В последние годы Европа стала напоминать какой-то погорелый театр полного абсурда где идет бесконечная трагикомедия.
Вот к примеру Париж - некогда символ культурной роскоши и утончённости. Но как давно это было, после стольких-то скандалов в Лувре.
Теперь и историческое здание единственного французского государственного театра Comédie-Francaise на долгосрочном ремонте. А труппа вынуждена скитаться по различным площадкам.
Последние два месяца Comédie-Francaise дает Гамлета в театре Odéon, который после закрытия знаменитого зала Ришелье в "Комеди-Франсез", безусловно, является самым красивым и известным действующим театральным зданием во Франции.
И вот театр самый красивый, и труппа самая известная, и спектакль потрясающий, но опять есть это, "но"...
Зрители в зале сидят в пальто и шапках. И это не задумка режиссера.
Всё потому, что театр экономит на отоплении. На улице + 6, а значит и в огромном зале плюс, остальное надышат сами зрители. Как говорил незабвенный Велюров из "Покровских ворот": "на улице идет дождь, а у нас идет концерт".
На сцене Гамлет, а в зале куртки, шарфы и вязаные шапочки. Гардероб закрыт: гардеробщик честно предупреждает зрителей — не сдавайте одежду, внутри холодно.
Возможно, именно так выглядит новая европейская версия "театра погружения". Зритель не просто наблюдает трагедию, теперь он её чувствует кожей.
Впрочем, парижане не протестуют. Видимо привыкли, что ради великих геополитических целей нужно немного потерпеть: меньше отопления, выше счета за энергию, больше разговоров о ценностях.
Когда европейские политики вводили санкции и рассказывали о "стратегическом поражении России", они, вероятно, представляли себе совсем иную картину. Что где-то там, далеко на востоке, дрогнут правительства и рухнут экономики.
Но всё получилось немного иначе.
Экономика на востоке, как ни странно, продолжает работать. А вот в культурной столице Европы зрители смотрят Шекспира, кутаясь в пальто.
Как пишет репортер венгерской Ellenpont, посетивший это прохладное мероприятие: "Урсула и Зеленский могут быть довольны".
Но парижская публика безмолвствует и терпеливо сидит на спектакле при шести градусах за окном и, кажется, старается не задумываться о том, как именно они дошли до такой жизни.
Возможно, потому что настоящий европейский театр давно переместился со сцены в брюссельские кабинеты, где пишутся новые пьесы о санкциях, энергетических переходах и стратегических победах. А зрители ведут себя так, как и положено зрителям...
Теперь видимо только в России театр начинается с вешалки...
P.S. - Вы знаете, мне спектакль нравится. - Вы серьезно? - Нет, не всё одинаково хорошо. Не всё ровно. Но есть главное — стулья целы!.. (х/ф "12 стульев")