 76,2-мм зенитных пушек Лендера – 1х1, 45-мм п/а – 1-4х1
ЭМ пр. 7: 76,2-мм у/у – 2х1, 45-мм п/а – 2х1, 12,7-мм зпу – 4х1
ЭМ пр. 7у: 76,2-мм у/у – 2х1, 45-мм п/а – 3х1, 12,7-мм зпу – 4-5х1
76,2-мм универсальные установки 34-К имели баллистику 76,2-мм зенитной пушки обр. 1931 г. 3-К и в целом были достаточно удачными универсальными орудиями, хотя их расположение на лидерах и эсминцах нельзя признать удачным. А вот 45-мм зенитный полуавтомат не выдерживал никакой критики. Во-первых, установка имела крайне низкую скорострельность. В бою она не превышала 20 выстрелов в минуту. Во-вторых, снаряды не имели дистанционных взрывателей, и требовалось только прямое попадание в самолёт для его поражения. А при столь низкой скорострельности вероятность прямого попадания в самолёт, особенно когда он пикирует на корабль, была близка к нулю.
В 1940 году был принят на вооружение 37-мм зенитный автомат 70-К, но его поставки на флот начались только весной 1941 года, и перевооружение кораблей пришлось осуществлять уже в ходе боевых действий. В принципе автомат давал приемлемую плотность огня, однако точность стрельбы при отсутствии приборов управления зенитным огнём малокалиберной зенитной артиллерии была недостаточной.
Определённую роль в усилении зенитного вооружения эсминцев в годы войны сыграли и поставки по ленд-лизу. На эсминцах устанавливались 20-мм автоматы «Эрликон», спаренные 12,7-мм зенитные пулемётные установки «Кольт-Браунинг» и счетверенные – «Виккерс».
Однако само по себе количество стволов зенитной артиллерии не решает проблемы, поскольку без надёжного и устойчивого управления огнём эффективная и прицельная стрельба невозможна. Но с оснащением лидеров и эсминцев советского ВМФ приборами управления стрельбой зенитной артиллерии дела обстояли из рук вон плохо. На лидере «Минск» только в 1944 году был начат монтаж ПУС «Союз» для зенитного калибра дальнего боя (76,2-мм установок 34-К), на лидере «Ленинград» в 1944 году была смонтирована упрощённая схема ПУС для зенитного калибра дальнего боя (76,2-мм установок 34-К и 81-К). И лишь на лидере «Ташкент» изначально была установлена упрощённая ПУС итальянского типа для 76,2-мм универсальной установки 39-К. Кроме лидеров, ПУС зенитного калибра дальнего боя «Союз» (для 76,2-мм пушек) имели только эсминцы «Способный», «Свободный», «Строгий», «Стройный» и «Сторожевой», остальные эсминцы проектов 7 и 7у не имели ПУС зенитных калибров. В итоге, малокалиберная зенитная артиллерия на лидерах и эсминцах не имела приборов управления стрельбой, и могла вести в лучшем случае заградительный огонь.
Усиление зенитного вооружения лидеров и эсминцев проводилось в экстренном порядке с первых же дней войны. Состав зенитного вооружения на флотах в годы войны варьировался довольно широко. Так, лидеры эсминцев проектов 1 и 38 в итоге получили следующее зенитное вооружение:
«Ленинград», 1944 г.: 76,2-мм у/у 81-К – 1х2, 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 37-мм а/у 70-к – 4х1, 37-мм п/а С/30 – 1х2, 12,7-мм зпу ДШК – 4х1
«Минск», 1944 г.: 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 37-мм а/у 70-к – 6х1, 12,7-мм зпу ДШК – 6х1
«Баку» 1944 г.: 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 37-мм а/у 70-к – 6х1, 12,7-мм зпу ДШК – 6х1 (в 1945 году количество 37-мм а/у 70-К достигло 11)
«Харьков», 1943 г.: 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 37-мм а/у 70-к – 6х1, 12,7-мм зпу «Кольт-Браунинг» – 6х2
Примечание – С/30, немецкая спаренная установка 37-мм полуавтоматических пушек в гиростабилизированной установке, в 1945 году заменена на 2х1 37-мм а/у 70-К.
