Современники отмечали, что "все краски мира манили и улыбались" знаменитому живописцу и театральному художнику Константину Коровину. Его мастерски выполненные пейзажи, натюрморты и портреты, отличающиеся виртуозной колористической разработкой, обеспечили ему репутацию основоположника русского импрессионизма.
Париж. Бульвар Капуцинок
Многочисленные путешествия Константина Коровина во Францию обогатили его яркими живописными впечатлениями и даровали открытия, которые на долгие годы определили его творческие поиски. Ученик Алексея Саврасова и Василия Поленова, принадлежащий к школе русского пленэризма, Коровин на глубоком, будто интуитивном, уровне усвоил светлую живописную манеру французских импрессионистов, среди которых были такие мастера, как Мане, Дега, Моне, Ренуар, Писсарро, Сислей и Моризо.
После тщательного изучения собрания импрессионистских работ, тогда находившегося в Люксембургском музее, Коровин признался: «…импрессионисты… у них нашел я все то самое, за что так ругали меня дома, в Москве»6. Французские живописцы, разрабатывая новаторские изобразительные средства для фиксации мимолетного «трепета» жизни, использовали рефлексы, игру света и тени, контраст теплых и холодных оттенков, передавая таким образом изменчивое состояние световоздушной среды и собственные сиюминутные ощущения. Хотя сам Коровин еще в годы обучения применял схожие с импрессионистами приемы, он, в отличие от своих французских коллег, неизменно уделял пристальное внимание рисунку и композиции, что в итоге сформировало уникальный путь развития русского импрессионизма.
Картина «Париж. Бульвар Капуцинок» служит ярким воплощением этого подхода. Стремясь к гармоничному сочетанию формы, композиции и цвета, художник ставил во главу угла правдивое отображение действительности, а не только своих личных переживаний. Коровин выбрал редко используемый импрессионистами мотив — городское освещение в вечернее время. На полотне запечатлен бульвар с гуляющими парижанами, темными силуэтами деревьев, причудливыми тенями от людей и предметов, а также четкими очертаниями высоких зданий. Это динамичное пространство, залитое светом многочисленных фонарей, превращается в красочное зрелище. Коровин мастерски передал эту атмосферу, выстроив колорит на сочетании темно-зеленых и желтых оттенков, дополненных яркими вкраплениями красного, что создает живой и выразительный образ вечернего Парижа.
В саду. Гурзуф
В период с 1910 по 1914 год Коровин построил в Гурзуфе дом по собственному проекту, который впоследствии стал его летней мастерской. Художник назвал свою дачу "Саламбо" в честь оформления одноименного балета Большого театра, считая эту работу своим значительным успехом. Обычно Коровин прибывал в Гурзуф в середине апреля, часто передвигаясь по Крыму на автомобиле, который позволял брать с собой холсты, краски и мольберт.
В таких работах, как "Кафе в Ялте", "На берегу моря в Крыму", "Вечер на веранде", "Гурзуф" (все 1914), "Пристань в Гурзуфе" (1914; 1916) и других, Коровин с легкостью и мастерством запечатлел атмосферу юга, пропитанную ароматами моря и буйным весенним цветением.
Художник отличался стремительностью работы, стремясь уловить и передать восхищавшие его детали: игру света, прозрачный знойный воздух, смягчающий очертания предметов, людей и зданий. Усиливая яркость цветопередачи, он достигал повышенной декоративности, что способствовало эмоциональной выразительности образов. Мотив молодых женщин в белых нарядах на фоне солнечного сада раскрывается через ритмичные цветовые созвучия. Коровин создавал полные жизни, эмоционально насыщенные образы, подчеркивающие красоту человека и мира. Он верил в преобразующую силу искусства, способного исцелять душевные раны, говоря: «…искусство, как прославление жизни, всегда служило в самом себе миру, высоким и добрым чувствам, служило радости, сердцу и душе».
Мост в Сен-Клу
В эмиграции, несмотря на личные и социальные потрясения, мировосприятие и художественные методы Коровина оставались неизменными. В своем одном из последних произведений, "Мост в Сен-Клу", он продолжал исследовать динамику и красоту мира, фокусируясь на выразительности и экспрессии.
Живописный Сен-Клу, расположенный недалеко от Парижа, был легкодоступен для художника. Выбрав вид с монументальным мостом через Сену, он написал пейзаж с низкой точки зрения, придавая ему монументальное звучание. Светлая, жизнерадостная живопись, выполненная динамичными мазками, передает восторженное настроение мастера. Персональные выставки в Париже (1925, 1929) имели большой успех, демонстрируя неиссякаемый талант художника.
