Небольшое такое рассуждение на тему, почему мужчинам не нравится феминизм. Причины (для мужчин) вполне объективны. Таких причин не одна, но в той или иной степени они окажутся схожи. Обсудим одну из наиболее бросающихся в глаза.
Для начала немного вспомним, как раньше было. Вот когда расцвет патриархата, когда мужик – герой, защитник и добытчик, та самая «каменная стена», за которой женщина должна прятаться. Ну, или та самая стена, которая женщину от всего остального мира оградит, сказав: «моё».
Но в самый-то расцвет патриархата мужчина тоже не всегда значил «хозяин, владыка и полубог на земле», если не был главой рода. Частенько за него многие вопросы решал его отец или кто там главой рода являлся (дед, дядя, кто-то там ещё). Выбор партнёра для брака был решением рода, решением родителей, а не брачующихся (в большинстве случаев). Но потом наступила очень интересная фаза развала патриархальной системы, которая создала специфические условия, которые мужчины до сих пор вспоминают с благоговейным вздыханием.
В XIX веке, даже, наверное, где-то с конца XVIII века, наступил период заката патриархальной системы мышления. Причины были налицо. Патриархальный уклад жизни и патриархальная структура общества привязаны к аграрной культуре, к аграрно-земледельческому обществу. Патриархат возник с переходом к земледелию (как минимум утвердился как основная и практически везде распространённая система общественных отношений) и начал распадаться с переходом земледельческого общества к обществу промышленному, индустриальному. Патриархальный уклад жизни – это большие земледельческие общины, живущие родами, большими семьями. Так проще обрабатывать землю, так проще защищать эту землю и собранный на ней урожай от посягательств со стороны. Пока земледелие было основной экономической отраслью – патриархат процветал. Промышленность начала зарождаться давно, если брать её предтечи, то можно вспомнить даже римские мануфактуры, когда пытались организовывать массовое производство тех или иных предметов, тех же доспехов для легионеров. Но мануфактуры были скорее собранными в одном месте ремесленниками, которые работали по стандартизированным схемам производства и могли разделять труд. К примеру, один ковал лезвие ножа, другой делал для него рукоять и т.п. Мануфактуры не меняли саму суть общества, оно продолжало оставаться аграрным. То же самое происходило в Средневековье с его гильдиями ремесленников, это были частности, лишь выбивающиеся из общей земледельческой экономической системы.
Всё стали менять появляющиеся машины, станки, ускорившие производство и сделавшие его основой экономики. Земледелие стало отходить на второй план, а с ним и патриархальная система. Промышленные производства концентрировались в основном в городах. Рабочие, нанимавшиеся на них, стекались из сельской местности, оставляя свои дома, прежнюю жизнь, свой род и свои кланы. Город – это сообщество небольших семей, а не родов, как минимум промышленный город. Распад родовых связей и выделение достаточно независимых друг от друга небольших семей встраивало и новые социальные отношения, и новые отношения внутри семьи.
Семья теперь была не большая группа людей из нескольких поколений, а чаще представляла собой мужа, жену и их детей. Соответственно, исчезал фактор «главы рода». Даже если семья, обитавшая в городе, продолжала поддерживать отношения с родственниками, оставшимися в какой-то деревне, то всё же решения принимались уже самостоятельно. К старшему родственнику, к главе рода, может, и оставалось уважительное отношение, но это уже было не беспрекословное подчинение, не главенство по всем вопросам, включая вопросы брака, имущества и т.п.
Патриархальная система отношений рушилась. Но многие её пережитки ещё оставались сильны и, более того, цеплялись за своё существование, пытались утвердиться в новой жизни, в новых условиях. Роль «главы рода» теперь оказывалась в руках «главы семейства», то есть мужа, которую он примерял на себя в адрес единственных домочадцев, то есть жены и собственных детей.
В XVIII-XIX веках сложилась уникальная ситуация. Полным ходом шедший распад патриархальных отношений в обществе, в связи с переходом общества от аграрного к индустриальному, с одной стороны, освободил мужчин от необходимости быть «рядовыми членами рода» и дал им возможность практически каждому примерить на себя «личину» «главы рода», с другой стороны, традиции и взгляд патриархальной системы отношений всё ещё были сильны, и женщины и дети оставались бесправными и полностью «на попечении» мужа, несмотря на то, что женщины уже начали вовлекаться в производство и получать собственный доход, не связанный с доходом мужа. Как результат такого дисбаланса, получилось, что в это время большинство мужчин почувствовало себя «королями» в рамках семьи, продолжая цепляться за остатки патриархального уклада, которые были им выгодны, хотя моменты патриархального уклада, которые были не выгодны мужчинам, они постарались быстро забыть. Хотя каждый, практически каждый мужчина получил свободу действий, независимость от старших мужчин в роду и самостоятельность как юридическую, так и финансовую (относительно, конечно), женщины оставались бесправными во всех планах. Женщины оставались незащищены законом, привязаны в имущественных вопросах к мужчине, не имели права голоса, не могли самостоятельно распоряжаться имуществом, своей судьбой, им было отказано в обучении и работе в ряде престижных профессий и т.п.
Именно это время сейчас вспоминают с «придыханием» те, кто ностальгирует по «благолепному былому», про «как раньше». Не Средние века, не времена племён и родов, а времена XVIII–XIX веков. Времена процветания мужского эго на фоне полного бесправия женской половины населения. Говоря о «возрождении традиций», нам опять-таки говорят не о возрождении кланово-родового строя, не о возрождении семей, состоящих из многих поколений и живущих общим хозяйством, где был один глава рода, а большинство мужчин обладали правами ненамного большими, чем женщины и дети. Нам говорят про период недораспавшегося патриархального уклада, когда мужчины вырвались на свободу, а женщины были бесправны.
