Дожили наконец-то! Едем на рыбалку с комфортом. Пять с лишним часов в тёплом львовском автобусе длинной дорогой не покажутся. Автобус только из капитального ремонта, почти как новенький.
Расселись по местам, двигатель тарахтит, но чего-то не едем. Кого-то ждём? Да все здесь, вроде. Водитель вышел, пошёл назад. Потом из салона пару мужиков позвал, те тоже за автобус пошли. Потом ещё выходить стали. Разговоры пошли, что один цилиндр не работает. Все вышли, и я пошёл тоже сзади двигатель послушать. Сколько у него, восемь, что ли, цилиндров? Семь работает, а один – нет? По мне, так и четыре бы не работало, всё равно не понял бы. Грохочет, и всё.
Однако в гараж поехали. Гайки вначале откручивали, потом закручивали, ничего не меняя. Нормальный мужик, такой, типа меня, то есть, в этой арифметике цилиндровой ничего не понимающий, из статистов, шаг вперёд сделал и уверенно заявил, что слышит все восемь цилиндров. Специалисты тоже, смотрю, к этой версии склоняться стали – на рыбалку всем охота. Стрелка на часах уже на последний час суток повернула, а мы всё искру ищем. Вспомнил один, наконец, что знает домашний адрес самого толкового механика в городе. Поехали его с тёплого дивана поднимать. Пока нужный адрес искали, уговорили друг друга, что все восемь цилиндров работают. Сделали круг почёта вокруг дома самородка-механика и на маршрут вышли.
Километров через двадцать в лесу вдруг грохот какой-то. Даже я засомневался, что это восьмой цилиндр заработал. Обследовали: глушитель отвалился. Прикручивать его обратно надо, а нечем. По лесу по пояс в снегу лазили. Нашли линию обороны ещё с войны. Сняли колючую проволоку. С проволоки колючки поснимали. Каждый под автобус слазил, чтобы свой именной хомут поставить. Я первый раз автобусный глушитель видел. Если его выпрямить, на три автобуса хватило бы.
Всё равно доехали. Другие остановки, по мелочи, уж и не считали. Вместо пяти часов двенадцать добирались. Зато с комфортом!