Михаил Александрович Романов являлся вторым членом династии, имевшим право на российский престол в случае смерти царствующего монарха Николая II. Первым был сын Николая цесаревич Алексей, и именно в его пользу император сначала и решил отречься 15 марта 1917 года (по новому стилю).
Именно что решил — так как в последний момент перед подписью заготовленного посланцами Думы манифеста, Николай поинтересовался у Александра Гучкова, привезшего ему этот манифест: можно ли будет после того, как страсти улягутся, поселиться в Крыму. Гучков на это ответил отрицательно — для всеобщего спокойствия Николаю придется уехать за границу. Но при этом новый император Алексей II при регентстве дяди Михаила Александровича оставался бы в России.
По свидетельству очевидцев, Николай, уже было поднявший руку с пером, отложил его и сказал, что для пользы Родины он готов идти на какие угодно жертвы, но расстаться с сыном — это выше его сил. После этого он поменял решение и отрекся за себя и за наследника в пользу брата Михаила Александровича.
Вот так Михаил нежданно-негаданно для себя стал императором на один день. Существует мнение, что он, как и брат, отрекся в силу давления, которое на Михаила оказали члены Государственной думы. Керенский и Родзянко пугали великого князя взрывом народного гнева и гражданской войной.
Но это не совсем так — Михаил Александрович намеревался принять власть только в том случае, если так решит страна и народ. Мало того, днем ранее он пытался уговорить старшего брата передать власть Думе, чтобы она созвала Учредительное собрание для решения судьбы монархии.
Второе заблуждение — что Михаил Александрович полностью и навсегда отрекся от престола, поставив точку в 300-летней истории дома Романовых. Тоже не так. Когда 16 марта к нему на квартиру пришли члены Государственной думы, у них не было единого мнения. Милюков и Гучков стали убеждать Михаила принять власть, опубликовать манифест, тем самым став Михаилом II. Керенский и его единомышленники пугали войной и смутой.
Выслушав их доводы, Михаил Александрович удалился в отдельную комнату, а потом вышел с собственноручно составленным манифестом (черновиком), в котором объявлял, что не принимает верховную власть. Но, и это важно! — не отказывается от нее. Вот дословная цитата (с сокращениями):
«Принял я твердое решение в том лишь случае воспринять верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, которому надлежит всенародным голосованием... установить образ правления».
Это был не полный отказ, а отсылка к плебисциту — если Учредительное собрание решит, что Россия по-прежнему нуждается в монархии, он был готов принять власть, как бы обнулив свою легитимность. С некоторой уверенностью можно предположить, что Михаила полностью бы устроил вариант конституционной монархии — как в Англии, в которой правил его двоюродный брат Георг V. Великий князь не отличался стремлением вникать в государственные дела, и вариант, когда монарх будет исполнять лишь церемониальные функции, его полностью устраивал.
Что случилось дальше, мы знаем отлично. Временное правительство так и не смогло созвать Учредительное собрание, а когда все-таки через 10 месяцев оно собралось, проигравшие выборы большевики его разогнали, установив диктатуру пролетариата и расстреляв Михаила Александровича в Перми. После подписания своего отречения жить ему оставалось чуть больше года…
