Кто-то написал, что историки пишут или сочинения, или изложения. Не судите строго. Я напишу сочинение...
"Судьба ей послала счастье не по рождению" А. С. Пушкин
Меня всегда смущали сказки о том, что императрица Елизавета выбрала племяннику в жёны девицу, которая была столь нищей, что у неё даже мыслей не было о том, что она кому-то нужна. Знаете, вот чувствовала всегда, что здесь дело совсем не в этом.
Скажите, вот что больше всего ценится в знатных семьях? Почему до сих пор, чтобы не было династических скандалов, возможным претенденткам в жёны придумывают целые тома биографий их родственников? Правильно! В правящих домах (и не только в них) до сих пор ценится древность крови.
Какая разница, что в кармане ничего нет, если кровь столь древняя, что только одно упоминание о родственниках, пусть и дальних, приводит к пониманию того, что именно ЭТО и искали??
Вот так получилось и с маленькой девочкой, которую родители звали Фике...
***
София Августа Фредерика, принцесса Ангальт-Цербстская, родилась 21 апреля 1729 в Штеттине.
Всё своё детство она провела в Цербсте, столице княжества своего отца. Оно было настолько бедно, что даже Фридрих II Прусский, её дальний родственник, называл семью Ангальт-Цербстских "нищими князьками". Чтобы хоть как-то прокормить свою семью, её отец, князь Христиан Август Ангальт-Цербстский, служил комендантом крепости в прусском городе Штеттин.
Ангальт-Цербст имел территорию около 400 квадратных километров (меньше современной Москвы в старых границах). Годовой доход княжества был просто смехотворен и едва достигал 50 тысяч талеров, что по меркам европейской аристократии было просто смешной суммой.
Так почему же императрица Елизавета остановилась на кандидатуре дочери Ангальт-Цербстского князя?
***
Генеалогическое древо Софии Ангальт-Цербстской при внимательном изучении открывает удивительную картину. С одной стороны, её предки были связаны родственными узами практически со всеми правящими домами Европы. С другой - все эти связи были настолько дальними, что никакой реальной поддержки семье не приносили.
По отцовской линии Ангальт-Цербстские князья восходили к средневековым князьям Асканиям, правившим в Саксонии с XII века.
На портрете об этом напоминает только мантия на плечах отца Фике.
По материнской линии всё было тоже интересно. Мать - Иоганна Елизавета, из Готторпского владетельного дома, четвёртая дочь князя Гольштейн-Готторпского, после смерти отца воспитывалась при дворе своего дяди, владетельного князя Брауншвейга.
Родословная Иоганны Елизаветы восходит к Кристиану I, королю Дании, Норвегии и Швеции, первому герцогу Шлезвиг-Гольштейнскому и основателю династии Ольденбургов. Дядя по материнской линии Адольф-Фридрих был в 1743 году избран в наследники шведского престола, на который он вступил в 1751 году под именем Адольфа-Фредрика. Другой дядя, Карл Эйтинский, по замыслу ещё Екатерины I, должен был породниться с Российским Императорским домом и стать мужем её дочери Елизаветы (будущей императрицы), однако умер от оспы в преддверии свадебных торжеств в Санкт-Петербурге.
Таким образом София Фредерика приходилась своему будущему мужу, будущему императору Петру III, троюродной сестрой.
***
Все источники, все историки описывают Софию Фредерику как очень амбициозную и волевую барышню. Позволю себе в этом усомниться. И скорее поверю в то, что она не хотела расставаться с куклами и отцом, который её любил, но никак не в то, что в 13-летнем возрасте девочка сознательно решила править незнакомой ей страной и смело поехала к жениху, портрет которого, кстати, ей совершенно не понравился... Но она молча собралась, потому как это был ЕДИНСТВЕННЫЙ шанс уехать из бедного Цербста.
И об этом не скрывая эмоций ей сказал именно отец.
***
София для своих лет и положения была хорошо образованна, много читала и интересовалась философской литературой, что было довольно нетипично для провинциальной немецкой принцессы.
Но никаких колебаний по поводу поездки в Россию у неё не было. При этом надо иметь в виду, что в Россию она отправилась в 14 лет, а замуж вышла в 16.