Лидер проекта 20 «Ташкент» в июне 1942 года имел 1х2 76,2-мм установку 39-К, 6х1 37-мм артустановок 70-К, 6х1 20-мм артустановок «Эрликон» и 6х1 зенитно-пулемётных установок ДШК.
Большая часть эсминцев класса «Новик» погибли в первые месяцы войны, поэтому их зенитное вооружение практически не успели усилить. На уцелевших кораблях была установлена дополнительная зенитная артиллерия. На североморских эсминцах в 1942-1944 гг. 76,2-мм зенитную пушку Лендера сняли, а вместо неё установили 37-мм артустановки 70-К, 45-мм полуавтоматы 21-К заменили модернизированными установками 21-КМ с большей начальной скоростью снаряда. На черноморских эсминцах 76,2-м пушки Лендера сохранили, как и 45-мм полуавтоматы 21-К, а 37-мм автоматы установили дополнительно к имеющемуся вооружению. Также и североморские, и черноморские «Новики» получили 20-мм автоматы «Эрликон». В итоге, зенитное вооружение эсминцев класса «Новик» приняло следующий вид:
«Валериан Куйбышев», «Урицкий», «Карл Либкнехт», Северный флот, 1944 г.: 45-мм п/а 21-КМ – 2х1, 37-мм а/у 70-К – 2х1, 20-мм а/у «Эрликон» – 2х1, 12,7-мм зпу ДШК – 2х1
«Незаможник», «Железняков», Черноморский флот, 1943 г.: 76,2-мм зенитные пушки Лендера – 2х1, 45-мм п/а 21-К – 2х1, 37-мм а/у 70-К – 5х1, 20-мм а/у «Эрликон» – 2х1, 12,7-мм зпу ДШК – 2х1
Эскадренные миноносцы проекта 7 («Гневный») к началу войны самыми многочисленными эскадренными миноносцами советского ВМФ. Но с первых же дней войны стало очевидным, что зенитное вооружение этих эсминцев совершенно недостаточно, если не сказать безобразно. Корабли оказались практически беззащитными от ударов с воздуха. Поэтому пришлось в пожарном порядке проводить перевооружение зенитной артиллерией. Как и в случае с лидерами проектов 1 и 38, эсминцами класса «Новик», на каждом флоте для эсминцев проекта 7 были установлены свои стандарты и типовые схемы перевооружения:
Все ЭМ проекта 7 Северного флота 1942-1944 гг.: 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 37-мм а/у 70-К – 4х1, 12,7-мм зпу ДШК – 2х1, 12,7-мм зпу «Кольт-Браунинг» – 2х2
ЭМ «Грозящий» 1943-1944 гг. Балтийский флот: 76,2-мм у/у 34-К – 3х1, 37-мм а/у 70-К – 4х1, 12,7-мм зпу ДШК – 4х1
ЭМ проекта 7, Черноморский флот, 1943-1944 гг.: 76,2-мм у/у 34-К – 3х1, 37-мм а/у 70-К – 5х1, 12,7-мм зпу ДШК – 2х1, 12,7-мм зпу «Кольт-Браунинг» – 2х2
Эскадренные миноносцы проекта 7у («Сторожевой») при вступлении в строй так же оказались слабо, совершенно неудовлетворительно вооружены зенитной артиллерией. Хотя они и получили третью 45-мм полуавтоматическую установку, а число 12,7-мм пулемётов увеличилось с 2-х до 4-х, но все три 45-мм орудия были размещены на площадке позади первой дымовой трубы, и с носовых курсовых углов корабль был практически беззащитен. Поэтому на всех эсминцах проекта 7у также пришлось срочно проводить усиление вооружения ПВО. В итоге, в ходе войны зенитное вооружение эсминцев проекта 7у имело следующий вид:
ЭМ проекта 7у Балтийского флота 1944-1945 гг.: 76,2-мм у/у 34-К – 3х1, 37-мм а/у 70-К – 6х1, 12,7-мм зпу ДШК – 4х1
ЭМ проекта 7у «Сторожевой» (после восстановления в 1944 году, когда ему была пристыкована носовая часть эсминца проекта 30) 1944 г., Балтийский флот: 76,2-мм у/у 34-К – 3х1, 45-мм п/а 21-КМ – 2х1, 37-мм а/у 70-К – 4х1, 12,7-мм зпу ДШК – 4х1