Северная идиллия
Значительный вклад в раскрытие самобытного живописного дарования Константина Коровина внес Савва Иванович Мамонтов, известный меценат и промышленник, которого современники прозвали «Саввой Великолепным». Следуя рекомендации Василия Поленова, который высоко оценил колористические способности своего ученика, Мамонтов пригласил Коровина на позицию декоратора в свою Русскую частную оперу. Таким образом, молодой художник гармонично вошел в выдающийся коллектив мастеров знаменитого Абрамцевского кружка, объединившего братьев Васнецовых, Врубеля, Левитана, Серова и множество других талантливых творцов.
Появление Коровина в Абрамцеве совпало с периодом, когда усадьба Мамонтова уже украшалась постройками в русском стиле, созданными по проектам Виктора Васнецова и Василия Поленова: «Студией-мастерской», «Теремом», церковью Спаса Нерукотворного и «Избушкой на курьих ножках». Здесь активно функционировали вышивальная, столярно-резчицкая и гончарная мастерские, демонстрируя блестящий пример успешного возрождения утраченных народных ремесел. Все это произвело глубокое впечатление на художника, который был буквально очарован русской тематикой.
Вскоре идея национального романтизма нашла свое яркое воплощение в произведении Коровина, наполненном глубоким символическим звучанием – элегическом полотне «Северная идиллия». Вероятно, картина была написана под вдохновением от великолепных эскизов декораций и костюмов Виктора Васнецова, созданных для постановки оперы Римского-Корсакова «Снегурочка». Коровину удалось виртуозно передать атмосферу ясной северной летней ночи с высоким серебристым месяцем на небосводе и всеобъемлющую радость людей, созерцающих красоту окружающей природы. Сам художник признавался: «Я язычески поклоняюсь природе и восхищаюсь ею и думаю, что рай — на земле». В этом утверждении с огромной силой выражена ценностная позиция великого мастера, воплотившего в совершенном поэтическом образе мечту о красоте и гармонии народной жизни.
Парижское кафе
Основываясь на свидетельствах близко знавших его людей, можно утверждать, что Константин Коровин часто творил под открытым небом, как принято говорить в художественной среде – на пленэре. Его современники отмечали его "вечно юное воодушевление" и то, как он с восхищением передавал словами всю красоту природы, неожиданные цветовые сочетания, которые открывались его взору. Для Коровина живопись не была самоцелью; это был инструмент для решения сложной задачи – запечатления изменчивых, ускользающих моментов жизни. Эта страсть наиболее ярко проявилась в его парижской серии работ, где художнику блестяще удалось передать атмосферу французской столицы – города, славящегося своими музеями, выставками, театрами и бульварами.
Коровин впервые посетил Париж осенью 1892 года, и с тех пор жизнь этого мегаполиса стала одной из центральных тем его творчества. На полотне "Парижское кафе" художник запечатлел сцену, словно внезапно открывшуюся ему: молодых женщин, беседующих друг с другом. Одна из них, прикрываясь от солнца, держит ярко-красный зонтик, который эффектно контрастирует с сочной зеленью деревьев. Стремительными, энергичными мазками, стремясь уловить мимолетную игру света и тени, художник создал оживленный, динамичный образ городской сцены.
Не все, однако, были готовы принять новаторский стиль Коровина. Сам художник вспоминал, как из-за границы привезли термин "декадентство", который стали активно применять к нему и Врубелю. Газеты ежедневно, словно в качестве упрека и полного отрицания их как художников, неустанно использовали это слово.
Тем временем, управляющий Московской конторой Императорских театров Владимир Теляковский, проводя театральную реформу, искал художника для художественного оформления и нашел в Коровине идеального кандидата. В 1899 году он предложил Коровину должность декоратора Императорских театров, сразу разглядев в нем "чистого художника". Для Коровина, который уже получил ценный опыт в мамонтовском театре, начался новый, крайне интересный и чрезвычайно продуктивный период творчества. За два десятилетия работы в театре он оформил более 60 оперных и балетных постановок, создав множество выдающихся эскизов декораций и костюмов, принесших ему широкую известность.
Информация взята из открытых источников.
Ставьте реакции и делитесь в комментариях, какая работа художника нравится больше!