В то же время, именно в этот период, на фоне распада патриархальной системы отношений, на фоне распада больших семей на малые семьи, на фоне активного перехода от земледельческого к индустриальному обществу, начинается и движение феминизма. Именно тогда раздаются первые голоса женщин, требующих равноправия в законе, если уж они стали столь же активно привлекаемой в индустрию рабочей силой. Именно тогда раздаются первые голоса, требующие равноправия против половой дискриминации.
Индустриальная революция освободила мужчин из родового уклада жизни, сделав их «королями» в семье. Феминистская революция начала давать свои сдвиги к концу XIX века. От отдельных голосов философских рассуждений о том, что права не должны зависеть от половой принадлежности, феминизм переходит к массовому движению, требующему равенства перед законом, права голоса, права на обучение и работу на равных условиях с мужчинами, равной оплаты за одинаковый труд, права самостоятельного решения в вопросах брака и бракоразводных дел.
Естественно, все эти течения окончательно добивают патриархальный уклад жизни и его осколки, за которые пытались держаться мужчины XVIII–XIX веков. Впрочем, ряд мужчин продолжает пытаться удержать эти осколки (именно выгодные мужчинам) и по сей день, возродить этот «недопатриархат» XVIII–XIX веков, где права мужчин защищены, а права женщин отсутствуют.
Элементарно, поговорим в более понятной плоскости, поговорим о браке. Именно в этом проявляются перечисленные выше факты наиболее ярко. Возьмём времена абстрактного Средневековья и даже более ранние. Как тогда обстояло дело с этим вопросом?
Во времена генерального процветания патриархального уклада выбор делал не мужчина и не женщина (за редкими исключениями, с дозволения главы рода), выбор делал глава рода – его и её. В более позднее время, когда патриархальный уклад начал распадаться, но его традиции всё ещё были сильны в головах, выбор оказался в руках мужчины. Многие мужчины до сих пор грезят этим временем. Да, мужчине нужно было себя проявить, доказать свою состоятельность и надёжность, но кому доказывать – выбирал он. Иногда родители всё ещё пытались вмешиваться в эти вопросы, в особенности в сельской местности, где старые традиции сохранялись дольше (кое-где даже ещё в XX веке). Но как выглядели «брачные игры» тех времён? Мужчина выбирал женщину, начинал за ней ухаживать. Если дама была из знатного или богатого рода, если она была красива, то претендентов могло оказаться много, и она могла выбирать из них. Впрочем, опять-таки, выбор скорее за неё делал отец или кто-то из старших родственников. Бывали, конечно, случаи, когда женщина могла ослушаться отца, в том числе сбежать с неугодным ему женихом, но это было своего рода позором, разрывом отношений с родственниками и «пятном» на репутации. Если же женщина была не из богатой семьи, да ещё и не слишком выдающаяся внешностью, то выбор у неё был невелик. Если кто-то посватался, то уже радость. Остаться одной «старой девой» было ситуацией далеко не лучшей. Обычно судьба таких девушек была либо уйти в монастырь, либо стать какой-либо гувернанткой, компаньонкой или ещё кем-то в этом роде. В те времена женщина имела мало возможностей самостоятельно обеспечить своё существование. Да и прожившее ещё до чуть ли не конца XX века представление о том, что «позор не выйти замуж лет до тридцати» давило над головой ещё очень долго.
Современный мир изменил многие представления. В том числе изменил представления о вступлении в брак и об отношениях в браке. Заслуга феминизма в этом довольно высока. Хотя, естественно, не только феминистское движение сыграло в этом роль, но и само изменение мира, изменение экономических реалий. Сейчас женщина самостоятельна, она не нуждается в мужчине, чтобы обеспечить себе существование – это женщина может сделать и самостоятельно. И женщина стала выбирать. Не только мужчина выбирает себе женщину, но и женщина выбирает мужчину. И одного факта, что мужчина обратил внимание на женщину, недостаточно для того, чтобы она начала рассматривать его как потенциального претендента на брак. Именно тем, что женщина стала свободна, недовольны многие мужчины. Именно это они называют тем, что «феминизм свихнул мозги». Да, феминизм отодвинул в сторону концепцию «старой девы», да, феминизм отодвинул в сторону «необходимость выйти замуж, чтобы быть полноценной женщиной», да, феминизм сыграл роль в том, что теперь женщина – самостоятельная личность, а не «прибавка к мужу». Вряд ли нынешним мужчинам понравились бы реалии средневекового патриархата. Свобода женщин в современном мире им тоже не нравится. Но мечты многих остались там, в 18–19 веках, когда патриархат перестал заставлять мужчину подчиняться главе рода, но так и не собирался сделать женщину равной мужчине.
Отдельно хотелось бы напомнить уважаемым читателям и комментаторам в частности: будьте взаимно вежливы при общении в комментариях и соблюдайте культуру общения. Комментаторы, позволяющие себе хамство, оскорбления и нецензурные выражения в адрес автора или других комментаторов, получат предупреждение; при повторном аналогичном поведении возможен бан. Всего наилучшего!
Автор канала оставляет за собой право отправлять в бан комментаторов, нарушающих правила канала, без дополнительных объяснений.
Другие мои ресурсы:
Группа ВК "Правильный Феминизм"
Сайт фонда ФППД "Факел Свободы"
Telegram канал "Социал-либертанство"