«Сильный», Балтийский флот, 1942 г.: 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 45-мм п/а 21-КМ – 3х1, 37-мм а/у 70-К – 2х1, 20-мм а/у «Эрликон» – 2х1, 12,7-мм зпу ДШК – 4х1, 12-7-мм зпу «Виккерса» – 1х4
«Свирепый», Балтийский флот, 1943 г.: 76,2-мм у/у 34-К – 3х1, 45-мм п/а 21-К – 2х1, 37-мм а/у 70-К – 2х1, 20-мм а/у «Эрликон» – 4х1, 12,7-мм зпу ДШК – 3х1, 12,7-мм зпу «Кольт-Браунинг» – 2х2
«Сообразительный», «Способный», Черноморский флот, 1943 г.: 76,2-мм у/у 34-К – 2х1, 37-мм а/у 70-К – 7х1, 12,7-мм зпу «Кольт-Браунинг» – 2х2
При перевооружении эсминцев пришлось столкнуться с немалыми трудностями, прежде всего из-за предвоенного стремления всячески снизить стандартное водоизмещение этого класса кораблей для получения наибольшего максимального хода. Так, при проектировании эсминцев проекта 7 стандартное водоизмещение было определено всего в 1425 тонн. В результате любые переделки кораблей, размещение дополнительных площадок для установки на них зенитной артиллерии неизбежно вели к увеличению «верхнего» веса и снижению остойчивости. Да и предельно плотная компоновка эсминцев практически не оставляла места для размещения дополнительного зенитного вооружения.
К сожалению, несмотря на усиление зенитного вооружения, обеспечить надёжную защиту эскадренных миноносцев и лидеров от ударов бомбардировщиков люфтваффе не удалось. В общей сложности от ударов люфтваффе погибли 3 лидера (один впоследствии поднят и вновь введён в строй) и 12 эсминцев (один впоследствии поднят и вновь введён в строй); ещё два эсминца получили тяжёлые повреждения и простояли в ремонте почти до конца войны. На Северном флоте бомбы «Юнкерсов» пустили на дно эсминец «Стремительный». На Балтике жертвами вражеской авиации стали лидер «Минск» (впоследствии поднятый), эсминцы «Карл Маркс», «Стерегущий» (впоследствии так же поднят и введён в строй), «Сердитый». Эсминец «Грозящий» получил тяжёлые повреждения от бомб и затем практически до конца войны простоял в ремонте. Но самые жестокие потери от ударов люфтваффе понес Черноморский флот. Жертвами немецких пикирующих бомбардировщиков стали лидеры «Ташкент» и «Харьков», эсминцы «Фрунзе», «Бдительный», «Безупречный», «Беспощадный», «Быстрый» (добит авиацией после подрыва на авиационной же мине), «Совершенный» (уничтожен в доке на заводе № 201 в Севастополе»), «Свободный» и «Способный».
Причём, если Балтийский флот терял свои эсминцы в основном в 1941 году, когда их зенитное вооружение было очень слабым, то Черноморский флот большую часть своих эсминцев потерял в 1942-1943 гг., когда его лидеры и эсминцы уже прошли перевооружение. По некоей иронии судьбы, эсминец «Свободный», имевший ПУС зенитного калибра дальнего боя – 76,2-мм универсальных установок 34-К – был потоплен в севастопольских бухтах девятью авиабомбами, а в «чёрный день Черноморского флота» – 6 октября 1943 года – бомбардировщики люфтваффе Ju.87 в открытом море потопили эсминец «Способный», так же имевший аналогичную ПУС. Что только подтверждает, что само по себе число стволов зенитной артиллерии – не панацея, и без надёжной системы управления огнём, прежде всего малокалиберной зенитной артиллерии, успешное отражение атак авиации невозможно.
