Доброго дня, друзья.
Так вышло, что я совершенно забыла про этот блог, да и времени писать особенно не было. Летом я слезала с таблеток, это было весьма неприятно, и задача была как минимум остаться в живых, как максимум сберечь кукуху в относительно стабильном состоянии.
Вы читаете дневник мамы совершеннолетнего парня с психическим расстройством.
Но сегодня о том, что поддерживает лучше и надёжнее любых препаратов.
Ровно год назад на обычной воскресной службе я услышала те самые слова: "Об упокоении новопреставленного схиархимандрита Илия У Господа просим." Я помню даже кто служил, какая была служба. Потому что эти слова с одной стороны резанули очень больно, а с другой наоборот, стало радостно, что мы приобрели ещё одного модитвенника о нас Господу в райских селениях.
Мои давние читатели знают мою трепетную любовь к монастырю Оптина Пустынь, а соответственно, ко всему и ко всем, кто как-то с ней связан, к отцам, к послушникам, к замечательным людям, с которыми я там знакомилась. Отец Илий был (и есть, и будет) связан с Оптиной непосредственно: восстанавливал монастырь, был духовником братии, наставником для мирян. Мои оптинские знакомые много о нём рассказывали, как сами общались с ним. Когда я стала регулярно ездить в Оптину, Батюшка временно переехал в Переделкино, старенький уже был, поэтому в самом монастыре я его видела лишь один раз - он служил на празднике обретения мощей отца Амвросия Оптинского. Народу было столько, что на улице стояли битком.
Вернусь к 15 марта прошлого года. Конечно, сразу было решено ехать проститься с Батюшкой в Оптину - не каждый день в жизни сподобляешься увидеть прощание со святым и в нем поучаствовать.
Прощание было запланировано на следующий день. Мне пришлось отменить всех дневных учеников, только на утреннюю работу сходила. Мама должна была за мной приехать на моей машине, чтобы я не теряла времени, заезжая домой. Старший тогда лежал в больнице, но это уже совсем другая история. По пути мама захватила знакомую, которая тоже хотела проститься с отцом Илием. И мы втроём поехали.
Дорога была трудная из-за погоды и ремонта на киевском шоссе. Ехали долго и тяжело.
Удивительно, но именно 15 марта выпал снег, которого давно не было. Даже в Оптиной, где всегда теплее, снег укрыл всё. Словно напоминание о Божественном Покрове.
По приезде в Козельск мы купили цветы и двинулись к монастырю. Парковка была уже забита до отказа, и мы поехали искать место у западной стены. Там тоже было не протолкнуться, но всё же нам удалось поставить машину.
От ворот монастыря, такого родного и дорогого, уже начиналась очередь в Казанский собор, где проходило прощание с Батюшкой. Стояли мы около часа. И что удивительно: не было чувства скорби, не было уныния и боли, которое обычно сопровождает нас на похоронах. Да, были слезы, но не скорби, а тишины. В монастыре была благоговейная тишина, покой и умиление. Не побоюсь этого слова, но чувствовалась даже какая-то радость. Наверное, так всегда бывает, когда святой человек отходит ко Господу. Словно Батюшка благословлял теперь всех одновременно.
В Казанском храме, где стоял невероятное благоухание, народ тихо продвигался ко гробу отца Илия. Клали цветы, молились, прощались. Я не представляю даже, какое количество духовных детей было у него! И вот наша очередь настала. Гробик малюсенький, утопал в цветах. Лицо Батюшки было закрыто, как полагается схимникам, в его руках был крест и Святое Евангелие. Руки его были теплые, как у живого. Я расплакалась. Да, в тот день отец Илий благословлял всех, и все это чувствовали. Цветы я положила отдельно- ими потом украсят его могилку, гора цветов будет.
С полным ощущением благодати, мы вышли из храма. Нужно было ехать обратно, а уже начинало темнеть. За время, которое мы провели в монастыре, очередь увеличилась раз в 10. Автомобили по обочинам стояли до самого Сосенского шоссе (несколько километров). И пока мы ехали к трассе, поток машин в сторону Оптиной не прекращался. Так бывает, наверное, когда прощаются со святым.