Выбор именно Софии Ангальт-Цербстской в невесты наследнику российского престола был результатом сложной политической игры. Императрица Елизавета Петровна искала невесту, которая:
- Не принадлежала бы к враждебным России домам
- Была бы достаточно знатной, но не слишком влиятельной
- Легко перешла бы в православие (протестантка подходила лучше католички)
- Не имела бы сильной поддержки в Европе
София идеально подходила под все критерии. Её семья была слишком слаба, чтобы вмешиваться в русские дела, но достаточно знатна, чтобы брак не выглядел мезальянсом.
Услышав о том, что императрица Елизавета Петровна из всех невест для Великого князя, выбрала именно её, София жила предвкушением предстоящих перемен. Ей было всё равно, что она с женихом совершенно разные и неинтересные друг другу люди. Главное было выйти за него замуж, а остальное второстепенно.
***
Хотя, если по-человечески смотреть на ситуацию, то можно увидеть двух подростков, не говорящих по-русски, привезённых в Россию и понимающих, что их жизнь уже никогда не будет такой, о которой они мечтали...
***
В своих записках императрица Екатерина Вторая позднее писала - и этому, скорее всего, можно верить, - что, едва приехав в Петербург, взяла за правило прежде всего нравиться мужу, затем - императрице, и потом - народу. Судя по всему, в отношении Елизаветы Петровны ей это поначалу удавалось.
Сразу после приезда в Россию София Фредерика стала изучать русский язык, историю, православие, русские традиции, так как стремилась наиболее полно ознакомиться с Россией, которую воспринимала как новую родину. Среди её учителей выделяют известного проповедника Симона Тодорского (учитель православия), автора первой русской грамматики Василия Ададурова (учитель русского языка) и балетмейстера Ланге (учитель танцев).
Стремясь как можно быстрее выучить русский язык, будущая императрица занималась по ночам, сидя у открытого окна на морозном воздухе. Вскоре она заболела воспалением лёгких, и состояние её было столь тяжёлым, что её мать предложила привести лютеранского пастора. Однако София отказалась и послала за Симоном Тодорским. Это обстоятельство прибавило ей популярности при русском дворе.
28 июня 1744 года София Фредерика Августа перешла из лютеранства в православие и получила имя Екатерины Алексеевны (то же имя и отчество, что и у матери императрицы Елизаветы Петровны - Екатерины I), а на следующий день она уже была обручена с будущим императором.
Когда принцесса поправилась, императрицу Елизавету ждало новое испытание - её племянник заболел оспой. Потянулись долгие дни, когда жизнь Петра балансировала между жизнью и смертью. Елизавете Петровне оставалось только молиться за него. К началу 1745 года он поправился.
Свадьба с Екатериной наконец была назначена на август.
Чтобы помочь будущей жене наследника скорее освоиться с русским языком, императрица приставила к ней много молоденьких фрейлин. С девушками, которые были ей ровесницами, обучение принцессы пошло быстро. Они дружно общались, веселились, и прусская гостья быстро освоилась.
Венчание Великого князя, наследника престола Петра Фёдоровича, и Екатерины состоялось 21 августа 1745 года.
Так, в шестнадцатилетнем возрасте Екатерина стала женой русского наследника, которому исполнилось 17 лет.
Вступив в брак, Великая княгиня продолжала трудиться над самообразованием, много читала: сочинения великих современников, работы по истории, юриспруденции и философии. Первые годы совместной жизни Великий князь Пётр совершенно не интересовался женой, и супружеских отношений между ними не существовало. Об этом Екатерина позже напишет:
Я прекрасно видела, что Великий князь нисколько меня не любит. Через две недели после свадьбы он доверительно сообщил мне, что влюбился в девицу Карр, фрейлину императрицы, вышедшую потом замуж за одного из князей Голицыных, шталмейстера императрицы. Своему камергеру, графу Девиеру, он сказал, что меня даже сравнивать нельзя с этой девицей. Девиер стал возражать; и великий князь на него рассердился; ссора произошла у меня на глазах и я видела их перепалку. почти в моём присутствии, и я видела эту ссору.
Признаюсь честно, говорила я сама себе, с этим человеком я наверняка стану очень несчастной, особенно если поддамся нежным чувствам к нему, кои столь плохо оплачиваются, и мне придется умирать от ревности без малейшей пользы для кого бы то ни было.
Но о том, что тогда происходило во дворце у нас только один источник: "Записки" самой Екатерины Алексеевны. А это, как понимаете, очень ненадёжный источник...