По другую сторону фронта, в кригсмарине, с зенитным вооружением тоже поначалу не всё было в порядке. К 22 июня 1941 г. немецкие ВМС имели в своём составе эсминцы типов 1934, 1934А, 1936 и 1936А. Их проектное зенитное вооружение составляло:
Тип 1934 – 2х2 37-мм п/а установки С/30, 6х1 20-мм а/у С/30
Тип 1934А – 2х2 37-мм п/а установки С/30, 6х1 20-мм а/у С/30
Тип 1936 – 2х2 37-мм п/а установки С/30, 6х1 20-мм а/у С/30
Тип 1936А – 2х2 37-мм п/а установки С/30, 5х1 20-мм а/у С/30
Как видно, проектное зенитное вооружение эсминцев кригсмарине было явно недостаточным. 37-мм полуавтоматы (самое интересное, в кригсмарине 37-мм полуавтоматические установки С/30 почему-то упорно именовали зенитными автоматами) имели практическую скорострельность не более 30 выстрелов в минуту (по 15 на ствол), не имели дистанционных взрывателей. Единственным (теоретическим) их преимуществом являлось размещение на гиростабилизированных в трёх плоскостях платформах. Однако на практике большой вес установок и слабость гироскопических приводов затрудняли отслеживание резких эволюций корабля. А электрооборудование постоянно давало короткие замыкания из-за попадания влаги.
Тем не менее, с упорством, достойным лучшего применения, 37-мм установки С/30 продолжали устанавливаться на немецких эсминцах и следующей серии – тип 1936А(Mob), заложенных и строившихся уже в годы войны. И только эсминцы серии 1936В(Mob) изначально получили уже настоящие зенитные 37-мм спаренные автоматы М/42.
Проектное вооружение двух последних серий эсминцев кригсмарине составляло:
Тип 1936А(Mob): 37-мм п/а установки С/30 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 2х4, 20-мм а/у С/38 – 2-4х1
Тип 1936В(Mob): 37-мм а/у М/42 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 3х4, 20-мм а/у С/38 – 2х1
В ходе боевых действий зенитное вооружение немецких эсминцев постоянно усиливалось. Прежде всего, 20-мм автоматы С/30 имевшие боевую скорострельность 120 выстрелов в минуту заменялись на 20-мм автоматы С/38, имевшие боевую скорострельность 220 выстрелов в минуту, за счёт применения на С/38 более ёмких магазинов на 40 выстрелов, вместо 20 выстрелов у С/30. Затем была начата установка 20-мм спаренных 20-мм автоматов LM/44, с боевой скорострельностью 440 выстр./мин. и счетверенных установок LC/38 «Фирлинг», имевших боевую скорострельность 880 выстр./мин. На ближней дистанции «Фирлинг» был чрезвычайно эффективным и грозным оружием. А в 1942 и 1943 гг. на эсминцах кригсмарине была начата массовая установка 37-мм автоматов М/42 и 43М.
К концу войны на уцелевших немецких эсминцах стояло следующее зенитное вооружение:
Эсминцы типов 1934 и 1934А:
«Richard Beizen»: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 20-мм а/у С/38 – 4х1, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
«Paul Jacobi» (для усиления зенитного вооружения 127-мм артустановка № 3 демонтирована. Аналогично проведена модернизация зенитного вооружения на «Hans Lody» и «Erich Steinblinck»): 37-мм а/у М/42DU – 4х2, 37-мм а/у М/42 – 2х1, 20-мм а/у С/38 – 1х1, 20-мм а/у LM/44 – 4х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
«Teodor Riedel»: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 20-мм а/у С/38 – 6х1, 20-мм а/у LM/44 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
«Hans Lody»: 37-мм а/у М/42DU – 7х2, 20-мм а/у LM/44 – 3х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
«Erich Steinblinck»: 37-мм а/у М/42DU – 7х2, 20-мм а/у LM/44 – 3х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
«Friedrich Ihn»: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 20-мм а/у LM/44 – 7х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
Эсминец типа 1936
«Karl Galster»: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 37-мм а/у М/42 – 2х1, 20-мм а/у С/38 – 1х1, 20-мм а/у LM/44 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
Эсминцы типа 1936А:
Z-25: 37-мм а/у М/42DU – 4х2, 37-мм а/у М/42 – 4х1, 20-мм а/у LM/44 – 4х2, 20-мм а/у LC/38 – 2х4
Z-28: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 37-мм а/у М/42 – 6х1, 20-мм а/у С/38 – 2х1, 20-мм а/у LM/44 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
Z-29: 37-мм а/у М/42DU – 4х2, 37-мм а/у М/42 – 1х1, 20-мм а/у LM/44 – 4х2, 20-мм а/у LC/38 – 2х4
Z-30: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 37-мм а/у М/42 – 3х1, 20-мм а/у С/38 – 2х1, 20-мм а/у LM/44 – 4х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
Эсминцы типа 1936А(Mob):
Z-31: 37-мм а/у М/42DU – 6х2, 37-мм а/у М/42 – 2х1, 20-мм а/у LM/44 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 2х4
Z-33: 37-мм а/у М/42DU – 6х2, 37-мм а/у М/42 – 2х1, 20-мм а/у С/38 – 2х1, 20-мм а/у LM/44 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 1х4
Z-34: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 37-мм а/у М/42 – 2х1, 40-мм а/у «Бофорс» – 1…3, 20-мм а/у С/38 – 2х1, 20-мм а/у LM/44 – 4х2, 20-мм а/у LC/38 – 2х4
Z-38: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 37-мм а/у М/42 – 2х1, 20-мм а/у LM/44 – 4х2, 20-мм а/у LC/38 – 2х4
Z-39: 37-мм а/у М/42DU – 6х2, 37-мм а/у М/42 – 2х1, 20-мм а/у С/38 – 2х1, 20-мм а/у LC/38 – 2х4
Эсминец типа 1936В(Mob)
Z-43: 37-мм а/у М/42DU – 2х2, 20-мм а/у LM/44 – 2х2, 20-мм а/у LC/38 – 3х4.
