##
Детская площадка дышала утренней свежестью. Или мне так казалось сквозь пелену недосыпа и усталости. Двухмесячный Сашка мирно посапывал в коляске – единственное, что радовало глаз. Я откинулась на спинку скамейки, достала из сумки початый пакет сока и затрепанный журнальчик. "Хоть пять минут тишины," – подумала я, жадно впиваясь взглядом в глянцевые страницы.
Вокруг сновали мамочки с детьми постарше: кто-то строил замки из песка, кто-то гонял мяч, а кто-то увлеченно обсуждал достоинства подгузников новой марки. Я чувствовала себя немного оторванной от этого мира, словно наблюдала за происходящим сквозь толстое стекло. Может, дело в том, что я еще не привыкла к своей новой роли? Или просто хронически не высыпалась?
Краем глаза заметила странные взгляды прохожих. Сначала не придала этому значения – мало ли кто на кого смотрит. Но количество любопытных взглядов росло, и во мне зародилось беспокойство. Что-то определенно было не так.
Минут через тридцать мимо площадки проезжал мой муж, Андрей. Заметив меня, он притормозил и участливо спросил:
– Дорогая, пойдем домой? Ты, кажется, немного устала.
В его голосе звучала какая-то особая интонация, и я невольно насторожилась.
– А что такое? – спросила я, чувствуя, как нарастает тревога.
– Посмотри в зеркало, – уклончиво ответил Андрей, избегая смотреть мне в глаза.
Зеркала у меня с собой, конечно, не было. Поэтому я достала из сумки телефон, включила фронтальную камеру и… обомлела. На меня из экрана смотрела женщина с растрепанными волосами, в старом спортивном костюме и… в огромных разноцветных бигудях! Точно! Я же собиралась сделать укладку перед прогулкой, да так и вылетела из дома, позабыв про все на свете.
Щеки моментально залились краской. Вот оно что! Теперь понятно, почему все так странно на меня смотрели. Хотелось провалиться сквозь землю. Андрей понимающе улыбнулся и подмигнул мне.
– Ничего страшного, бывает, – сказал он, пытаясь меня подбодрить. – Зато ты у меня самая красивая и… оригинальная.
Я попыталась улыбнуться в ответ, но получилось скорее что-то похожее на гримасу. Быстро собрала вещи, уложила Сашку поудобнее в коляске и, стараясь не смотреть по сторонам, поспешила домой.
Всю дорогу меня преследовало чувство неловкости и абсурдности происходящего. Как я могла забыть про бигуди? Как я могла выйти на улицу в таком виде? Наверное, материнство действительно сводит с ума.
***
Через неделю предстоял день рождения у моей подруги Ленки. Я решила, что на этот раз подготовлюсь основательно. Записалась в салон на макияж и укладку, купила новое платье и сверкающие туфли на каблуках. Даже решилась на наращивание ногтей со стразами – глупость, конечно, но чертовски хотелось почувствовать себя красивой и ухоженной.
Два часа ночи. Стразы предательски отклеивались и никак не хотели держаться на месте. Я клеила их, проклиная все на свете, и мечтала о том, чтобы поскорее добраться до подушки. Но красота, как известно, требует жертв.
Утром, как зомби, я выползла из дома, стараясь не думать о том, как мало спала. В руках у меня была большая сумка со сменной обувью и косметикой, а в другой руке – пакет с мусором. Да-да, именно с мусором. Я собиралась выбросить его по дороге, но в суматохе совершенно об этом забыла.
В метро было, как всегда, многолюдно и шумно. Я протиснулась к последней двери вагона и машинально повесила пакет на ручку. "Сейчас доеду до своей станции и выброшу," – подумала я, уставившись в окно.
Ехала, мечтала о вкусном тортике и веселой компании. Внезапно поймала себя на мысли, что люди как-то странно на меня поглядывают. Некоторые даже отворачивались, делая вид, что не замечают моего присутствия. Что за ерунда?
Вышла из метро и направилась к цветочному магазину. Нужно было купить Ленке красивый букет. Продавщица приветливо улыбнулась мне, а потом ее взгляд упал на что-то за моей спиной. Лицо ее исказилось, и она сдавленным голосом произнесла:
– Девушка, простите, а что это у вас там висит?
Я обернулась и чуть не упала в обморок. На ручке двери вагона, словно трофей, болтался мой пакет с мусором. А сверху, на самом видном месте, красовался использованный детский памперс. С наполнителем.
Мир вокруг померк. Я почувствовала, как кровь отливает от лица, а щеки начинают гореть огнем. Хотелось немедленно исчезнуть, раствориться в толпе, провалиться сквозь землю.
– Ой, боже мой! – пролепетала я, судорожно пытаясь снять пакет с ручки. – Я… я совсем забыла!
Продавщица сочувственно покачала головой и протянула мне бумажную салфетку.
– Ничего страшного, с кем не бывает, – сказала она, стараясь меня подбодрить. – Просто будьте внимательнее в следующий раз.
