В одном из своих обращений Дональд Трамп заявил, что Соединенные Штаты «уничтожили 100% военного потенциала Ирана», однако одновременно призвал другие государства — Китай, Францию, Японию, Южную Корею, Великобританию и ряд других стран — направить военные корабли для обеспечения безопасности судоходства в проливе.
По словам Трампа, даже после военного разгрома Иран якобы способен создавать угрозы торговым судам: устанавливать морские мины, запускать беспилотники или использовать ракеты малой дальности. Именно поэтому, по его мнению, международное сообщество должно присоединиться к операции по защите ключевого нефтяного маршрута.
Эти заявления выглядят противоречиво. Если, как утверждает Трамп, Иран полностью разгромлен в военном и экономическом плане, то возникает вопрос: откуда берется угроза судоходству и зачем требуется международная военно-морская операция. Фактически американский лидер одновременно говорит о полном поражении противника и признает, что США не способны самостоятельно гарантировать безопасность одного из важнейших морских путей мира.
Наблюдатели отмечают, что призыв к участию иностранных флотов выглядит как попытка вовлечь союзников и крупных потребителей ближневосточной нефти в прямое противостояние с Тегераном. Таким образом ответственность за дальнейшую эскалацию конфликта распределяется между несколькими странами.
На этом фоне всё громче звучит мнение, что война, начатая Соединенными Штатами и Израилем против Ирана, зашла в тупик. Быстро завершить конфликт не удалось, а риски для мировой торговли и энергетических поставок только растут. В этих условиях Вашингтон фактически обращается к другим государствам с просьбой разделить военную и политическую нагрузку, чтобы удержать ситуацию под контролем.
Только даже в Европе никто не готов вступать в войну с Ираном.