В целом, к концу 1944 – началу 1945 г. эсминцы кригсмарине в соответствии с планом усиления ПВО «Барбара» обладали весьма внушительным зенитным вооружением. Хотя эффективность этого вооружения в значительной части обесценивалась полным отсутствием ПУС зенитных калибров.
Тем не менее, численное увеличение зенитной артиллерии в какой-то мере себя оправдало, хотя и не спасло полностью от ударов с воздуха. Особенно, учитывая, что в 1944 году на Балтике эсминцы кригсмарине активно привлекались к артиллерийской поддержке сухопутных сил, и попали под всё усиливавшиеся удары советской авиации.
Так, 23 июня 1944 года одиночный бомбардировщик А-20G «Бостон» из состава 51-го минно-торпедного авиаполка Краснознамённого Балтийского флота атаковал эсминец Z-39, стоявший на якоре в порту Палдиски. Топмачтовым бомбометанием было достигнуто прямое попадание 500-кг бомбы в центр корпуса, нанесшее тяжёлые повреждения и вызвавшее пожар. В результате эсминец не участвовал в боевой деятельности до 16 февраля 1945 года. При этом надо указать, что от гибели эсминец спасло то, что командование советского авиаполка посчитало его потопленным, не проконтролировало результаты атаки с целью подтверждения потопления и не организовало последующих ударов, чтобы добить повреждённый корабль.
В районе Мемеля 14-15 октября 1944 года советские штурмовики обстреляли из 23- и 37-мм пушек эсминец Z-25, в результате чего были пробиты топливные танки, и возник сильный пожар, едва не приведший к взрывам топливных цистерн.
У Моонзундского архипелага, 24 октября 1944 года штурмовики Ил-2 из 7-го гвардейского и 35-го штурмовых авиаполков серией последовательных атак добились попаданий пяти 100-кг бомб в эсминец Z-28. К сожалению, взрыватели бомб были выставлены на большое замедление, поэтому четыре бомбы, пробив корпус эсминца, взорвались в воде, и лишь одна бомба взорвалась непосредственно в корпусе эсминца. В результате были полностью уничтожены штурманская рубка и радар, а мостик, трубы и котельное отделение – сильно повреждены.
В 1945 году по немецким кораблям начала действовать специальная авиагруппа ВВС Краснознамённого Балтийского флота в составе 12-го гвардейского полка пикирующих бомбардировщиков, 7-го гвардейского и 35-го штурмовых авиаполков.
8 апреля у полуострова Хель пикировщики Пе-2 12-го гв. пбап добились прямого попадания 250-кг бомбы в эсминец Z-31, нанеся ему серьёзное повреждение. На следующий день 20 штурмовиков Ил-2 там же атаковали Z-43, серьезно пострадавший от близких разрывов бомб, ещё одна бомба попала в машинное отделение, но, к сожалению, не взорвалась. 27 апреля и 3 мая в порту Свинемюнде от авиабомб получили серьёзные повреждения эсминцы Z-34 и Z-38.