Я быстро выбросила пакет в ближайшую урну, купила огромный букет роз и поспешила на день рождения к Ленке. Всю дорогу меня не покидало ощущение, что я героиня какой-то дурацкой комедии. С цветами и памперсами.
***
Смесь. Вечная смесь. Каждое кормление превращалось в пытку. Нужно было отсчитать нужное количество ложек, развести порошок в воде, остудить до нужной температуры. И все это – в полусонном состоянии, когда мозг отказывался работать.
Я постоянно сбивалась со счета. То забуду, сколько ложек уже положила, то отвлекусь на телефонный звонок, то просто потеряю концентрацию. В итоге смесь получалась то слишком густой, то слишком жидкой. А Сашка, естественно, капризничал и отказывался ее есть.
Однажды ночью, когда я в очередной раз готовила смесь, меня осенила гениальная идея. Я решила считать ложки вслух, чтобы не сбиться со счета. Примерно так: "Один-один-один, вторую ложку брошу: два-два-два… и так далее."
Способ оказался довольно эффективным. Я больше не путалась в ложках, и смесь всегда получалась идеальной консистенции. Правда, со стороны это выглядело довольно странно.
Утром мы сидели за столом и пили чай. Я машинально потянулась за сахарницей и начала насыпать сахар в чашку. И тут, сама того не замечая, произнесла вслух:
– Один-один-один…
Муж, Андрей, удивленно посмотрел на меня.
– Ты чего это? – спросил он, сдерживая смех.
– А? Что? – не поняла я.
– Ты сахар считаешь?
Я покраснела и постаралась сделать вид, что ничего особенного не произошло.
– Да так, просто… привычка, – пробормотала я, насыпая сахар в чай.
Андрей рассмеялся.
– Ну ты даешь! – сказал он. – Хорошо, что ты еще дома, а не в кафе или в гостях. Представляю, что бы они подумали.
Я представила себе эту картину и тоже невольно улыбнулась. Действительно, было бы неловко. С тех пор я старалась контролировать свои слова и действия. Но привычка считать ложки вслух преследовала меня еще долго.
***
Однажды в выходной день я решила сбежать из дома на пару часов. Оставила спящего Сашку на мужа и выскочила в соседний магазин за хлебом и молоком.
Бродила между полками, выбирая продукты, и вдруг поймала себя на мысли, что катаю тележку туда-сюда, как коляску. Мало того, я еще и разговариваю с ней вслух: "Сейчас мы пойдем, возьмем папе зеленых яблок, он их очень любит, а потом поедем вон туда за молочком…"
Опомнилась только тогда, когда увидела, что на меня с удивлением смотрят другие покупатели. Щеки снова залились краской.
Я быстро набрала нужные продукты, расплатилась на кассе и пулей вылетела из магазина.
"Все, надо брать себя в руки," – подумала я. – "Иначе я скоро совсем сойду с ума."
***
Поначалу я не могла дождаться, когда дочка уснет. Днем и ночью сидела рядом с кроваткой, укачивала ее, пела колыбельные. И часто засыпала сама, сидя с ней на руках во время кормления.
Однажды проснулась от того, что она плачет. Спросонья, не открывая глаз, сунула ей грудь. Она все равно хнычет. Потом смотрю, у нее голова с другой стороны, а я попу пытаюсь накормить.
Стыдно было ужасно. Но дочка, к счастью, ничего не запомнила.
***
Иду со старшей дочкой Аней мимо пруда. Ей девять лет, а Макс, младший, полтора года, дома с папой.
– Вот это уточки кря-кря, – говорю я Ане.
Она молчит.
– А вон видишь, собачка побежала ав-ав, – продолжаю я.
Аня молчит.
– А вот это машинка. Как машинка говорит? Би-би машинка говорит.
И тут Аня, как в анекдоте, спрашивает:
– Мам, а ты с кем разговариваешь?
Я почувствовала себя полной идиоткой.
***
Приходит муж с работы и просит чая. Я быстренько побежала на кухню, сделала чай, на автомате налила его в бутылочку и дала мужу.
Он посмотрел на меня с недоумением, но ничего не сказал. Просто выпил чай из бутылочки и пошел смотреть телевизор.
Я потом долго смеялась над собой.
***
У нас дома живет попугай, очень ручной и любит внимание. Но когда чем-то недоволен, немного кусается.
Взяла я его на руки, разговариваю с ним, тут что-то ему не понравилось, начал кусаться. Я его тут же начала качать, подпрыгивать и приговаривать: "Тсссс, тихонько, все хорошо…"
Со стороны, наверное, выглядело безумно. Но что поделать? Материнство – это такая штука, когда ты делаешь все, что угодно, чтобы успокоить свое чадо. Даже если это чадо – попугай.
Быть молодой мамой – это весело, сложно, утомительно и… незабываемо. Это постоянная череда неловких ситуаций, смешных происшествий и трогательных моментов. Это жизнь, полная любви, заботы и… памперсов.