Однако именно из этих "Записок" мы знаем и о разговоре между императрицей и Екатериной. Якобы, когда Елизавета Петровна спросила у неё, почему нет наследника, она ответила, что нет причин, от которых он мог бы быть. И всё же в феврале 1754 года Екатерина почувствовала, что беременна. Её беременность была загадочной и вызывает споры и по сей день. В её "Записках" содержатся намёки на то, что родившийся лишь через десять лет после свадьбы Павел Петрович был в действительности сыном любовника Екатерины графа Салтыкова, которого, чтобы он это не разболтал, отправили в Швецию, а потом в Гамбург...
Только так ли это было????
Только в одном Екатерина Алексеевна и её супруг были едины - они не хотели поддерживать Россию в Семилетней войне, которую вела Елизавета Петровна. Пока императрица болела, Малый двор наследника занял откровенно пропрусскую позицию. Более-менее выздоровев, императрица обвинила наследника Петра Фёдоровича и его супругу в государственной измене. Она вызвала Екатерину к себе с требованием выехать домой в Цербст. Как происходил их разговор, неизвестно, но совершенно очевидно, что здесь проявилась поразительная способность Екатерины очаровывать людей. Не было ни одного человека, оставившего о ней мемуары, который не писал бы о том, насколько она умела располагать к себе.
Итог: Екатерина осталась в России. Но её отношения с супругом стали ухудшаться. К началу его правления ситуация была уже очень опасной для Великой княгини. Пётр Фёдорович демонстративно держал при себе любовницу. И, хотя Екатерина тоже "крутила амуры" с будущим королём Польши Понятовским), но Пётр делал это совершенно открыто и даже вызывающе. К тому же он открыто заявлял, что как только коронуется, неугодную жену сошлёт по русской традиции в монастырь.
***
Надо сказать, что заговор против Великого князя Петра Фёдоровича зрел с 1756 года. Особенно в период болезни императрицы Елизаветы Петровны. Екатерина Алексеевна вынашивала план устранения с престола будущего императора (своего супруга) путём заговора, о чём неоднократно писала английскому послу Уильямсу. Для этого Екатерина, по словам историка В. О. Ключевского,
"выпросила взаймы на подарки и подкупы 10 тысяч фунтов стерлингов у английского короля, обязавшись честным словом действовать в общих англо-русских интересах, стала помышлять о привлечении гвардии к делу в случае смерти Елизаветы, вступила в тайное соглашение об этом с гетманом К. Разумовским, командиром одного из гвардейских полков".
В этот план дворцового переворота был посвящён и канцлер Бестужев, который обещал Екатерине Алексеевне своё содействие.
Тогда ничего не случилось.
Переворот удался в июне 1762 года. Спустя 6 месяцев малоудачного правления императора Петра III. Екатерине помогла гвардия. Точнее несколько гвардейцев, которые и осуществили арест императора, который был отрешён от престола с гениальной формулировкой "по воле всех сословий, а особливо гвардейских".
Через неделю после отречения Пётр Фёдорович внезапно погиб - почти наверняка был убит.
Правда, сохранилась записка Алексея Григорьевича Орлова, брата нового фаворита Екатерины Григория, в которой он просит у императрицы прощения, извиняется и пишет, что не знает, "как так вышло". Есть разные точки зрения на эти события: был ли это приказ или случайность; недавно появилось мнение, что записка поддельная. Так или иначе, трудно сомневаться в том, что люди, которые официально должны были охранять Петра III, знали, что императрица не будет против такого исхода...
***
В день дворцового переворота, 28 июня 1762 года, императрица Екатерина Алексеевна в окружении войск и народа отправилась в Казанский собор. Там она была встречена архиепископом новгородским и высшим петербургским духовенством. В храме отслужили благодарственный молебен и торжественно провозгласили её самодержавнейшей императрицей всея России, а Великого князя Павла Петровича - наследником престола.
Из собора она направилась в Зимний дворец, где ей принесли присягу как новой государыне члены Сената и Синода.
Императрица Екатерина Алексеевна была немкой по рождению, в ней не было ни капли русской крови. И, конечно, она не имела никаких юридических прав на российский престол. Но она станет настоящей русской императрицей на ближайшие 34 года.
Вопреки всему и всем.
Спасибо тем, кто дочитал до конца! Лайки помогают развитию канала! И не пропустите новые Истории, ведь продолжение следует!