Тем не менее, к сожалению, советской авиации, в отличие от немецких Ju.87 и Ju.88, не удалось записать на свой счёт ни одного потопленного эсминца кригсмарине. Во многом это определялось всё же недостаточным массированием в применении авиации. Люфтваффе же задействовали для аналогичных целей крупные силы пикировщиков. Так, в июне 1942 года на аэродромы Крыма со Средиземноморья немцы перебросили более 100 пикирующих бомбардировщиков Ju.87 и Ju.88, имевших огромный опыт борьбы с кораблями противника. И при атаках на советские эсминцы на Чёрном море эти пикировщики применяли тактику последовательно наращиваемых ударов, когда корабли подвергались непрерывным атакам в течение всего светлого времени суток. Именно такая тактика принесла успех при потоплении эсминца «Безупречный» в 40 миляхот мыса Аю-Даг, при потоплении лидера «Харьков», эсминцев «Беспощадный» и «Способный» 6 октября 1943 года. Например, «Безупречный» в общей сложности атаковали более 40 самолётов, 6 октября 1943 года в течение дня в атаках участвовали суммарно несколько десятков Ju.87. При этом явственно прослеживалась цель решительно и беспощадно добить повреждённые в ходе первых же атак корабли. Советские же флотские ВВС, к сожалению, подобной настойчивости не демонстрировали. Не вызывает сомнений, что, после полученного сообщения от топмачтовика А-20G о попадании бомбой во вражеский эсминец, посылка для налёта на порт Палдиски хотя бы одной-двух эскадрилий пикировщиков Пе-2 с подвеской 250 или 500-кг бомб привела бы к однозначному уничтожению вражеского корабля. Однако сделано этого не было, объективный контроль не проводился и командование ВВС приняло на веру, что попадание 500-кг бомбы привело к однозначному уничтожению корабля водоизмещением более 3000 тонн.
В целом, зенитное вооружение советских и немецких эсминцев в ходе войны значительно усилилось. Советские лидеры и эсминцы получили 37-мм автоматические зенитные пушки взамен 45-мм полуавтоматов, часть эсминцев получили дополнительно 20-мм автоматы «Эрликон», увеличилось и количество стволов зенитной артиллерии. К сожалению трудности военного времени не позволили запустить в серийное производство 37-мм спаренные автоматические установки 66-К, имевшие водяное охлаждение стволов, и 25-мм спаренные автоматические установки 3М-2.
Эсминцы кригсмарине хотя и не имели зенитного калибра дальнего боя, а только 37- и 20-мм установки, но в конце войны количество стволов такого калибра на каждом из немецких эсминцев достигало от 15 до 28, что было намного больше количества стволов зенитной артиллерии на советских эсминцах. Значительно повышало плотность зенитного огня применение многоствольных установок – спаренных 37-мм, спаренных и счетверенных 20-мм. Тем самым в какой-то степени компенсировалось отсутствие ПУС зенитными калибрами, несколько повышалась эффективность зенитного огня и обеспечивалась более высокая живучесть эсминцев кригсмарине в сравнении с эсминцами советского ВМФ. Во всяком случае, ни один из эсминцев кригсмарине не был потоплен советской авиацией.
В заключение необходимо отметить, что практически все воюющие стороны были вынуждены в ходе войны резко усиливать противовоздушное вооружение своих кораблей. Хотя в советском ВМФ это наталкивалось на значительные трудности, т.к. многие корабли довоенной постройки имели малый запас водоизмещения, не позволявший размещать большое количество дополнительного вооружения без резкого снижения остойчивости, а против снятия торпедных аппаратов категорически возражало флотское командование.
В советском ВМФ и в кригсмарине для усиления противовоздушного вооружения пошли по пути, как количественного увеличения зенитной артиллерии, так и перевооружения с малоэффективных полуавтоматов калибра 37-45-мм на автоматические установки калибра 37-мм. И в этом плане ВМС Германии оказались в более выигрышном положении. Немецкие эсминцы имели бОльшие размеры и водоизмещение, и, соответственно, больший резерв, как массы, так и места для размещения дополнительного вооружения. И в целом в ходе войны немецкие эсминцы получили более мощное зенитное вооружение, чем советские корабли аналогичного класса, прежде всего за счёт спаренных 37-мм автоматов, а так же многочисленных 20-мм автоматических установок в одинарных, спаренных и счетверенных установках, что обеспечило создание большей плотности огня и более успешное отражение налётов советской авиации.